Serghei Popov

Помню, как в начале 80-х я впервые увидел Москвич 2140-117, который потом окрестили Супер Люксом. Тогда я работал на заводе, и мы все горячо обсуждали, что наши машины наконец-то пойдут на Запад. Причём не просто "пойдут", а будут там пользоваться спросом наравне с импортными седанами. Идея казалась фантастической, но кто-то из верхов явно в неё поверил. Сейчас, оглядываясь назад, понимаю, что это была одна из самых странных затей советского автопрома. Справедливости ради, сама мысль отправить обновлённый автомобиль за границу не выглядела безумием. Москвич-412 в конце шестидесятых реально пользовался популярностью. Более того больше половины выпущенных машин уходило на экспорт! Это сейчас кажется невероятным, но тогда наши седаны затмевали даже свежие Жигули. Раз старая модель продавалась, значит, новая тем более должна разойтись. Вот только они не учли несколько критически важных моментей. Первая проблема - время. К началу восьмидесятых Москвич морально устарел. Иностранные производи

В 1970-е годы СССР ежегодно экспортировал свыше 40 000 единиц сельхозтехники. Все машины, независимо от завода-изготовителя, шли на внешний рынок под единым брендом — «Беларусь». Феномен советского тракторного экспорта заключался в уникальном соотношении цены и надежности: техника стоила вполовину дешевле западных аналогов, но часто не уступала им в долговечности. Рассказываем о пяти легендарных моделях, которые до сих пор можно встретить на полях от Латинской Америки до Австралии. 1. Т-25 «Владимирец» — мал, да удал Компактный 25-сильный трактор, выпускавшийся с 1966 года, стал настоящим открытием для мелких фермерских хозяйств. В Мексике, Индии и Польше его прозвали «маленьким Геркулесом» за способность выполнять полный цикл сельхозработ. В 1973 году Мексика после сравнительных испытаний выбрала Т-25 для локализованной сборки. На заводе SIDENA в штате Идальго ежегодно выпускали до 2500 единиц. В 1981 году мексиканская версия трактора была удостоена звания национального трактора стра

В конце 1960-х на улицах советских городов и сёл появился новый, необычный для того времени транспорт. Лёгкий, юркий и не требующий прав — мопед «Рига-4». Для многих подростков и взрослых он стал первым шагом в мир мототехники, символом свободы и предметом настоящей гордости. «Рига-4» была не совсем новой — это глубокая модернизация популярной «Риги-3». Инженеры Рижского мотозавода «Саркана

Помню, как лет десять назад ездил в гости к дедушке в деревню. Во дворе у соседа дяди Саши стоял синий «Москвич-412», весь в рыжих пятнах ржавчины, с помятым крылом и треснувшим задним фонарём. Но дядя Саша каждое воскресенье протирал его, подкрашивал сколы и говорил: «Это не просто машина, это член семьи». Тогда я этого не понял. А сейчас, когда я вижу эти угловатые силуэты на дорогах, я понимаю, что он был прав. «Москвич-412» — это не просто автомобиль. Это целая эпоха, заключённая в четырёх колёсах и кузове цвета «волна». История «четыреста двенадцатого» началась в середине шестидесятых, когда Советский Союз решил показать миру, что умеет делать не только танки и космические корабли. Завод МЗМА (Московский завод малолитражных автомобилей) получил задание — создать современную машину для народа. И в 1967 году на свет появился он — «Москвич-412». Внешне машина выглядела вполне по-европейски: строгие линии, хромированная решётка радиатора, приборная панель с пятью круглыми циферблатами

Со звука тяжёлой двери, которая захлопывается как сейф. С запаха дерматина, бензина и автола. С заднего дивана, на котором можно спать в полный рост. С лимонно-жёлтого фонаря на крыше такси. С фразы «Осторожно, дверь закрывается» – сказанной водителем, а не диктором метро. «Волга» никогда не была просто машиной. Она была показателем статуса, мерилом успеха, а нередко – символом власти. Её ждали годами, за ней стояли в очередях, на ней уезжали «на юг», её хранили как зеницу ока. От первых моделей пятидесятых до экспериментального рестарта в 2024 году – у каждого поколения была своя «Волга». Машина, которую хоронили десятки раз. Но она всё ещё жива. И что важнее – помнится и планирует вернуться. Десятое октября 1956 года. С конвейера Горьковского автозавода сходит первая «Волга» – ГАЗ-М21. Пятиместный седан с округлыми боками, хромированной решёткой и оленем на капоте. Машина, которая заменила «Победу» – и заменила так убедительно, что следующие полвека слово «Волга» означало в СССР одно