...

Он понимал, что так любить нельзя,
Но ничего с собой не мог поделать...
Ведь только рядом с ней он жил шутя,
А без нее был оболочкой тела...
Он так любил, что не хватало слов,
Чтоб описать безумство его чувств...
Простил бы ей он миллион грехов,
Лишь ощущать бы губ, пьянящий вкус...
И как же ночи были коротки,
Не успевал напиться ее телом...
С ума сходил, когда волос витки,
Касались его рук и плеч несмело...
Готов был вечно сон ее стеречь,
От бед закрыть собой, согреть в ненастье...
Любых врагов прогнать, чтоб защитить,
Свое в клубочек свернутое Счастье...