ЧТО ТЫ ТАКОЕ???
Нeмнoгo экстримa для дедули.
"ЧЁРНЫЕ ГРАЧИ." АВТОР НАДЕЖДА МЕРКУЛОВА. Над обширным лугом, от темневшего вдалеке леса к освещенной закатным солнцем громаде замка, стоящего на гранитном утесе обрывистого речного берега, неспешно, низко над землей летит стая черных грачей. Птицы летят молча, тяжелой многоуровневой громадой, медленно и неотвратимо надвигаясь на башни замка. Охранники на стенах застыли в ужасе, безотрывно следя за полетом огромной стаи. Наполняя воздух хлопаньем сотен крыльев, стая грачей разделилась пополам и
"ЧЁРНЫЕ ГРАЧИ.КАЗНЬ." Над обширным лугом, от темневшего вдалеке леса к освещенной закатным солнцем громаде замка, стоящего на гранитном утесе обрывистого речного берега, неспешно, низко над землей летит стая черных грачей. Птицы летят молча, тяжелой многоуровневой громадой, медленно и неотвратимо надвигаясь на башни замка. Посередине луга, наблюдая за полетом птиц, стоят три всадника. Кони под ними могучи и черны, как беспросветная полночь, под клобуками черных капюшоном видны бледные суровые #НадеждаМеркулова
"КОТ,С БОЛЬШОЙ БУКВЫ." "Кот живет 3 года на кладбище..." Хочу чтобы многие прочли и вдумались в то, что мы делаем для братьев наших меньших и что они для нас…Я частенько наведываюсь проведать своих умерших предков на местное кладбище деревни N. Сегодня я в очередной раз там побывал после зимы. Но меня волновал еще один момент связанный с этим местом. На одной могиле там живет кот. В 2010 году я его увидел там первый раз. Домашний, ухоженный. Очень серый и очень пушистый. Он каждый раз выбегал из
Один раз январской ночью в 2011 проезжал мимо. Меня пересилил интерес, и я свернул к кладбищу. Пока ехал по дорожке ведущей туда, молил Бога, чтоб кот образумился и хотя бы зимой жил дома. Я остановил машину так, чтобы фары освещали всю тропинку кладбища и пошел в темноту. Был в шоке, когда навстречу мне выбежал серый комок шерсти. Мяукает, радуется. Вот тут я реально чуть не разрыдался.Мы с ним минут 30 провели в ту ночь. Я никак не мог не погладить его. Мороз, метель, температура до -30 опуска #ИсторииИзРеальнойЖизни
"АНГЕЛ ХРАНИТЕЛЬ." АВТОР: АЛЕКС ОЛЕЙНИК. Он присутствовал при ее рождении. Он узнал ее в розовом комке мягкой плоти, едва протиснувшемся на белый свет, и осторожно вдохнул жизнь в ее жадно распахнутый рот, и тихо сказал: "Позволь нести тебя в ладонях". Она взглянула на него бессмысленными синими глазами, и он зажег в них свет разума, и на заре пробудившейся жизни она увидела его. Очень вскоре она потеряла эту способность, различать его черты, ведь мир осаждал ее так
Он брел рядом с нею по осенним тропинкам и показывал ей прелесть спокойного неизбежного увядания, прощания и прощения, и учил ее пить одиночество, как белое некрепкое вино, медленными глотками, привыкая к его кисловатому вкусу, без грусти различая в нем тепло давно ушедшего лета. Он подкладывал ей счастливые знаки прошлого, настоящего и будущего: случайную встречу с другом юности, звонкий смех подрастающей внучки, еще одну настоящую книгу, еще один вдохновенный концерт. Он забавлял ее блестящим
Show more
40 211 participants in the group
"ВЕДЬМИН ГОРШОК." Ч 3. Клевер сходил к дежурному и попросил задержать выделенных ему стражников в его распоряжении до утра. Дежурный заметил, что у молодых сил много и здоровье вполне позволяет им провести на службе сутки кряду. Стражники поворчали, но деваться им было некуда. Вернувшись к себе в кабинет, колдун составил список чёрных магов, находящихся сейчас в Ведьмином Горшке. Всего их набралось семнадцать. Все они обладали достаточными способностями и степенью посвящения, чтобы вызвать демона. Но никого из них нельзя было побеспокоить без достаточных на то оснований – они могли пожаловаться военным властям и устроить скандал, а у городской стражи и военных отношения никогда особо не ладились. Слишком уж шумные попойки и отчаянные драки устраивали военные во время отдыха. А под гражданскую судебную ответственность они не попадали. Трибуналы же отличались суровостью только по отношению к дезертирам, дуэлянтам и тем, кто воровал военное имущество. Так что, фактически, бравые герои творили что хотели и если они не убивали гражданских, то всё им сходило с рук. Уже стемнело, когда Клевер и сопровождавшие его молодые стражники подошли к дому алхимика Конопляника. Лавка располагалась на первом этаже добротного кирпичного дома, а квартира уважаемого мастера превращений веществ находилась на втором. Стражник затрубил в рог. Через пару минут по всей улице открылись входные двери. В том числе и нужная. Соседи глазели на стражу и невысокого щуплого алхимика в домашнем халате из синей фланели и в коричневых бархатных тапочках. Конопляник заметно нервничал, хотя и пытался напустить на себя независимый вид. В его каштановых растрёпанных волосах и бороде уже пробивалась седина. «Наверняка наживается на нелегальном производстве порошка из Серебряного Корня, – подумал Клевер. – Впрочем, я этим не занимаюсь». – Мы войдём? – спросил колдун. – А в чём дело? – взвизгнул алхимик. – Я не собираюсь обсуждать это на улице, в окружении ваших соседей, плодя нелепые слухи, – сурово заявил Клевер. – Тем более, что слухи эти не пошли бы вам на пользу. Конопляник побледнел и пробормотал: – Конечно, входите. И посторонился, давая колдуну и стражникам войти внутрь, в элегантно обставленное помещение лавки. Всюду стояли блестящие металлические стойки с глиняными флаконами и стеклянными пузырьками, возле круглого белого стола были расставлены стулья с плавными обводами, под потолком висела бронзовая люстра с жёлтыми свечами, одна из которых ещё горела, выложенные крупной мозаичной плиткой стены украшали картины с видами гор и морских берегов. Впустив их, хозяин тотчас же захлопнул дверь и порывисто обернулся к Клеверу. – Так что же вам от меня нужно? – тихо спросил алхимик. – Не особенно вы нам рады, господин Конопляник, – вежливо заметил Клевер. – Уже поздно, я готовлюсь ко сну, – сказал алхимик. – Вот вы тут ко сну готовитесь, а у нас дел до утра по самое горло, – посетовал колдун. – Так что много времени мы у вас не займём. Ведьмак Карась, убивший вампира прошедшей ночью, признался, что продал вам его труп. – Это вполне законно! – взвизгнул Конопляник. «Явно что-то неладно с этим алхимиком», – подумал Клевер. Впрочем, репутацию Конопляник имел хорошую, торговлю вёл добросовестно и клиентов никогда не обманывал. – Ведьмак среди ночи стал барабанить мне в дверь и кричать, что у него для меня есть выгодное предложение, – забормотал алхимик. – Я впустил его, чтобы он не пошёл к моим конкурентам, и он втащил в мой дом мешок с мёртвым вампиром. Товар редкий и я как раз имел заказ… Я щедро расплатился с ведьмаком. И если вампиры узнают, что я имею дело с таким товаром… Я боюсь их, с детства боюсь. Однажды один вампир убил мою сестру, а потом сбежал и его так и не поймали… – Не надо бояться вампиров, они давно уже покупают кровь у бедняков, – сказал Клевер. – Вы лучше скажите, куда дели клык вампира? – Клык? – изумился Конопляник. – Да, клык. Этой ночью, ближе к утру, его обнаружили на месте особо опасного преступления. – Клык… На клык-то у меня и был заказ. Срочный заказ, – забормотал алхимик. – Не желая привлекать к себе внимания, я той же ночью доставил клык клиенту… – Кому? – Гному Люболюту. Почтенный рудознатец и старатель. Не знаю, зачем ему понадобился клык вампира, но деньги он обещал хорошие. И именно за срочность… Он и к другим алхимикам обращался. Во всяком случае, он так утверждал. Очень ему этот клык понадобился, и так срочно, что плату он пообещал в золоте… Он в городе ненадолго, он не местный… – А где остановился почтенный Люболют? – В «Горном Приюте». Это такой трактир с комнатами для ночлега, который содержат гномы. Было заметно, что Конопляник рад помочь городской страже – только бы она оставила его в покое. – Покажите нам труп этого вампира, – потребовал колдун. – Извольте, сюда – лаборатория у меня в подвале… – засуетился алхимик, указывая на неприметную дверь за ширмой с изображением цапли на болоте. За дверью оказалась лестница, ведущая вниз. Спустившись по ней за хозяином, колдун с эскортом очутились в подвале, стены, потолок и пол которого были выложены всё той же плиткой. Помещение заполняло различное алхимическое оборудование, бочонки, стеллажи с бутылями и горшками, а в центре стоял большой железный стол, на котором лежало бледное обнажённое тело вампира без головы. Обритая голова с отпиленной верхушкой черепа находилась тут же, на столе, на отдельном блюде. – Всё-таки они большие мастера, эти ведьмаки, – заметил Клевер, разглядывая колотую рану в груди покойного и вскрытую брюшную полость, демонстрирующую отсутствие некоторых внутренностей. – Вскрывали вы? – Да, я вскрывал, – с гордостью произнёс Конопляник. – Уже достал некоторые ингредиенты. Вот, голову вскрыл. Из мозга вампира получается замечательный эликсир… Колдун пальцем оттянул губу покойного. Один клык действительно отсутствовал. – А почему вы сломали клык, а не выдрали его целиком? – спросил колдун. – Понимаете, так получилось… Корни зубов у вампиров очень прочные, а я не зубодёр и не имею хорошего опыта… – забормотал алхимик. – К тому же я торопился… – Вампир действительно мёртв и это тот самый вампир, – подвёл итог Клевер. – Тело куплено на вполне законных основаниях лицом, исправно платящим налоги. На этом, пожалуй, всё. В молчании алхимик и его посетители поднялись по лестнице на первый этаж – Ну что ж, благодарю вас за содействие, – сказал Клевер и обвёл взглядом лавку. На прилавке стояла корзина, из которой высовывались горлышки бутылок. Колдуну это показалось странным. Всё-таки не таверна. – А это что у вас там, в корзине? – Крепкое вино. Необходимое для приготовления моих микстур и реактивов, – алхимик уже явно радовался, что его скоро оставят в покое. – Не хотите ли в подарок, ради укрепления доверия стражи к населению? – Нет, спасибо. Для взятки это слишком мало. Судя по разочарованным лицам юных стражников, они явно были с этим не согласны. – Не шастайте ночью по городу. Мы поймали ещё не всех грабителей, – напоследок пошутил Клевер, открыл дверь и вышел в холодную мокрую осеннюю ночь. За ним проследовал и эскорт. Трактир «Горный Приют» в темноте сиял всеми окнами первого этажа. Из приоткрытой двери доносилась музыка – волынки, скрипки, трубы. Музыка, впрочем, не оглушала и звучала даже несколько успокаивающе. Когда Клевер и стражники вошли внутрь, то особо буйного разгула не обнаружили. За столами сидели в основном гномы, среди них заметно выделялись люди – любители крепких напитков, изготовлявшихся исключительно горным народом. Никто не пел, не плясал и не бил посуду. Посетители и постояльцы степенно пили перед сном. Потолок был ниже, чем в большинстве подобных заведений, стены выложены необработанным камнем с включениями хрусталя, сверкавшего отражённым светом ярких ламп, висевших вдоль стен. На стенах висели изделия гномьих кузнецов – мечи и топоры, молотки и кирки, широкие ножи и цельнокованые щиты, что могут носить только крепкие руки, привычные к тяжёлой работе. «В любом другом питейном заведении всё это оружие пошло бы в ход в первой же пьяной драке», – подумал Клевер. Но гномы твёрдо соблюдали приличия и в пьяные драки почти не встревали. За гранитной стойкой стоял хозяин, протирая большую стеклянную кружку. Рядом высились бочки, бочонки и вовсе уж мелкие бочоночки с кранами. В нише, почти не заметные, сидели музыканты и играли на своих инструментах. В трактире царил степенный порядок. Было заметно, что здесь ценили спокойный отдых. – Кто здесь Люболют? – спросил Клевер. – Ну, я Люболют, – поднялся с лавки низкий и особенно широкоплечий гном с рыжей косой и бородой, тоже заплетённой в косички, одетый в штаны и куртку из толстой тёмной гоблиновой кожи. Он производил внушительное впечатление. – Нам нужно вас допросить. Вы снимаете здесь комнату? – Снимаю. А из-за чего я понадобился доблестной городской страже великого горда Ведьмин Горшок? – Давайте пройдём в вашу комнату и там это и выясним, – предложил колдун. Гном пожал плечами, допил свой кубок и вместе с ним направился к лестнице. «Хороший кубок, серебряного литья, – подумал Клевер. – Фамильная ценность, наверное. Так и таскается с ним везде. И никто не может ему недолить – у гномов мерки строгие». Колдун с эскортом проследовали за Люболютом по лестнице на второй этаж. Мощная кленовая дверь отсекла весь шум с первого этажа. Гном открыл дверь в свою комнату внушительным медным ключом и сделал приглашающий жест рукой. – Прошу в мою берлогу. В его комнате было темно, но просторно. Люболют протиснулся мимо стражников и зажёг свечу на столе. Из мебели, помимо стола обнаружились лежанка, закрытая медвежьей шкурой, покрытый серым лаком шкаф и пара стульев. Стены хозяин покрасил жёлтой краской. Пол застилал кремовый ковёр с простым орнаментом, на окнах висели белые занавески. В углу стоял прислонённый к стене топор с богатой резьбой на топорище и вытравленными на обухе рунами. – Так что же вам понадобилось от честного гнома? – поинтересовался Люболют, садясь на стул. Он упёрся руками в бёдра и внимательно разглядывал пришедших по его душу. – Объяснение, зачем честному гному понадобился клык вампира, да ещё так срочно, что алхимик ночью побежал его доставлять – и при каких обстоятельствах честный гном этот клык потерял, – разъяснил Клевер, присаживаясь напротив. Гном потёр лоб, нахмурился и заявил: – Ничего незаконного нет, если клык вампира понадобился честному гному. А уж тем более ничего незаконного нет в том, что гнома обокрали в таверне, похитив его кошель, в котором этот клык лежал вместе с монетами. Клевер заметил на столе длинный рыжий волос и как мог незаметно накрыл его рукой. #ЮджинДайгон
Log in or sign up to add a comment