Мир Притч

Притча!  Как Бадыноко победил одноглазого великана Адыгейские притчи Не было случая, чтобы нарт Бадыноко, охотясь, не попадал в цель, упускал добычу. Но случилось однажды так, а это было еще до того, как он стал охотиться вместе с Сосруко, — что возвращался Бадыноко с охоты без добычи. Вдруг выбежала на лесную тропинку дикая коза. Ее серая шерсть блестела на солнце. Ничто не уходило от стрелы Бадыноко из того, что замечали его глаза. Бадыноко пустил стрелу. Коза упала. "Убил”, — подумал Бадыноко. Он спешился, привязал поводья к луке седла и подошел к козе. Но коза вскочила и побежала. Бадыноко снова пустил ей вдогонку стрелу. Коза снова упала, а когда Бадыноко подошел к ней, она вскочила и побежала. Бадыноко рассердился, пустил стрелу в третий раз, но и в третий раз коза от него убежала. Охотник сел на коня и погнался за козой. Дотемна преследовал он козу, но настичь ее не смог. Давно уж был позади лес, началось нартское селение. Коза вбежала в чей-то двор и пропала. Вслед за ней въехал во двор Бадыноко. На топот коня вышел из дому хозяин. Он был однорук. Кто из нартов не знал Бадыноко, оборонившего Страну Нартов от нашествия чинтов? Не удивительно, что узнал его и этот однорукий нарт. Он сказал: — Добро пожаловать, Бадыноко, ты — желанный гость! — Пусть умножится число твоих гостей,, — отве тил Бадыноко. — Хочу зайти к тебе. — Заходи, славный витязь, в мой дом. Я —нарт, зовут меня Хагур. Хозяин пригласил Бадыноко в кунацкую, а домочадцам приказал зарезать для гостя быка. Бадыноко не стал есть. Он сразу лег, но долго ворочался, не мог заснуть. Утром, когда он проснулся, ему принесли напитки и яства, но гость не стал ни пить, ни есть. Он открыл дверь, чтобы выйти, но на пороге стоял Хагур. В его единственной руке блестел обнаженный меч. — Бадыноко, ты не уйдешь без битвы, — сказал Хагур. — Что я тебе сделал? — удивился Бадыноко. — Почему ты погнушался моим угощением? По чему не спал всю ночь? Разве мое угощение, моя кунац кая недостойны тебя? — рассердился хозяин. Бадыноко сказал: — Положи свой меч, не будем ссориться. Я рас скажу тебе, почему я не мог ни есть, ни пить, ни спать. И Бадыноко рассказал Хагуру об удивительной козе, которая трижды была пронзена его стрелами и трижды оживала. — Ничего не уходило от моей стрелы из того, что замечали мои глаза, — пожаловался Бадыноко. — А эта коза ушла от трех стрел, вбежала в твой двор и пропала. Вот почему я опечален, не могу ни есть, ни пить, ни спать. — Как можно горевать из-за того, что не удалось убить козочку? — воскликнул Хагур. — Разве это горе? Я вот испытал настоящее горе, однако же ем, и пью, и сплю. — Какое горе ты испытал? — спросил гость. — Нас было семеро братьев-нартов, — начал Ха гур. — Прослышали мы: место, что зовется Черным Ов рагом, кишмя-кишит дичью. Хотя это место слыло опасным, мы отправились туда на охоту. Черный Овраг был глубок, — нам казалось, будто мы блуждаем по седьмому дну земли. Мы достигли подножья горы, но даже вершина ее не достигала земли, тонула в овраге. У подножья горы лежал великан. Единственный его глаз мерцал посредине огромного лба. Одноглазый забав лялся тем, что бросал на вершину горы могучие скалы — абра-камни, а когда скалы летели вниз, он подкидывал их вверх своими пятками. Стадо овец паслось вокруг великана. Вдали виднелась пещера. Увидев великана, мы, семеро братьев, испугались, но обратиться в бегство сочли для себя позором. Мы приблизились и произнесли вежливое приветствие. Одноглазый, не повернув головы в нашу сторону, сказал: — Вы мне пригодитесь. Разведите в моей пещере огонь. Принесите котел воды. Выберите из стада шесть курдючных овец, освежуйте их и сварите. Я вернусь, когда вдоволь наиграюсь. Тогда и поужинаю. Что нам было делать? Пошли мы к пещере. Вход в нее был завален абра-камнем. Как мы ни старались, а сдвинуть его не могли. Оглянувшись, мы увидели котел, висевший над очагом: очаг стоял у входа в пещеру. Но нехватило у нас сил снять котел. Решили мы хоть огонь развести, нарубить дров. На земле лежал топор великана. Нас было семеро, но мы не могли его поднять. Я сказал: — Ничего у нас не выходит. Попробуем хоть овец поймать. Мы пошли к стаду, но овцы разбежались, ни единой не удалось нам поймать, не то что шестерых. Когда великан вернулся и увидел, что мы не исполнили его приказа, в его единственном глазу вспыхнула злобная радость. Не говоря ни слова, он пригнал своих овец, кончиком мизинца отодвинул могучий абра-камень, загнал в пещеру все стадо, потом загнал и нас в пещеру и завалил за нами вход абра-камнем. Зная, что мы теперь не выберемся из пещеры, он, не торопясь, нарубил дров, развел огонь, набрал воды в котел, повесил его над очагом, а мы смотрели на него, и в глазах у нас был такой же страх, как в глазах овец. Когда одноглазый отодвинул абра-камень и вошел в пещеру, чтобы зарезать овец, братья мои испугались и, "все шестеро, выбежали из пещеры. Но великан побежал за ними, легко их поймал и убил, проклятый, всех шестерых убил на моих глазах. Великан снова пошел в пещеру, поймал трех овец, вывел их, зарезал, освежевал, положил в котел, сварил и съел их в один присест. Запив мясо жирным наваром, он уснул. А я не мог уснуть. Долго я думал, как мне спастись. Утром я решил: "Будь что будет, а выколю единственный глаз чудовища. Пусть убьет меня великан, но в такой смерти есть мужество”. Так я и сделал: обнажил меч, подкрался к спящему великану и выколол его единственный глаз. Великан взвыл от боли. Он ударил абра-камень ногой с такой яростью, что камень взлетел в небо, упал и провалился сквозь землю. Ослепший великан стал шарить в пещере руками: он искал меня. Но я спрятался, он не нашел меня. Стал он выпускать на пастбище свое стадо, ощупывая каждую овцу. Между овцами находился один длиннобородый козел. Я приметил его длинную шерсть. Я лег под козлиное брюхо, вцепился руками в шерсть. Великан ощупал спину козла. На ней никого не было. Козел вынес меня из пещеры. Когда великан понял, что я на свободе, он крикнул: — Эй, нарт, победило твое счастье! Недаром гово рят, что вы, люди, умнее нас, великанов. Победил ты меня хитростью, получай за это в дар кольцо: в нем — моя сила. Ты достоин носить его. Великан снял с руки золотое кольцо и кинул его. Я тихо подполз к кольцу. Оно было так велико, что я надел его на руку. Но едва надел, оно стало звенеть, не умолкая. Хитрый великан погнался за мной: звон кольца выдавал меня. Что мне было делать? Я уж чувствовал позади дыхание великана. Тогда я вынул меч и отрубил руку, на которую было надето кольцо. Так и спасся, так и живу с одной рукой… Теперь ты понял, каково мое горе? Я потерял шесть братьев, а ты горюешь о козе! Выслушав Хагура, Бадыноко сказал: — Я отомщу за твоих братьев-нартов, я принесу тебе голову слепого чудовища. Клянусь солнцем! Бадыноко пустился в путь и на другое утро прискакал в Черный Овраг. Он увидел пещеру. У входа горел очаг, перед очагом сидел великан с потухшим глазом. Вдали, на пастбище, топтало траву стадо овец. — Да будет добрым твой огонь, хитрый великан!— воскликнул Бадыноко. — Хорошо, что ты пришел, — ответил слепой иныж. — Пригодишься мне в повара. — Исполню все, что прикажешь, — сказал Бады ноко. — Вкусно поужинаю этим малышом, — пробормо тал великан. И громко добавил: — Принеси мне из стада трех самых жирных овец. Поедим и ляжем спать. Овцы слепого великана были быстры, как вихрь, но конь Бадыноко мчался, как молния. Нарт догнал трех самых жирных овец, принес их, освежевал, сварил. "Плохо мое дело, — подумал великан. — Этому малышу удалось поймать моих овец. В нем, значит, есть сила”. Мясо сварилось. — Поедим, — продолжал великан. Бадыноко воз разил: — Хочешь поесть — свари. А что я сварил, хватит только мне одному. Бадыноко подсел к мясу, а великан встал, взял в руки пастушеский посох с крючком на конце и, спотыкаясь, пошел к стаду. Он нащупал самых тощих овец,— жалко ему было своими руками ловить самых жирных, он был скуп, — пригнал их, разделал и сварил. Бадыноко съел трех жирных овец, а великан — трех тощих. Так и повелось: великан съедал каждый день трех тощих, Бадыноко — трех жирных, пока они не поели все стадо. Тогда Бадыноко предложил чудовищу: — Давай поиграем, поборемся, вгоним в землю друг друга. Великан испугался, но сказал: — Я непрочь. Первая хватка — твоя, малыш! — Если рвану, то вот так! — крикнул Бадыноко и, подняв великана, вогнал его в землю по колени. Великан вырвался и вогнал в землю Бадыноко, но только по щиколотку. Тогда Бадыноко вогнал его по пояс. Великан вогнал нарта по колена. Тут рассердился Бадыноко и вогнал великана по самую шею. — Теперь вырвись, великан, — сказал Бадыноко. Но крепко держала злобного великана справедли вая земля: не мог он вырваться. — Сравняю все бугры на земле, — сказал Бады ноко. Он вынул меч и обезглавил великана. Тело чудовища осталось в земле, а голову Бадыноко привязал к седлу, сел на своего гнедого коня и помчался. Прибыв к Хагуру, Бадыноко спросил: — Узнаешь его? Хагур поглядел на голову великана, с пустой глазницей посредине лба, и узнал голову убийцы своих братьев. Хагур подошел к Бадыноко и обнял его. — Исполнил я свою клятву? — спросил Бадыноко. — Исполнил, — ответил Хагур. — Я не сомневался в этом. Долго я искал нарта, который отомстил бы за моих братьев, ибо сам я не мог совершить мести: силы нехватало. Когда дошла до меня твоя слава, я подумал: "Бадыноко станет мстителем за моих братьев!” Я послал мою дочь, чтобы она привела тебя в наш дом. Коза, в которую ты трижды стрелял, и была моей дочерью. До сих пор остались на ее теле следы твоих стрел. Сказав так, Хагур вышел и вскоре привел в кунацкую свою дочь. Она была красивей всех тонкобровых. Хагур обнажил ее спину: три рубца увидел Бадыноко на белоснежной спине. — Возьми ее в жены, — сказал Хагур. Но Бадыноко обнял однорукого нарта и сказал: — Друг служит другу не ради дара. Нет ничего на земле выше бескорыстной дружбы. Хорошему другу оставляют все, — оставляю тебе твою смелую краса вицу-дочь. Она найдет себе нарта по сердцу. Прощай! Да будут дела твои достойны песни! — Не я, а ты достоин песни! — воскликнул Хагур. И сказывают люди: Хагур и был тем нартом, кто сложил песню о Бадыноко. © Группа Мир Притч

Притча! «Будущее — продолжение прошлого» Притчи Ошо Что бы ты ни делал в будущем, это будет не более чем продолжение прошлого. Ты можешь немного изменить его — залатать здесь и там, но главная его часть останется прежней. Кто-то спросил Муллу Насреддина, когда он лежал на смертном одре: — Если бы тебе снова дали жизнь, как бы ты прожил её, Насреддин? Захотел бы ты что-нибудь изменить? Насреддин закрыл глаза в задумчивости, в медитации, потом снова их открыл и сказал: — Да, если бы мне снова дали жизнь, я стал бы расчёсывать волосы на прямой пробор. Мне всегда этого хотелось, но мой отец всегда настаивал, чтобы я этого не делал. И когда мой отец умер, мои волосы так к этому привыкли, что я уже не мог их расчёсывать на прямой пробор. Если бы вас спросили, что бы вы сделали в новой жизни, вы внесли бы небольшие перемены, такие, как эта. Муж с немного другим носом, жена с немного другим цветом лица, больший или меньший дом — но это не более чем «прямой пробор», мелочи, несущественное. По существу ваша жизнь остаётся прежней. © Группа Мир Притч

Притча! Гора Обасутэ Восточные притчи Японская притча Был в старину обычай: как только старикам исполнялось шестьдесят лет, покидали их на погибель в дальних горах. Так приказал князь: незачем лишние рты кормить. Старики при встрече приветствовали друг друга: — Как время-то бежит! Уж пора мне в этом году отправляться на гору Обасутэ. — Вот как? Значит, вместе пойдём, и мне пора. Но вот что случилось однажды на рассвете. Двое братьев несли по очереди своего старого родителя по крутой горной тропе. Тащит старший брат тяжёлую ношу на спине и слышит по временам какой-то треск за собой. Оглянулся он и спросил: — Что делает наш отец? — Да так, пустым делом балуется, — ответил младший брат. — Ломает ветки и бросает на дороге. — Отец, ты зачем ветки ломаешь? Верно, для заметок? Хочешь убежать, когда мы уйдём домой? Старик ответил так: В далёких горах Ветками путь отмечу. Зачем, для кого? Ради любимых детей, Что покидают меня. И после в молчании продолжал ломать ветки и бросать на тропинку. Обасутэ прячется в самой глубине гор. Братья добрели туда к вечеру, сказать по правде, с лёгким сердцем, только спинам их пришлось тяжело. Посадили они отца под большим деревом и начали совещаться, какую дорогу выбрать. — Идти назад тем же путём скучновато. — Правда твоя, ничего нового не увидим. — А зачем долго думать? Пошли вниз с горы куда глаза глядят. Всё равно выйдем к деревне. Так и сделали. Но незнакомая тропинка давай петлять, шла-шла вниз и вдруг начала подниматься вверх. А уже наступила ночь. Кругом слышался волчий вой, уханье сов… Братья сперва храбрились, а потом испугались вконец. — Вернёмся поскорей туда, где мы покинули нашего отца, и найдём верную дорогу. Он ведь оставлял заметы по пути, — взмолился младший брат. Вот когда братья впервые поняли, как сильно любил их отец, как заботился о них. — Батюшка! Батюшка! — стали кричать они во весь голос и бегом припустились назад. Взошла луна и осветила тёмную чащу. Видят — старик неподвижно сидит под деревом. Братья опустились возле него на землю и перевели дух. — Что с вами случилось, дети мои? — Да вот, захотелось нам пойти назад по другой дороге. Но мы заблудились. Просим тебя, вернись с нами и укажи правильный путь. Отец показал пальцем на тропинку: — Вот идите по ней, я бросал ветки по дороге. А я останусь здесь. — Нет, нет, не говори так. Позволь нам отнести тебя домой. Будь что будет, мы больше никогда не покинем тебя! — стали умолять братья. — Неразумные слова! Хотите вы или нет, а должны оставить меня в горах: на то есть строгий княжеский указ. Ослушников ждёт суровая кара. Но братья поняли, как любит родительское сердце, и твёрдо стояли на своём. Они понесли отца против его воли. Дома братья поспешили вырыть под полом глубокий подвал и спрятали там своего отца. Каждый день они приносили еду своему отцу и беседовали с ним. Так прошло больше года. Вдруг от имени князя объявили указ: «Приказываю свить верёвку из пепла, коли найдётся такой умелец». Люди в княжеских владениях вконец измучились, пробовали и так и этак, но всё без толку: никто не смог свить верёвку из пепла. Братья рассказали об этом своему старику-отцу. — А ведь дело-то нехитрое. Вымочите солому в солёной воде и свейте жгутом, а как высохнет, сожгите на огне, — посоветовал старик. Сделали братья, как он сказал, и правда, получилась у них верёвка из пепла. Князь похвалил братьев, но задал им новую задачу: — Коли вы такие хитрые, продёрните нить сквозь большую морскую раковину, да так, чтобы прошла внутри по всем завиткам. Опечалились братья и поспешили к отцу за советом. — Вот оно как, — призадумался отец, а поразмыслив, сказал сыновьям: — Принеси-ка ты муравья, а ты — длинную нитку и горсточку рисинок. Принесли сыновья, что велено. Старик привязал нитку к муравью и впустил его в глубь витой раковины, просверлив отверстие на верхушке. Потом повернул раковину открытой стороной к свету и насыпал рисинок. Муравей скоро выполз к приманке, а по дороге продёрнул нить сквозь все завитки. Князь остался очень доволен: — Хотел я узнать, сколь умны люди в моих владениях. Теперь душа моя спокойна. Но скажите мне, сами ли вы догадались, или кто другой научил вас? Братья поведали обо всём без утайки. — Поистине старые люди — кладезь премудрости! — воскликнул князь и немедля отдал указ, чтобы стариков отныне не оставляли в горах на погибель. А братьев богато одарил. Радостные вернулись братья домой. С тех пор они не таясь, без всякой боязни содержали своего отца в доме и заботились о нём. © Группа Мир Притч

Великое искусство дзенская притча Одного художника император попросил написать Гималаи на стенах его дворца. Художник был Мастером дзэн; он сказал, что ему нужно для этого три года жить в Гималаях. Император спросил: — Это займёт у тебя три года? Художник ответил: — Я прошу минимум времени, потому что, пока я не стану частью Гималаев, я не смогу написать их. Мне нужно пойти туда и раствориться в них. По прошествии трёх лет он вернулся и расписал стену в три дня. Император пришёл посмотреть. Это было чудо! Он никогда не видел такие прекрасные горы. Даже настоящие Гималаи были немного бледнее в сравнении с ними. Он долго стоял и любовался, а потом заметил: — Здесь я вижу тропинку, куда она ведет? Художник ответил: — Мы можем пойти посмотреть. Они пошли и больше не вернулись.  © Группа Мир Притч

Не дом, а рай! еврейская притча Один человек пришёл к Мастеру и стал молить о помощи: — Я в отчаянии. Я сойду с ума. Мы все живём в одной комнате: дети, жена, родственники. Наши нервы на пределе, все вопят и орут друг на друга. Не дом, а преисподняя! — Обещаешь сделать всё так, как я скажу тебе? — подумав, спросил Мастер. — Клянусь, я сделаю всё, что нужно. — Отлично. Сколько у тебя животных? — Корова, коза и шесть кур. — Возьми их всех к себе в комнату. А через неделю придёшь. Ученик пришёл в ужас. Но он должен сдержать клятву! Он забрал животных к себе в комнату. Неделю спустя ученик пришёл к Мастеру: на него было жалко смотреть. — Я больше не могу. Грязь! Смрад! Шум! Мы все на грани безумия! — Иди домой, — сказал ему Мастер, — и выставь животных обратно. Всю дорогу домой человек бежал. На следующий день он снова пришёл к Мастеру: его глаза светились радостью. — Как хороша жизнь! Животных нет. Тишина, чистота, простор! Не дом, а рай! © Группа Мир Притч

Притчи!  Советы правителя китайская притча Правитель Лу постоянно давал советы своим чиновникам. И хотя это были глупые советы, никто не решался сказать ему об этом. Однажды правитель назначил чиновника Ши Цзы-цзеня начальником дальнего уезда. — Возьми с собой двух писцов, — сказал правитель новому начальнику. — Пусть они записывают все, что случится в твоем уезде. Едва Ши Цзы-цзень приехал в уезд, как началась гроза. Молния ударила в храм, и храм сгорел. Писцы поспешно вынули кисточки и тушь, чтобы написать о пожаре. Но начальник уезда сказал: — Пишите не тушью, а сухой кисточкой. Понятно, что сухой кисточкой писцы не смогли нарисовать ни одного иероглифа. На другой день в уезде случилось наводнение. Как только писцы обмакнули свои кисточки в тушь, начальник уезда сказал: — Когда начнете писать, я стану вас дергать за рукава. Тогда иероглифы у вас получатся красивее. Конечно, и на этот раз писцы ничего не смогли написать. На третий день в уезде произошло землетрясение. Писцы тотчас же взялись за кисточки. Тогда начальник уезда сказал: — Советую вам писать, стоя на голове. Услышав такой совет, писцы покинули уезд и отправились к правителю. А у правителя в то время находился старый мудрец Конфуций. Писцы рассказали, что в первый день Ши Цзы-цзень приказывал им писать сухой кисточкой, во второй день — дергал их за рукав во время работы, на третий день советовал писать, стоя на голове. Правитель выслушал рассказ писцов и воскликнул: — Ши Цзы-цзень сошел с ума! Но мудрый Конфуций покачал головой и молвил: — Ши Цзы-цзень не безумец. Он просто деликатный человек. — В чем же его деликатность? — удивился правитель. — В том, что, находясь далеко от вас, он сумел показать, как плоха ваша привычка — постоянно давать всем советы. С тех пор Лу перестал вмешиваться в дела своих чиновников.    © Группа Мир Притч

Дух и собачий хвост ведическая притча Жил один бедный человек, нуждавшийся в деньгах. Он как-то услышал, что, вызвав духа, можно приказать ему принести и деньги, и всё, что угодно. Поэтому ему очень хотелось иметь в своей власти духа. Он всё искал человека, который мог бы дать ему духа в подчинение; наконец он нашёл мудреца, обладавшего большой силой, и попросил о помощи. Мудрец спросил его, зачем ему нужен дух. "Я хочу, чтобы дух работал на меня; научи, как мне вызвать его, — мне очень хочется иметь в своей власти духа", — ответил тот. Мудрец сказал: "Не беспокойся, иди домой". На следующий день тот человек опять пошёл к мудрецу и стал плакать и просить: "Вызови мне духа! Я должен иметь в подчинении духа, чтобы он мне помогал". Наконец мудрецу это надоело, и он сказал: "Возьми этот талисман, повтори волшебное слово, и дух придёт, и что ты ни прикажешь ему, он всё исполнит. Но берегись: он страшное создание и должен быть всегда занят. Если ты когда-нибудь не дашь ему работы, он лишит тебя жизни". Человек ответил: "Это очень легко; я могу дать духу работы на всю жизнь". Затем он пошёл в лес и долго повторял волшебное слово; наконец, перед ним предстал дух. "Я дух, — сказал он, — я побеждён твоим волшебством, но ты должен постоянно давать мне занятие; в ту же минуту, как ты мне его не дашь, я убью тебя". Человек сказал: "Выстрой мне дворец". Дух ответил: "Готово, я выстроил тебе дворец". "Дай мне денег", -сказал человек. "Вот тебе деньги", — ответил дух. "Сруби этот лес и сделай вместо него огород". "Сделано, — сказал дух, — что ещё?" Человек испугался и подумал, что дела у него больше нет, так как дух всё исполнил в один миг. Дух сказал: "Дай какое-нибудь дело, или я съем тебя". Бедняк не мог больше придумать никакого занятия, испугался и бросился бежать, добежал до мудреца и сказал ему: "О мудрец, защити меня". Мудрец спросил его, в чём дело, и человек ответил: "У меня нет больше работы для духа. Всё, что я ему приказываю сделать, он исполняет в один миг и грозит меня съесть, если я не дам ему работы". В эту минуту появился дух и, сказав: "Я съем тебя", приготовился проглотить человека. Тот стал дрожать от страха и умолять мудреца спасти его. Мудрец сказал: "Я нашёл выход. Посмотри на эту собаку с загнутым хвостом. Выхвати скорей свой меч, отсеки хвост и дай его выпрямить духу". Человек отрубил хвост собаки и дал его духу, сказав: "Выпрями его". Дух взял хвост и стал медленно и старательно его выпрямлять, но, как только он отпустил хвост, тот снова свился. Дух снова бережно выпрямил его, но, как только отпустил, хвост снова загнулся. Опять терпеливо дух выпрямил его, но хвост всё свивался, как только он его отпускал. Так дух работал много-много дней, пока совсем не утомился. "Никогда в жизни я не был в таком затруднении. Я старый, опытный дух, но никогда я не находился в таком трудном положении. Я пойду с тобой на соглашение, — сказал он человеку. — Ты меня отпусти, а я оставлю тебе всё, что дал, и обещаю больше не вредить тебе". Человек очень обрадовался и с готовностью принял это предложение. © Группа Мир Притч

Притча!  «Где рай?» Восточные притчи Ученику приснилось, будто он попал в рай и увидел там Мастера и других учеников — те сидели, погрузившись в медитацию. — И это все прелести рая? — в изумлении воскликнул ученик. — То же самое мы делали на земле! И тут он услышал Голос: — Глупец! Ты полагаешь, они в раю? Совсем наоборот — это рай в них. © Группа Мир Притч

Притча!  «Музыкальный «кайф» Притчи Татьяны Домарёнок-Кудрявцевой Удобно устроившись в мягком кресле , он неторопливо потягивал кофе из маленькой изящной чашечки . В его правой руке была электронная «мышка». Она помогала ему находить нужное музыкальное произведение на компьютере. Легкий щелчок — и в его наушниках звучит музыка. Ее нежные чарующие звуки , наполняющие его душу так же, как чудесный аромат свежезаваренного кофе пустую комнату, создавали ощущение райского наслаждения , другими словами «кайфа». Ему было очень приятно, музыка возбуждала, волновала его чувства и создавала сексуальное настроение. А в это время на его столе звонил телефон, звонил долго, протяжно и требовательно. Но он не слышал его и буквально не хотел слышать. И ему было абсолютно безразлично, кто набрал его номер на том конце проводов, кому он так сильно сейчас понадобился. Пусть это родной человек, пусть незнакомый, любящий или ненавидящий его. Даже если бы звонил сам Бог или Дьявол, он все равно б не снял трубку и не сказал ему «слушаю Вас». Для него сейчас самое главное в жизни — это тот «кайф», то настроение удовольствия, которое будто наркотик, сковало его по рукам и ногам и не отпускает от себя ни на шаг. © Группа Мир Притч

Притча!  «Недопонимание» еврейская притча В давние времена отправил некий царь гонца к царю соседних земель. Гонец запоздал и, поспешно вбежав в тронный зал, задыхаясь от быстрой езды, начал излагать поручение своего владыки: - Мой господин… повелел вам сказать, чтобы вы дали ему… голубую лошадь с чёрным хвостом… а если вы не дадите такой лошади, то… - Не желаю больше слушать! — перебил царь запыхавшегося гонца. — Доложи своему царю, что нет у меня такой лошади, а если бы была, то… Тут он запнулся, а гонец, услышав эти слова от царя, который был другом его владыки, испугался, выбежал из дворца, вскочил на коня и помчался назад докладывать своему царю о дерзком ответе. Когда выслушал царь такое донесение, он страшно рассердился и объявил соседскому царю войну. Долго длилась она — много крови было пролито, много земель опустошено — и дорого обошлась обеим сторонам. Наконец оба царя, истощив казну и изнурив войска, согласились на перемирие, чтобы обсудить свои претензии друг к другу. Когда они приступили к переговорам, второй царь спросил первого: - Что ты хотел сказать своей фразой: "Дай мне голубую лошадь с чёрным хвостом, а если не дашь, то…"? — "…пошли лошадь другой масти". Вот и всё. А ты что хотел сказать своим ответом: "Нет у меня такой лошади, а если бы была, то…"? — "…непременно послал бы её в подарок моему доброму соседу". Вот и всё.  © Группа Мир Притч