Жизненные истории

🐒Беременная вдова подобрала на дороге двух стариков… а через несколько дней узнала, кем они были на 🐬👤🐲

Утром на работе Марине стало плохо. Она почувствовала резкую тошноту и головокружение. В последние пару дней она уже испытывала легкое недомогание, но старалась не обращать на это внимания. А сейчас ей стало по-настоящему плохо. - Что случилось? – обеспокоенно повернулась к Марине соседка по кабинету, Аня. - Да что-то вдруг затошнило, и голова закружилась, – расстегивая воротник блузки и проводя ладонью по вспотевшему лбу, отозвалась Марина. - А ты часом не беременна? – хитро улыбнулась Аня. - Да, ну нет, скажешь такое! – отмахнулась Марина. – Скорее всего, съела что-то несвежее. - Что ты могла съесть несвежее, если ты ярая сторонница здорового питания? – захихикала Аня. Марина задумалась. А что, если она и вправду беременна? Да нет, не может быть. Или все-таки может… - Слушай, Ань, я все-таки хочу провериться. Вдруг и правд. Я в аптеку сгоняю. Марина встала со стула, вышла из кабинета и быстрым шагом направилась к выходу из офиса... Через десять минут она стояла в офисном туалете и не могла отвести взгляда от двух полосок на тесте. Она беременна! Марина не знала, радоваться ей или огорчаться. Они с мужем Андреем были пока не готовы к детям. Но раз уж так получилось… Вдруг это судьба? Мысли путались. Марина поняла, что сегодня ей уже не удастся нормально поработать и пошла к начальнице, Ирине Ивановне, чтобы отпроситься домой. Начальница, узнав в чем дело, ласково улыбнулась: - Конечно, Мариша, иди домой. Отдохни, приди в себя, а завтра я жду тебя на работе. Домой Марина не шла, а летела. Ей не терпелось поделиться новостью с мужем. Он сегодня выходной. Вот сюрприз будет, когда она неожиданно появится на пороге, да еще с таким известием! Марина открыла дверь квартиры своим ключом, вошла и зажгла в прихожей свет. Первое, что бросилось ей в глаза – красные женские туфли, стоящие в прихожей. Она их сразу узнала, это были туфли ее подруги Аллы. - Что Алла делает у нас дома, да еще в такое время? – удивленно подумала Марина, входя в зал. В зале никого не было, а из спальни доносились голоса. Уже начиная подозревать неладное, Марина быстро прошла на звуки, распахнула дверь и замерла на пороге... Андрей и Алла увлеченно о чем-то беседовали. Марина ахнула от неожиданности, и парочка испуганно повернула головы в ее сторону. - Марина-а-а? – растерянно протянул Андрей. - Ты почему так рано? Алла ничего не говорила, только куталась в одеяло и испуганно хлопала глазами, глядя на подругу. Что было дальше, Марина помнила с трудом. Кажется, она кричала, швыряла вещи, выгоняя мужа и подругу из квартиры, потом упала на кровать и долго надрывно рыдала. А затем сидела на полу, уставившись в пустоту. Когда она пришла в себя, на улице уже стемнело. В квартире стояла тишина. *** Пять дней спустя Марина шла в частную клинику, чтобы записаться на аборт. За эти дни она приняла твердое решение... Андрей пришел домой всего один раз и то, только затем, чтобы забрать свои вещи и сообщить Марине, что они разводятся. Оказалось, что они с Аллой встречались уже полгода и это любовь. Марина не стала сообщать Андрею о своей беременности. Она уже поняла, что муж всерьез настроен на развод и не хотела удерживать ребенком человека, который ее больше не любил. Она долго думала, сохранять ей беременность или нет, и решила, что не хочет, чтобы ее хоть что-то связывало с предателем, даже ребенок. К тому же, она понимала, что не потянет малыша сама. А помочь некому: родители живут в другом городе, а зарплаты на няню не хватит. Вспоминая все события прошедшей недели, Марина добрела до клиники. Она села в кресло перед кабинетом, дожидаясь своей очереди. Через несколько минут вышла пациентка, и из-за двери раздался голос врача: - Заходите! Марина вошла. Врач оторвался от бумаг и взглянул на нее. - Антон?! – удивленно вскрикнула она. - Неужели это ты?! Антон был ее одноклассником и первой любовью. В одиннадцатом классе Марина была тайно влюблена в него, но так и не решилась признаться в своих чувствах. На выпускном он пригласил ее на танец, а в конце вечера робко поцеловал в щеку. Сердце замирало от счастья, но она так смутилась, что даже не позволила парню проводить ее домой, о чем впоследствии долго жалела. После выпуска Антон уехал в другой город поступать в медицинский, и с тех пор они больше не виделись, хотя Марина часто вспоминала о нем. И вот сейчас он сидел перед ней – взрослый, возмужавший и все такой же красивый. - Маришка! Вот это встреча! Антон явно был рад ее видеть. Он встал из-за стола, подошел и обнял ее. Эта неожиданная встреча так удивила Марину, что она на время забыла о своих бедах. Минут десять бывшие одноклассники оживленно беседовали. Внезапно Антон спохватился: - Ох, что ж это мы болтаем! Ты же у меня на приеме! Рассказывай, с чем пришла? Эта фраза вернула Марину в реальность и ее лицо снова погрустнело. Она тяжело вздохнула и рассказала бывшему однокласснику обо всем: об измене мужа, о предательстве подруги, о неожиданной беременности. - И ты решила из_бавиться от ребенка? – внимательно посмотрел на нее Антон. - Да! – твердо сказала она. После осмотра Антон предложил бывшей однокласснице: - Марина, а давай сегодня вечером сходим в кафе, посидим, поговорим. Все-таки аборт – это серьезное решение, его нельзя принимать вот так сразу. Ты не против? - Хорошо. Ей хотелось пообщаться с Антоном, побольше узнать о его жизни. *** Вечером Марина и Антон сидели в маленьком кафе и говорили обо всем на свете. Вспоминали школьные годы, шутили и смеялись. Впервые за последнюю неделю Марина почувствовала себя хорошо. Ей нравилось общаться с Антоном и не хотелось уходить. Внезапно Антон завел разговор о беременности Марины. Он стал уговаривать ее оставить ребенка, говорил, что она пожалеет, ведь малыш не виноват в предательстве ее мужа. - А у тебя у самого есть дети? – перебила его Марина. - Ты вообще женат? - Был... Но я не могу иметь детей. Жена ушла от меня, когда узнала об этом. – тихо проговорил Антон и опустил глаза. Повисла пауза. Антон отвел в сторону глаза. Когда он вновь взглянул на Марину, по ее щекам текли слезы. - Знаешь, – прошептала Марина, - а я ведь в душе хочу этого ребенка, но боюсь, что не справлюсь. - Ну что ты! Конечно справишься! А если будет трудно, я всегда рядом. – с улыбкой заверил ее друг и ободряюще погладил по руке. Беседа закончилась тем, что Антон предложил Марине стать ее личным врачом и вести беременность... *** Впервые за последние дни, Марина спала спокойно. С души будто камень упал. - Эх, была бы я посмелее, тогда, на школьном выпускном, возможно мы с Антоном сейчас были вместе... – засыпая, думала она. Следующим вечером в квартире Марины раздался звонок. Она открыла дверь и замерла от удивления. На пороге стоял Антон с пакетом свежих фруктов в руках. – Пришел навестить свою пациентку! – немного смущаясь, улыбнулся он. – Можно? - А как ты узнал мой адрес? – растерянно спросила Марина. - Он же указан в твоей медкарте! – рассмеялся друг. - Ну тогда заходи! – улыбнулась хозяйка. Марина и Антон сидели на кухне, пили чай и разговаривали. - Знаешь, Мариша, - внезапно сказал Антон, - а я ведь был влюблен в тебя в школе. Но боялся признаться. Тогда, на выпускном, когда мы танцевали, я решил, что у меня есть шанс. Но ты убежала от меня. - Ох, если бы ты знал, как я потом ругала себя за это! – с жаром ответила Марина. - Я ведь тоже была влюблена в тебя, но очень стеснялась. Я часто тебя вспоминала потом, жалела, что ты уехал в другой город. Несколько минут Антон молчал, что-то обдумывая. Затем посмотрел Марине прямо в глаза и серьезно сказал: - Мариша, а может быть еще не все потеряно? Может быть, судьба дает нам второй шанс? - Но я ведь беременна... от другого мужчины. - растерянно сказала Марина. - Зачем тебе чужой ребенок? - Ну и что? Своих детей у меня все равно никогда не будет, а папой стать хочется. - тепло улыбнулся Антон. - Я согласна. - смущенно произнесла Марина и вновь почувствовала себя влюбленной старшеклассницей. Антон придвинулся к ней, обнял и поцеловал. Марина крепко прижалась к нему. По ее щекам потекли слезы. Но на этот раз это были слезы счастья. автор: ГЛУБИНА ДУШИ Если эта история понравилась Вам, нажмите Класс или оставьте свое мнение в комментариях, только так я вижу что Вам понравилось, а что нет. Спасибо за внимание 💛

Правый глаз Веры, который в результате манипуляций с тушью, новой подводкой и тенями, про которые Верина подружка Галка сказала, что такими только на светский раут краситься можно, стал раза в два больше, чем ему было положено от природы, и теперь даже немного пугал. Но останавливаться на достигнутом Вера, конечно, не собиралась. На огурцы, отмокающие в ванной, смотреть ей было просто некогда. А все потому, что не далее, чем неделю назад, Верин муж, тот самый Виталик, который колдовал сейчас на кухне, закрывая банки с огурцами на зиму, объявил ни с того ни с сего жене свою волю: - Хочу, чтобы ты у меня стала настоящей женщиной! И выдал Вере свою карточку с накопленной за год заначкой. Сказать, что Вера обалдела – ничего не сказать. Первой мыслью у нее было, разумеется, закатить скандал. А как же! Если Виталик умудрился скопить некоторую сумму, утаив ее от семейного бюджета, значит, он, возможно, не только зарплату не отдавал целиком, а еще в чем-нибудь приврал. И как тут разберешь, в чем именно? Думок сразу в голову лезет – не объять! А куда такое годится?! Однако, вслед за первой мыслью, Веру посетила вторая. И она, не успев даже рта открыть, плюхнулась на табурет, стоявший на кухне, и напрочь забыла про недоваренный борщ, который выкипал на плите. - Что значит, настоящей женщиной?! Это было… Ух, как это было! Захотелось заорать на весь свет и перебить новенький, буквально на днях подаренный свекровью, сервиз, о котором Вера мечтала так, как не мечтала до этого ни о чем на свете. Сервиз был дорогущий, и Вере мог присниться только в сладком сне. А свекровь взяла, да и подарила! А когда Вера заплакала, перебирая тарелки, почему-то рассмеялась: - Ой, Верочка! Ну что же ты такая глупенькая у меня?! Я для тебя все, что угодно сделаю! Только живите! Причины такого ее поступка Вере были непонятны, но объясняться свекровь не пожелала. Обняла сначала Веру, потом сына, перецеловала внуков, и отбыла восвояси. Она вообще не любила долго гостить где-то. Отговаривалась всегда тем, что дома хозяйство, за которым нужен глаз да глаз. Вера с ней и не спорила. Привозила внуков на выходные, следила, чтобы дети вели себя хорошо, и перед каждой такой поездкой придумывала, чем бы еще порадовать ту, кто приняла ее в семью спокойно и без упреков. А упрекнуть Веру было за что. Если уж даже родственники в этом плане старались изо всех сил, то чего Вере было ждать от чужой, по сути, женщины, которую она и видела-то всего раз в жизни до свадьбы. Тогда Виталик привез Веру с сыном знакомиться к своей матери. И Вера долго боялась выходить из машины, то оглядываясь на спящего сына, то спрашивая у Виталика: - Может, не надо? Что я ей скажу? А она мне?! Выгонит нас! Как пить дать – выгонит! - Да с чего ты это взяла?! – удивлялся Виталик. - А с того! Когда я Олежку родила, меня родная тетка из дома выставила. Сказала, что я теперь чужая им, если так их опозорила! А ты хочешь сказать, что твоя мама меня с распростертыми объятиями примет?! С ребенком на руках?! Ох, Виталик, и наивный же ты! Так не бывает! - А ты выводы раньше времени не делай! Может, она тебя еще удивит. Удивляться Вере не хотелось вовсе. Но не ехать же обратно, раз ворота поцелованы? Пришлось брать на руки сонного сынишку и топать вслед за женихом. Ольга Васильевна, мать Виталика, Веру все-таки удивила. Поздоровалась сдержанно, внимательно разглядывая будущую невестку, а потом взяла, да и протянула руки: - Доверишь? Я его в своей спальне уложу. Намаялся с дороги, бедняжка… И Вера, сама не зная почему, просто протянула Ольге Васильевне своего сына. А тот даже протестовать не стал. Приоткрыл глазенки, пробормотал что-то, покрепче обнимая за шею Ольгу, которая заворковала что-то, запела, успокаивая ребенка, и уснул снова. Бабушкой Ольгу Васильевну Олежка назвал сразу, как только новое слово выучил. А та протестовать не стала, чем раз и навсегда завоевала сердце Веры. Сына своего Вера родила рано. Едва восемнадцать исполнилось. О том, кто его отец, знало все село. И гудело, судачило напропалую, гадая, женится ли Митька Бугаев на Верке Старостиной, или так, обгуляет только, как и всех других девчат до нее. Репутация у Митьки была самой, что ни на есть, поганой. И Вера, конечно, об этом знала. А потому, обходила его десятой дорогой, не желая даже смотреть в его сторону. Но Митька был хитрый змей. Знал, какое слово девушке сказать да как в душеньку запасть так, что не вытравишь, как не пытайся! А там, где не получалось мирком да ладком, творил такое, что девчатам не оставалось ничего другого, как грех свой прикрывать да помалкивать. Не смолчала только Вера. Возвращаясь как-то из города, куда ездила проведать тетку, Вера припозднилась. И пришлось ей топать через поля, потому, что доехать она смогла только до соседнего поселка. Дальше водитель, как она его ни уговаривал, не поехал. - Ради тебя одной машину буду гонять? Вот еще! Ножками дойдешь! Дождя нынче нет. Вот и прогуляешься! А мне домой пора! Что было делать Вере? Пришлось добираться до дома на своих двоих. Митькин «жигуль» догнал ее неподалеку от поселка. - Вера, а что это ты так поздно и одна? Садись! Подвезу. - Не надо, Митя. Спасибо! Сама дойду! – шарахнулась было в сторону Вера, но было уже поздно… Домой она вернулась в разорванном платье и в слезах. Не заходя в дом, где спала больная мама, прошла в баню, и почти до утра пыталась смыть с себя следы потных Митькиных рук и слюнявых поцелуев. Ревела, злилась, ругала себя за нерасторопность и думала о том, как сделать так, чтобы мама ни о чем не узнала. Врач Вере весьма доходчиво объяснил, что сердце у ее матери совсем никуда не годится и нервничать ей нельзя. - От волнения может все, что угодно случиться. Вы меня понимаете? Понимала ли его Вера? Еще как! У нее, кроме мамы, близких людей и не было. Тетка не в счет. Правда, тогда Вера еще об этом не знала. Возила сумки с яйцами и молоком в город, помогала по хозяйству, ведь думала, что родня на то и нужна, чтобы в помощи не отказывать, ежели попросят. Мама Веры о том, что с дочкой приключилось, так и не узнала никогда. Вера была на пятом месяце, когда ее не стало. Ушла она тихо, во сне, оставив дочь одну-одинешеньку на белом свете. Тетка, приехавшая, чтобы помочь Вере, от племянницы и ее будущего ребенка открестилась сразу. - Сама наработала – сама и поднимай! На меня не рассчитывай! Почему сразу не пошла к участковому?! Почему не рассказала?! Уже бы замужем была! И грех бы прикрыт был! А ты что же?! Нет, Вера! Ты как хочешь, а меня во все это не впутывай! У меня своих проблем хватает! Вера, которая едва на ногах стояла, почти ничего не видя от слез, даже не сразу поняла, что ей тетка сказала. А когда, спустя несколько дней, до нее все-таки дошло, что теперь ей помощи ждать неоткуда, собралась и пошла к участковому. - Верочка, ну что ж ты сразу не сказала?! Почему молчала?! – схватился за голову участковый. – Ну я ему устрою! Небо в овчинку покажется! Митьку посадили. Когда Вера заговорила, оказалось, что у этого охламона по всему поселку детвора бегает. Аж семерых насчитали! А матери их поначалу отнекивались, когда их спрашивали, но постепенно разговорились, и дело пошло. Мать Митькина после того, как суд ему окончательный приговор вынес, Веру, которая свой срок дохаживала, при всех прокляла, прямо посреди улицы плюнув ей под ноги и пожелав, чтобы ребенок больным родился или не родился вовсе. Но жители поселка Веру в обиду не дали. В ту же ночь ворота Бугаевых смолой вымазали, а еще через пару месяцев вынудили продать дом и уехать. А Вера в срок разрешилась от бремени крепким крикливым младенцем, в котором, на удивление, не было даже намека на Митькину породу. Весь до капельки Верин сын был вылит в Старостиных. Нос и уши от отца Вериного, которого она почти не помнила, потому, что не стало его раньше, чем Вера подросла настолько, чтобы хоть какую-то память заиметь о нем, а кудри и карие, словно вишенки, глазенки – от бабушки. Соседи помогли и по хозяйству, и одежкой для малыша на первое время. Кто-то даже колыбель притащил, чему Вера была несказанно рада. Деньги, которые ей остались от матери, она старалась тратить с умом, прекрасно понимая, что родить ребенка – это только начало, а поднимать в одиночку – та еще задачка. Со звездочкой. Но едва Вера успокоилась, понимая, что без помощи не останется в случае чего, как из города нагрянула тетка. Да не одна, а с дядьями – братьями покойной Вериной матери. Их Вера до того дня и в глаза не видала, потому, что с сестрой, ее матерью, дядья не общались. - Ты, вот что, Вера… Съезжать тебе надо! – помявшись немного на пороге, выдали они опешившей молодой матери. – Дом этот наш. Родительский. И делить мы его будем по совести. Пока мать твоя жива была – и вопросов не было. У нас с нею уговор был – она живет, а мы вас не трогаем. - А теперь? - А теперь все поменялось. Нам деньги нужны! Дом мы продавать будем. - А мне теперь куда же? - Это ты сама думай. Часть материну мы тебе выделим. Не звери же мы, в самом деле, а там дальше уж сама решай – куда тебе. Задумалась Вера. В поселке за те деньги, которые ей предлагали родные, ничего не купишь. Даже домика-развалюшки. Слишком мало. А это значит, что придется в город ехать. А как там без помощи да поддержки?! Тут хоть соседи помогают. А там у Веры никого… Тетка волком смотрит. К колыбели Олежки подошла и отвернулась тут же, пробормотав себе под нос, что Вере не рожать надо было, а… Ну Вера ее слушать не стала, конечно. Не ее ума дело, кому Вере жизнь давать, а у кого отбирать ее! Сына своего Вера никому в обиду не даст! Не для того рожала! Родственники уехали, а Вера в слезы. Как не пореветь, если на душе кошки скребут, а с домом родным прощаться приходится? Святое дело! А пока она сопли на кулак наматывала, соседи по поселку понесли новости, которые узнали от тетки Вериной, по домам. Кто-то злился на родню Верину, кто-то на нее саму, не понимая ее выбора и не принимая его. Чесали языки, смакуя подробности, но и о деле не забывали. И уже на следующий день в дом Веры пришел участковый. - Ты, Верочка, вот что... В соседнем поселке женщина одна полдома продает. Хорошая женщина, положительная. Я ее знаю. Мужа схоронила, дети разъехались, а одной ей тяжело управляться. Дом у нее большой. Давай-ка я тебя в выходные отвезу туда. Ты посмотришь, познакомишься с нею, и тогда уже решишь, надо оно тебе или нет. Что скажешь? - Спасибо скажу! – Вера чуть на шею участковому не кинулась. - Вот и хорошо! Олежка как? - Растет! Сделав «козу» малышу, участковый отправился восвояси, а Вера выдохнула, погладив ладошкой мамин портрет, стоявший на самом видном месте. - Не пропадем мы, мамочка! Даже не думай! Все хорошо у нас будет! С Татьяной Петровной, хозяйкой дома, Вера общий язык нашла сразу. - Ты, Верочка, не бойся меня. Я тетка смирная. Только беспорядка не терплю. Ежели у тебя все тихо да ладно будет, так и делить нам нечего. И с малышом помогу тебе, если хочешь. Только, это если ты на работу выходить надумаешь. А если так, погулять куда – на меня не рассчитывай! Предупреждаю сразу! - А есть работа в поселке? Мне бы не помешала. - Есть. Как не быть?! Подружка моя продавца в магазин свой ищет. У нее в поселке три точки. Недавно еще один открыла. Замолвить за тебя словечко? - Да! - И то дело! Двух зайцев да разом! Хороший день! В магазине-то Вера с Виталиком и познакомилась. Он приехал в поселок, чтобы матери помочь, и та его послала купить что-то к столу. Вера ему покупки упаковала, и сама не заметила, как все о себе выложила. И об Олежке, и о Татьяне Петровне, которая малышу стала настоящей бабушкой, и о себе… Вроде и болтливой никогда не была, а поди ж ты! Разговорилась… А Виталик ее не перебивал. Слушал внимательно, а потом распрощался, уже зная, что не дадут ему спокойной жизни эти глаза-вишенки и тихий голос Веры, который набатом теперь звучал в его душе. Вернулся он, правда, к Вере не сразу. Да и как иначе? Как рассказать той, к которой душа потянулась, что жизнь у него совсем не сладкая? Что пропала куда-то среди ночи жена-гулена, бросив двоих детей, младшему из которых на тот момент было всего три месяца от роду. Что пришлось ему самому заботиться о малышах, так как мать ухаживала за больным отцом и не могла отлучиться от него даже на минуту. Что сыновья его, такие ласковые, шустрые, любимые, плачут порой по ночам, зовя сами не зная кого, ведь мать они или давно забыли, или вовсе не помнили. Не знал Виталий, как рассказать обо всем этом Вере. А потому, бродил вокруг да около магазина, в котором она работала, а зайти и поговорить не решался. Да только не учел он одного. Вера тоже его не забыла. И решила навести справки, расспросив Татьяну Петровну о Виталике. А потому, когда он все-таки решился снова появиться в магазине, Вера уже все про него знала. - Старшему твоему сколько? – огорошила она его чуть ни с порога. - Три года на днях будет. - А младшему? - Годик исполнился. - Как моему Олежке. - Вер… - С детьми меня познакомь. А там видно будет. Так и сошлись. Свадьбу сыграли тихо. Почти никого не звали. Посидели по-семейному. А после свадьбы махнули на море с детворой. И Вера радовалась этой поездке чуть ли не больше детей. Она-то нигде и никогда не бывала. Да и как ей было не радоваться?! Семья теперь у нее есть, муж, дети. Счастье… Правда, за счастье это пришлось ей побороться. Сначала, когда старший сын заболел и Вера почти два месяца провела с ним в больнице, доверив свекрови младшеньких. А потом, когда мать мальчишек явилась, чтобы потребовать детей. Ну тут уж Вера себя во всей красе показала. Детей не отдала. Съездила в родной поселок, чтобы посоветоваться с участковым, и прошла все от и до, не побоявшись трудностей, чтобы стать мальчишкам матерью не только по сути, но и на бумаге. Мать мальчиков как появилась, так и исчезла снова, не дождавшись окончательного решения суда, а Вера выдохнула, когда свекровь, обняв ее после заседания, сказала: - Теперь я за детей совершенно спокойна! Шло время, росли дети, а Вера оставалась все такой же – немного пугливой, очень тихой, улыбчивой по делу и без, но все в поселке знали – она такая до поры до времени. Мурлычет смирной кошкой, сидя на припеке и стараясь ни о чем плохом не думать, но стоит кому-то ее семью тронуть – тут же тигрицей кинется на защиту. И тут – на тебе! Она да не женщина?! Всю ночь после того, как муж вручил ей карточку, Вера не спала. Ворочалась, то и дело вставая и подходя к зеркалу. Разглядывала себя в свете ночника, поворачиваясь то одни боком, то другим, и все понять никак не могла, что с нею не так. У мужа спрашивать не хотела. Обиделась. А потому, по утру, отправив детей кого в сад, а кого в школу, пошла к своей подруге – Галине. - Галь, что делать?! Галя была такой же, как и Вера. Немного не от мира сего. А потому, решила, что самым лучшим решением в этом вопросе будет совет умных людей, которые для женщин журналы всякие сочиняют. Ну не просто так же они это делают, правда?! Не было бы там чего умного написано, так и не читал бы никто! Собрав все, что были в доме, Галина приволокла их на кухню и уже через полчаса они с Верой знали, что настоящая женщина должна правильно питаться, правильно одеваться, правильно краситься, и вообще все на свете делать правильно, а иначе она вовсе не женщина, а так – не пойми что, и сбоку бантик. И хорошо еще, если бантик у нее есть, а то, бывает и так, как у Веры. В наличии не имеется! Бантик Вера, конечно, покупать не стала. Но в город с Галиной съездила. Купила себе хорошую косметику, новую ночную рубашку и красивущие туфли, которые даже из коробки дома доставать побоялась. Чтобы мальчишки не испортили ненароком. Правда, Виталик Вериных стараний не оценил. Она как раз почти закончила наносить тени на веко, когда дверь в ванную распахнулась, и Вера со всего маха ткнула себе кисточкой прямо в глаз! И тут же решила, что настоящей женщиной ей быть вовсе даже и не хочется. - Веруня, ты чего?! – Виталик охнул испуганно, глядя, как жена скачет на одной ножке, поскуливая от боли и пытаясь протереть глаза, из которых градом катились слезы. - Это все ты! – сквозь зубы прошипела Вера, сообразив, наконец, что надо бы умыться, а не размазывать с таким трудом нанесенный макияж по лицу и ванной. – Женщину тебе подавай?! Женщину?! А я тогда кто?! Виталик, поняв, наконец, что не так, обнял жену, остановив тем самым ее метания по ванной: - Погоди, шалая! Дай, помогу! И умывая, нежно, едва касаясь, Верино лицо, он выговаривал ей: - Я, конечно, болван, но и ты хороша! Знаешь же, что я говорить хорошо не умею. И нет бы спросить! Сама себе придумала – сама обиделась! - А зачем ты мне денег дал и на то, что я не женщина, попенял? – попыталась было вывернуться из рук мужа Вера, но ее тут же призвали к порядку. - Да затем, что ты, сколько мы с тобой живем, ничего лишнего себе никогда не позволяла! Все детям или мне. Маму мою и ту балуешь, а себя – ни разу! Разве это дело?! Вот я и решил, что денежку тебе дам, а ты на что захочешь, на то и потратишь. Как те женщины, которые по магазинам ходят и покупают все, что хотят, без разбора. Тут уже пришла очередь Веры хохотать. Она так смеялась, что чуть до греха не дошло. А прибежавшие ребятишки, не разобрав поначалу, что мама смеется, а не плачет, подняли такой рев, что пришлось потратить немало времени на то, чтобы их успокоить. А вечером, уложив детей, Вера выйдет на крыльцо, поднимет начисто отмытое лицо к небу и засмеется тихонько, вспоминая тот кавардак, который она устроила в этот день. - Все! Последние отдыхать отправил! – выйдет вслед за нею Виталик и усядется рядом на ступеньки. - Хорошо укрыл? - Обижаешь! Огурчики будут – высший сорт! - Хорошо бы! Они мне скоро ой, как пригодятся! – улыбнется Вера и положит руку мужа себе на живот. - Да, ладно! И ты молчала?! – охнет Виталик, обнимая жену. - А как тебе скажешь?! У тебя то огурцы, то запросы. На меня, бедную, и времени-то нет! Она попытается еще что-то сказать, но муж не даст. Поцелует для начала, чтобы помнила о том, что женщине забывать не след, а потом прижмет к себе покрепче, чтобы понимала, где ее место. У сердца, немножко наискосок. Там, где душа дышит. Автор: Людмила Лаврова.

-Да,- и обратился к сыну,- Санька, пойдём быстрее, а то опоздаем. Аня проводила их взглядом. Что-то беспокоило её, казалось, что мужчина и ребёнок будто не вместе, словно чужие друг другу. " Аня, не твоё дело,-говорила она сама себе. -Мало ли что у них произошло...Нет, а вдруг это ...да что за дурацкие мысли лезут в мою голову. Ребёнок же в школу ходит, там явно документы все проверили..." Осень затянулась дождями и холодным ветром. Аня изредка встречалась по утрам с соседями. Всегда одно и тоже ... -Здравствуйте. Санька, привет. Отвечал только папа. Аня как -то назвала Саньку Сашенькой, у ребёнка задрожала верхняя губа, отец прижал его к себе и, не глядя на соседку, тихо сказал ей : -Санька. И он не говорит. -Простите, я не знала,- растерялась Аня. Потом целый день на работе она обыгрывала эту ситуацию . " Может мама называла мальчика Сашенькой? И не говорит...бедный ребёнок..." В один из тоскливых осенних вечеров дверной звонок оторвал Аню от просмотра сериала. Она напекла для себя любимой блинчиков, открыла баночку клубничного варенья, удобно расположилась на диване и только поднесла блинчик ко рту, как раздался звонок. Аня с сожалением посмотрела на блин и отложила его. За дверями стоял сосед. Встревоженный. -Извините... -Анна... -Что?-не понял мужчина. -Меня зовут Анна,- ответила девушка. -А, да...извините, Анна, у вас случайно нет градусника. У Саньки кажется температура , а наш градусник сломался... Мужчина что-то ещё говорил, а Аня уже бежала к аптечке: -Проходите,- крикнула она. Достала градусник, на всякий случай и жаропонижающее. Обернулась и увидела взгляд соседа, направленный на стопку блинчиков. " Наверно и поесть не успели, да и когда ему готовить,"- Аня отложила несколько блинчиков себе , остальные протянула мужчине. Было видно, что ему неловко. -Берите скорее, самое лучшее лекарство блинчики . Вот еще варенье. Идём лечить больного,- скомандовала Аня. Мужчина улыбнулся , и Аня обратила внимание, что он вполне симпатичный. Санька по- прежнему искоса посматривал на Аню. Но папа рядом, значит можно доверять чужой тёте. Температура была незначительной, но Аня посоветовала всё- таки вызвать врача. Мужчина согласно кивнул : -Завтра с работы вызову... -То есть с работы?- удивилась Аня.- А кто с ребёнком сидеть будет? Кто дверь врачу откроет? -Он привык...Мне надо работать. Санька взрослый. Справится. Но Аня была категорична : -Нет, как вас там по батюшке... -Сергей... -Хорошо, Сергей. Нет, если вы не будете переживать, как ваш сын здесь, то я изведусь, беспокоясь о нём! -Анна, я понимаю, что вы хотите сказать. Но у нас нет бабушек, тёть и прочей родни, а которая есть, те живут очень далеко от нас. Мне надо работать. Санька... -Сергей, погодите,- перебила Аня.- Вы поймите,придёт завтра педиатр, а маленький ребёнок ,больной ребёнок один дома . Как думаете, она отреагирует? Сделаем так, я поменяюсь сменами и завтра отсижу с Сашей. -Вам придётся потом в ночь выходить?- тихо спросил Сергей. -Вас это не должно волновать,- отрезала Аня.- Завтра в восемь часов я у вас. Так и пролетела неделя больничного у Саньки. Он по- прежнему молчал. Но уже с интересом слушал тётю Аню. А как ему нравились её блинчики, котлетки...Сначала стеснялся, а потом как налёг. У Ани первый раз глаза защипало, глядя на это. Она внезапно погладила мальчонку по голове :" Воробушек мой." А он замер , глаза наполнились слезами и вдруг зарыдал. Аня испугалась : -Что ты, что...маленький мой...Не плачь... Санька выздоровел . Снова соседи изредка утром встречались на лестничной площадке. Теперь с улыбками, только Санька всё молчал. Так и дожили до зимы. Просто соседи. Как-то Аня возвращалась домой с работы, в магазине закупилась. Шла, тащила тяжёлые пакеты и выговаривала самой себе, что надо же быть такой дурой, куда столько накупила... Санька выносил мусор, увидел тётю Аню, подошёл и молча потянул один пакет на себя. -Санька, да он тяжелее тебя,- Ане было приятно, что мальчик хочет помочь. Но Санька упрямо тянул пакет на себя. -Хорошо,- сдалась Аня.- Только если устанешь, то остановись, отдохни. Санька ,как ни странно, донёс пакет спокойно. Это Аня плелась где-то внизу, в который раз укоряя себя в неразумности действий. -Ох, Санька, ты мой герой,- выдохнула наконец.- А героям полагается награда. Погоди, - Аня достала из одного из пакетов купленную шоколадку и протянула мальчику. Глаза ребёнка загорелись и он ...улыбнулся. Это была самая лучшая награда для Ани. Но не успела она скинуть сапоги, как раздался звонок в дверь. Сергей протянул ту самую шоколадку: -Анна, вы балуете Саньку. -Да вы что, серьёзно?- Аня отчего-то разозлилась.- Да будет вам известно, что эта шоколадка награда герою! -Награда? Герою? - Сергей недоумённо посмотрел на девушку. -А вы поднимите пакет! Тяжко? А теперь представьте, каково Саньке было его тащить. И при этом он сам предложил помощь. -Сам? Он что ...заговорил?- столько надежды в глазах Сергея, что Ане стало неловко. -Нет... он просто подошёл и взял пакет,- взгляд Сергея потух. - Сергей, не переживайте, всё у вас будет хорошо. -Спасибо,- как -то потерянно ответил Сергей и вышел из её квартиры. День рождения Ани в конце ноября. Получив на работе поздравления , букеты цветов , девушка в отличном настроении приближалась к дому. Из парадной вышла женщина, держащая Саньку за руку. За спиной Саньки висел школьный рюкзак. " Поздновато для школы,"- подумала Аня. -Здравствуйте. Санька, привет,- поздоровалась она.- А где твой папа? -Вот и нам интересно, где его папа,-с укором в голосе ответила женщина. -Извините, а вы кто? -Учительница я... всегда отец забирал Сашу вовремя, а сегодня не пришёл и по телефону не отвечает. И что мне делать, к себе его брать? Ещё и ребёнок молчит...уж сколько раз я говорила отцу, чтоб перевёл его в коррекционную школу... Ане учительница не понравилась : -Знаете что... Саша у меня побудет пока. -Вы уверены?- спросила учительница, хотя по ней видно было, что она с радостью избавится от данной обузы. -Санька, у меня детей нет, потому переодевайся в физкультурную форму. Хорошо, что она у тебя с собой. Сейчас будем кушать и пить чай с тортом. Любишь торт? И я люблю. Завтра выходной , уроки заданы? Тогда завтра сделаем. Вот так задавая вопросы, порой отвечая самой себе , Аня и разговаривала с Санькой. Иногда мальчик внимательно смотрел на неё, пару раз кивнул головой. Аня радовалась, это маленькие шаги к большой победе. Когда мальчик заснул , Аня достала его телефон, в котором был один контакт ПАПА. Аня переписала его к себе. Несколько раз позвонила, абонент вне зоны действия сети. Отправила смс от том, что Санька у неё. Тревога за Сергея охватила Аню. "Господи , лишь бы всё обошлось!" Утром на телефон поступил звонок. Звонил Сергей. -Сергей, -чуть не вскрикнула Аня.- Где ты?- так переживала, что не заметила, как перешла на "ты". -Анна,- с надрывом в голосе ответил Сергей,- я в больнице... -Как ? Что случилось?- Аня старалась говорить как можно тише, Санька спал. -Машина выехала на тротуар...Анна, Аня....пожалуйста...Санька... -Не переживай, лечись. В какой ты больнице? Санька поживёт у меня. -Спасибо...Только не говори ему, что я болею...Он до сих пор не может прийти в себя после гибели мамы... Ане стало нехорошо...Сколько пережил этот малыш ? Как помочь ему? Саньке она сказала, что у папы много работы и он сейчас далеко. Сергей звонил сыну, разговаривал с ним, но Санька лишь слушал. Аня взяла две недели отпуска. Провожала Саньку в школу и забирала его оттуда. Гуляла с ним. Играла. Вместе готовили. И Санька стал чаще улыбаться , иногда смеялся. Обо всём этом Аня рассказывала Сергею, когда навещала его в больнице. И он уже по- другому смотрел на свою соседку. -А ещё мы с Сашей купили ёлочные игрушки. Он сам выбирал. Серёжа, ты бы видел, сколько восторга у него было . -Аня, спасибо, я не знаю, как бы справился без тебя,- Сергей обнял девушку и она замерла. -Справился бы,- ответила девушка и посмотрела ему в глаза. Оба поняли, что это начало нового витка в их жизни. -Санька, папа приедет через два дня,- Аня и Санька намывали квартиру.- Приедет, а тут у вас чистота, ни пылинки. Сейчас ещё в магазин сходим, а то ваш холодильник пустой. Зима коварна. То снегом завалит, то каток устроит. Поскользнулась Аня и рухнула. На мгновение почернело в глазах и в тот же миг её сознание разорвал крик Саньки : -Мама! Мама! - Санька упал рядом на колени и старался поднять Аню. Плакал навзрыд , всё повторяя : -Мама! Мама! Аня , ощущая боль в ноге, попробовала сесть, кто-то из прохожих помог подняться : -Сашенька, маленький мой, Сашенька, - плакала Аня, целуя мальчика. Благо, только сильное растяжение. Но встретить Сергея не удалось. Аня решила не говорить ему о том, что Санька начал разговаривать. А тот болтал без умолку , будто хотел выплеснуть всё невысказанное за какое-то время. Аня уговорила Саньку сделать папе сюрприз. Санька сам открыл папе дверь. У Ани же нога болит. Сергей присел перед сыном , обнял его и вдруг... -Папа... Сергей не поверил: -Что? Повтори... -Папа...папа, привет... -Са...Санька!- закричал отец ,поднял сына, закружил. Санька визжал , хохотал. За ними наблюдала Аня, вытирая набегающие слёзы. Сергей остановился, прижал сына к себе, увидел Аню : -Спасибо... Новый год встречали вместе. Самым счастливым был Санька, у него теперь снова есть мама! Из сети Если эта история понравилась Вам, нажмите Класс или оставьте свое мнение в комментариях, только так я вижу что Вам понравилось, а что нет. Спасибо за внимание 💛

📋Мой сын будет единственным влaдельцем домa, и у неё не будет на него никаких прав 😮🐤📻

Свекровь разорвала ей платье перед вручением премии.Она не знала, что всё это время работал диктофон Звук был похож на хруст сухой ветки, на которую наступили тяжелым сапогом. Только это была не ветка. Это был бархат. Плотный, темно-вишневый бархат, который я выбирала три недели, чтобы выглядеть достойно на вручении премии. Я стояла перед зеркалом, боясь вдохнуть. Правая бретелька безжизненно повисла, обнажая плечо, а по боковому шву, от талии до самого бедра, зияла огромная дыра. Сквозь неё просвечивала телесная комбинация — та самая деталь, которую никто и никогда не должен был видеть. Зинаида Сергеевна стояла за моей спиной. В её пухлой руке, унизанной дешевыми кольцами, остался клок ткани с декоративной пряжкой. Она не выглядела испуганной. Наоборот, её лицо расплылось в приторно-сочувственной гримасе, от которой мне стало хреново. — Ох, Яночка! — всплеснула она руками, отбрасывая кусок платья на пол, как грязную салфетку. — Ну я же говорила! Я же предупреждала тебя, деточка! Ты так поправилась на этих своих булках, что ткань просто не выдержала! Оно же трещало на тебе, как на барабане! Я медленно подняла глаза. В зеркале я видела Глеба. Мой муж стоял в дверях спальни, скрестив руки на груди. Он был уже одет — свежая рубашка, запонки, запах дорогого лосьона. Он смотрел на меня не с любовью, не с жалостью. С холодным, расчетливым пренебрежением. — Глеб, — мой голос дрогнул, но я заставила себя говорить твердо. — Ты видел? Она наступила на подол ногой. И дернула меня за плечо. Специально. Глеб закатил глаза и цокнул языком. Этот звук в последнее время я слышала чаще, чем своё имя. — Яна, прекрати. Опять ты начинаешь? Мама просто хотела поправить тебе молнию. Ты сама дернулась, как странная. Посмотри на себя. Руки трясутся, пятна на шее. Ты в зеркало-то глянь — на кого ты похожа? — На кого? — спросила я, чувствуя, как внутри разливается ледяной холод. — На безумную, — отрезал он. — На ту, которую опасно выпускать к людям... ПРОДОЛЖЕНИЕ ЗДЕСЬ👇👇👇ПОЖАЛУЙСТА , НАЖМИТЕ НА ССЫЛКУ НИЖЕ (НА КАРТИНКУ)⬇

💓Наша суррогатная мама подарила нам нашу девочку — когда мой муж впервые купал её, он воскликнул: ◻☁📣

Наша суррогатная мама подарила нам нашу девочку — когда мой муж впервые купал её, он воскликнул: «Мы не можем оставить этого ребёнка!». Почти десять лет мы с мужем мечтали о ребёнке, но каждая попытка заканчивалась разочарованием. Поэтому мы решили обратиться к суррогатному материнству. Всё было абсолютно законно — у обеих сторон были юристы, заключены контракты, и весь процесс прошёл удивительно хорошо. Когда мы узнали, что наша суррогатная мама, Кендра, беременна, мы с мужем были вне себя от счастья. На каждом УЗИ мы с восхищением наблюдали, как растёт наша дочь. Беременность проходила гладко, и, когда мы впервые увидели нашу дочку в маленькой кроватке, это казалось нереальным. Мы назвали её София, и всего через несколько дней привезли домой. В тот же вечер муж впервые искупал Софию в детской ванночке. Я стояла рядом с ним, светясь от счастья, пока он осторожно поворачивал Софию, чтобы помыть ей спинку. Почти десять лет мы с мужем мечтали о ребёнке, но каждая попытка заканчивалась разочарованием. Поэтому мы решили обратиться к суррогатному материнству. Всё было абсолютно законно — у обеих сторон были юристы, заключены контракты, и весь процесс прошёл удивительно хорошо. Когда мы узнали, что наша суррогатная мама, Кендра, беременна, мы с мужем были вне себя от счастья. На каждом УЗИ мы с восхищением наблюдали, как растёт наша дочь. Беременность проходила гладко, и, когда мы впервые увидели нашу дочку в маленькой кроватке, это казалось нереальным. Мы назвали её София, и всего через несколько дней привезли домой. В тот же вечер муж впервые искупал Софию в детской ванночке. Я стояла рядом с ним, светясь от счастья, пока он осторожно поворачивал Софию, чтобы помыть ей спинку. А потом он застыл. Казалось, его охватила внезапная волна страха. Он посмотрел на меня широко раскрытыми от ужаса глазами и крикнул: «Этого не может быть... срочно позвони Кендре!» Озадаченная, я спросила: «Что случилось? Почему?»... ПРОДОЛЖЕНИЕ ЗДЕСЬ👇👇👇ПОЖАЛУЙСТА , НАЖМИТЕ НА ССЫЛКУ НИЖЕ (НА КАРТИНКУ)⬇

Цыганку втолкнули в камеру к матёрым преступницам. Охранники заливались смехом: «Сейчас её на куски разорвут!» Но они мигом заткнулись, когда она взяла начальника колонии за руку Поезд остановился на станции Свирьково глубокой ночью, но никто не вышел проводить единственную пассажирку на перрон. Зоя Мирославовна стояла под козырьком деревянного вокзала, вдыхая колючий декабрьский воздух, который пах прелой хвоей, мазутом и вечностью. Её баул из грубой мешковины стоял у ног, в правой руке она сжимала узелок с материнской иконой, а левая непроизвольно тянулась к воротнику пальто, под которым на сыромятном ремешке висел медный складень — единственное, что у неё не отняли во время долгих разбирательств в губернском суде. Станционный смотритель, закутанный в тулуп до самых бровей, махнул рукой куда-то в сторону тёмной дороги и прокричал сквозь ветер: — До скита семь вёрст, ежели через Забытый лог пойдёте. Только не советую, барышня, там нынче метель злая крутит. Переночуйте у нас в зале ожидания, а по свету кто-нибудь из ихних монашек на дровнях приедет. — Мне не привыкать к метелям, — ответила Зоя, и голос её прозвучал так спокойно, что смотритель на мгновение перестал жевать потухшую трубку и всмотрелся в лицо женщины. Она была невысока, но держалась прямо, как сосна на скале. Тонкие черты лица, бледная кожа, почти прозрачная в свете керосинового фонаря, и глаза — тёмные, глубокие, в которых, как в торфяных озёрах, не отражалось ничего, кроме звёзд. Ей можно было дать и восемнадцать, и тридцать — возраст словно стёрся под действием какой-то внутренней силы, не имеющей отношения к прожитым годам. Зоя подняла баул и шагнула за круг света. Дорога на Крестовоздвиженский скит была не просто тёмной — она была живой. Вековые ели смыкали над ней лапы, образуя туннель, в котором ветер пел на сотни голосов, а снег, срывающийся с ветвей, напоминал белую крупу, отбрасывающую призрачные тени. Зоя шла, не ускоряя шага, и каждые сто саженей останавливалась, чтобы переложить узелок из одной руки в другую и проверить, не ослаб ли ремешок с медным складнем. Её направили сюда особым указом — не в ссылку и не в заточение, а на «пожизненное покаяние и исправление под духовным присмотром». Так гласила бумага, подписанная судебным приставом Тарасовым. На самом деле всё было сложнее: в губернском городе Берестье случился пожар, уничтоживший дом купца Кособродова, и в поджоге обвинили Зою. Её вина не была доказана, но и оправдана она не была — следователь заявил, что дело «попахивает чародейством», а поскольку время стояло просвещённое и за колдовство уже не сжигали, то лучшим решением сочли убрать опасную женщину с глаз людских. В глухой скит, под надзор игуменьи, где Зоя проведёт остаток дней за ткацким станком и чтением Псалтири. Никто не спросил у неё, правда ли то, что говорят. А говорили разное. Что Зоя способна увидеть в человеке самое сокровенное, едва заглянув в глаза. Что она лечит наложением рук и заговаривает кровь. Что в детстве её нашла в лесу старая травница Мирослава, воспитала как внучку и передала все тайные знания, которые собирала чуть ли не с языческих времён. Сама Зоя в ответ на расспросы лишь улыбалась одними уголками губ и говорила: «Люди болтают лишнее, а я просто умею слушать тишину». К полуночи метель усилилась, и Забытый лог встретил её воем, который выворачивал наизнанку само понятие тишины. Зоя поняла ПРОДОЛЖЕНИЕ ЗДЕСЬ👇👇👇ПОЖАЛУЙСТА , НАЖМИТЕ НА ССЫЛКУ НИЖЕ (НА КАРТИНКУ)⬇

– Что-то случилось, сынок? Почему ты на меня кричишь? – Ты лгала мне всю жизнь! Теперь я знаю правду! – Не понимаю, о чем ты, – Наталья старалась сохранять спокойствие хотя бы внешнее, – может, объяснишь? – Не прикидывайся! Ты все прекрасно понимаешь! – Не говори загадками, – Наталья выключила плиту, присела на табуретку, – рассказывай, что произошло. – Я познакомился со своим отцом! – Игорь внимательно следил за реакцией матери. Наталья даже бровью не повела. – С отцом? – Да, с настоящим отцом! Наталья все поняла: кто-то рассказал сыну историю его появления на свет… *** Она познакомилась с Виктором, когда ей было двадцать. Бурный роман с красивыми ухаживаниями, цветами, подарками, вскружил девушке голову. Казалось, счастью не будет конца. Но все сложилось до боли банально. Узнав о беременности, Виктор предложил избавиться от проблемы. Денег дал. Сказал, что не готов и не собирается становиться отцом. Наташа рассказала обо всем родителям, и те настояли, чтобы она сохранила ребенка: – Малыш не нужен Виктору, – уговаривала мать, – зато он нужен нам! Ничего не бойся. Все у тебя будет хорошо! И Наташа послушалась родителей. Виктору сказала, что претензий к нему не имеет и беспокоить не будет. Никогда. Парень сильно разозлился и исчез, бросив на прощанье: – Делай, что хочешь. Мне все равно… Больше Наташа его не видела. Никогда. Когда сыну было два года, она познакомилась с Кириллом. Они стали встречаться. Со временем Наташа рассказала мужчине о сыне, о том, что он родился без брака. Кирилл отреагировал спокойно. Сказал, что ребенок счастью не помеха, и тут же сделал предложение. Как только они поженились, Кирилл усыновил Игоря и очень скоро полюбил его как родного сына. Через пару лет у пары родилась дочь. Никаких особенных проблем в семье не возникало. Супруги прекрасно ладили, дети росли счастливыми. Кирилл никогда как-то по-особенному не выделял дочь на фоне сына. И постепенно все забыли, что у мальчика где то есть еще один отец… А Виктор в это время жил свободной жизнью, занимался бизнесом. Со временем сильно преуспел, стал очень обеспеченным. В тридцать пять женился. Несколько лет супруги жили для себя, потом стали подумывать о наследнике. И вот тут выяснилось, что у жены Виктора есть проблемы со здоровьем. Потребовалось несколько лет обследований, лечения, всяческих курортов и даже святых мест, чтобы женщина забеременела. Когда все получилось, Виктор выдохнул с облегчением: наконец-то, к сорока годам у него появится сын. Ну, или дочь… Однако радость оказалась преждевременной. Жена Виктора ребенка не доносила: поскользнулась, упала и… все… Мнение врачей было однозначным: детей у женщины больше не будет… Виктор долго не думал. Развелся, не оставив жене практически ничего… Сказал, что она и этого не заслужила… Около двух лет жил один. И однажды вспомнил, что в родном городе у него должен был родиться ребенок… Навел справки. С восторгом обнаружил, что у него не просто ребенок (он все еще представлял себе какого-то абстрактного младенца), а взрослый сын, который недавно закончил университет и имеет экономическое образование… Чем не наследник? «В меня пошел», – с гордостью подумал Виктор и засобирался на родину… Найти Игоря не составило труда. Виктор пригласил парня в ресторан, отметил про себя, что тот похож на него, как две капли воды, и рассказал ему «правду». Свою правду… В ней, разумеется, во всем была виновата Наталья… Закончив свой «правдивый рассказ об отцовских страданиях», Виктор предложил сыну переехать к нему: – У тебя великолепное будущее и большие перспективы, Игорь. Нет: Игорь Викторович. Я смогу дать тебе все, и даже больше… – Кириллович…, – поправил Виктора парень, – мое отчество – Кириллович… – Твоя мать даже в этом мне отомстила, – нашелся Виктор, – но мы это исправим. Нет проблем. Так ты согласен, сынок? – Не знаю, – ответил Игорь, в голове которого засела только одна мысль: «Обманывали! Всю жизнь обманывали!», – мне нужно подумать. – О чем здесь думать, сын?! – Виктор излучал саму уверенность, – тебе выпадает шанс, о котором другие могут только мечтать! – Мама…, – тихо проговорил Игорь. – А что мама?! Будь мужиком, в конце концов! Никуда твоя мама не денется! Она даже рада будет! Как говорится: с глаз долой, из сердца – вон. А ты обеспеченным человеком станешь, будешь ей помогать. И х@ахалю ее… – Кому?! – возмутился Игорь. Ему стало обидно за мать и отца… – Ну этому, с которым она живет, – снова нашелся Виктор, поняв, что перегнул палку… Целых два часа Виктор «обрабатывал» парня в том же духе и добился своего. Игорь не на шутку рассердился. Поверил в то, что родители его обманули, предали, что действовали только в своих интересах и потому лишили его настоящего отца. Который так его любит… Вот и прилетел к матери выяснять отношения… *** – Твой настоящий отец – Кирилл, – твердо сказала сыну Наталья, – он усыновил тебя совсем маленьким, вырастил, выучил. Любит как родного. А человек, о котором ты говоришь, всего лишь твой биологический отец. Чувствуешь разницу? Да, он дал тебе жизнь, но тут же хотел отнять ее. Ты был ему не нужен. Не нужен больше двадцати лет! И ты называешь его настоящим отцом?! Да он тебе, по сути, никто! – Прекрасно, – с усмешкой сказал Игорь, – ты ведешь себя в точности, как он предсказал. Так что не старайся. Я уже все знаю. Отец потом хотел вернуться, хотел общаться со мной, помогать. Но ты ничего этого не захотела! Отказалась! Запретила ему появляться! Почему?! И почему вы ничего не сказали мне?! Я бы понял! – Мы с папой просто не хотели тебя тревожить, – Наталье дорогого стоило сдерживаться, говорить спокойно, – хотели, чтобы ты рос спокойно, ни о чем таком не думал. Чтобы счастлив был. Уверен в себе. И у нас все получилось. Ну скажи, разве тебе было плохо? Ты хоть раз почувствовал себя несчастным? Обделенным? Нет. Так на что же ты обижаешься? В чем меня обвиняешь? В том, что мы берегли от обид и горя твое маленькое сердечко? – А потом? Потом, когда я вырос, почему не сказала? – А зачем? Твой биологический отец не искал с тобой встреч. Я слышала, что он давно уехал куда-то и была уверена, что он забыл о нас. Кто ж знал, что он объявится? Не иначе ему что-то нужно… – Он хочет, чтобы я переехал к нему… Навсегда. Наташа охнула, схватилась за сердце… В этот момент пришел с работы Кирилл. Увидев побледневшую Наталью, бросился к ней… Потом была скорая, уколы… Когда Наталью отвезли в больницу, Кирилл спросил у Игоря: – Что у вас произошло? Я ни разу не видел маму в таком состоянии. Игорь все рассказал… Кирилл молчал. Только желваки на скулах выдавали его напряжение. – И что ты решил? – спросил он наконец. – Я хочу сам во всем разобраться, – ответил Игорь, – поэтому… думаю…мне стоит переехать к отцу… – К отцу… – Да! К отцу! – взорвался Игорь, – вы даже не дали мне с ним познакомиться! – Другими словами – матери ты не поверил… – Я не знаю, кому верить! Он говорит одно, мать – другое! А что скажешь ты? – Ничего… Все, что я мог тебе сказать, я сказал за те годы, что был рядом. Теперь ты вырос. Поступай как считаешь нужным. Только запомни: измываться над матерью я тебе не позволю. – Я и не собираюсь! – выкрикнул Игорь и бросился в свою комнату собирать вещи. Вдруг у него зазвонил телефон: – Сынок, что ты решил? – спросил Виктор. – Я еду с тобой. Вещи собираю… – Зачем? Возьми только документы. Все остальное купим, как только приедем. – Хорошо, – бросил в ответ Игорь… Через несколько минут он вышел из комнаты, направился к выходу. – Ты хорошо подумал? – спросил Кирилл… Игорь ничего не ответил. Ушел, громко хлопнув дверью… Наталья вернулась домой почти через месяц. Увидела пустую комнату сына, и, хотя уже знала, что Игорь уехал к Виктору, расплакалась. – Не надо, милая, – обнял жену Кирилл, – все будет хорошо. Игорь уже взрослый, он во всем разберется. Просто ему нужно время. А мы подождем. Все вместе… Игорь тем временем осваивался в новой жизни. Теперь у него была не одна комната, а целый этаж. Не просто работа, а руководящая должность: отец назначил его начальником отдела. На работу он ездил не в автобусе, а на дорогом автомобиле. И гардероб у парня сменился полностью: отец запретил ему ходить в джинсах. Теперь он носил только костюмы, которых в гардеробной уже насчитывалось больше десяти… Проблем с деньгами у парня тоже не было. Отец подарил ему платежную карту с весьма внушительной суммой. Подарил и сказал: – Это тебе на первое время. В дальнейшем – рассчитывай только на себя. Работа у тебя есть, будут и деньги. Главное, правильно ими распоряжайся. Трать с умом. И запомни: в долг я не даю. Никому и никогда. Даже тебе. А это – подарок. Первый и последний. Игоря сначала покоробило от таких слов, но потом он подумал и решил, что в принципе Виктор прав (он пока называл отца по имени). Ведь он, действительно, не обязан его полностью содержать. Хватит того, что сын бесплатно живет в его доме. Шло время… Игорь вполне адаптировался на новом месте. На работе все складывалось как нельзя лучше. Появились новые друзья, новые увлечения. Жизнь, как говорится, била ключом. Но среди всего этого праздника жизни Игорь все чаще и чаще… скучал по своей прежней жизни… Он ведь был абсолютно счастлив, когда жил дома: с мамой, отцом и младшей сестренкой. И друзья у него были самые настоящие, с детства. А не вот эти… И с новым отцом ему было ох как непросто… Виктор оказался человеком властным, педантичным. Его не интересовало мнение окружающих. В том числе и мнение Игоря. Он общался с ним так, будто парню было лет десять. Даже не общался: отдавал распоряжения: иди туда, сделай это, купи то, помолчи. Игорю иногда казалось, что Виктор смотрит на него и не видит: пустой, холодный, безразличный взгляд… Хотя на словах все выглядело иначе: это мой сын, моя гордость, мой наследник. Наследник… До того, как им стать, Игорь жил вполне нормально. Семья не шиковала, но и не бедствовала: всегда имела все необходимое. И культа денег в семье не было. Мечта иметь яхту Игоря никогда не посещала. Ему всего было достаточно. Поэтому, свалившееся на голову богатство, радовало только первое время. Потом Игорь стал относиться к нему совершенно спокойно. Как к чужому… Словом, счастливым себя Игорь не чувствовал. Даже подумывал о возвращении домой. Вернуться хотелось, но решимости сделать это – не хватало. Стыдно было… Понимал, что обидел отца с матерью… Случай представился неожиданно… Однажды Виктор вернулся домой в приподнятом настроении: – Игорь, иди сюда. Доставай виски. Есть повод! – Какой? – Ты женишься! – Я?! – Игорь чуть не подавился лимоном. – Ты! У моего партнера есть дочь. Чуть моложе тебя. Я, правда, ее не видел, но это не важно. Главное – у нее есть деньги! Папочка позаботился! Ты просто не представляешь, сколько там! – Но…, – попытался возразить Игорь. – Никаких «но»! И не надо мне сейчас говорить про любовь и все такое. Лучше скажи спасибо, что я забочусь о твоем будущем! Она – единственная дочь! Наследница! Ладно, не благодари… Вижу, как тебя перекосило… – Если она такая богатая, – неожиданно твердо сказал Игорь, – сам женись на ней. Виктор расхохотался: – Я бы рад, но слишком стар для нее! Девочка – аккурат для тебя! Мы с ее папашей уже договорились… – Смешно…, – бросил Игорь. – Ничего смешного! – вдруг разозлился Виктор, – я слово дал! Так что хочешь-не хочешь, а жениться тебе придется! – Не придется. Я никому слова не давал, и жениться не буду. Во всяком случае сейчас, – Игорь сам удивился своей решимости. В этот момент он почему-то вспомнил отца. Кирилла. Тот, если принимал какое-то решение, следовал ему неукоснительно. «А я ведь на него в этом похож», – промелькнуло у Игоря в голове. И он добавил, глядя Виктору прямо в глаза: – И вообще. Я уезжаю. Домой. Меня родители ждут. Хватит, нагулялся. Виктор опешил: – Кто тебя ждет? Родители? Хочешь опять жить с ними в том клоповнике? Давай! Только назад не просись! Не приму! Игорь улыбнулся. Достал из шкафа спрятанные джинсы, любимый свитер, вытащил из портмоне карточку, подаренную Виктором, положил на стол, и, уходя, сказал: – Не беспокойтесь так… Подойдя к подъезду родного дома, Игорь долго смотрел на светящиеся окна их квартиры… Пытался представить, что сейчас делают мама, отец, сестренка… Потом решительно рванул с места, бегом поднялся на пятый этаж, нажал на кнопку звонка и замер… За дверью послышались шаги… Увидев сына, Наталья радостно вскрикнула… Кирилл вышел посмотреть, что случилось… Подошел к жене и сыну, обнял обоих… – Вот теперь хорошо, – прошептал он… Так они и стояли: молча, обнявшись… Пока из комнаты не выскочила сестра и не завизжала от восторга: – Ура! Братик вернулся! Автор: Сушкины истории.