«Мы семья, имеем право!

»: Свекровь тайно подала заявление на мою квартиру, пока я была на работе, и привела жить деверя
Алина всегда считала свою квартиру крепостью. Не потому, что она была какой-то роскошной — обычная «двушка» в спальном районе, доставшаяся ей от бабушки ещё до брака. Но именно эти стены давали ей чувство независимости. Даже когда отношения с Олегом давали трещину, она знала: ей есть куда привести сына, и здесь она хозяйка.
Утро началось с ливня и странного звонка.
— Алина Игоревна? Это из нотариальной конторы «Абрамов и партнёры». Вы оставляли заявку на дистанционную подачу заявления об отчуждении доли. Возникла техническая ошибка с электронной подписью, нужно ваше личное присутствие для подтверждения...
Алина замерла с чайником в руке. Вода лилась мимо чашки, обжигая пальцы, но она не чувствовала боли.
— Какое заявление? Какое отчуждение? Я ничего не подавала.
На том конце провода возникла пауза.
— Странно. Заявление поступило через портал, все данные ваши. Более того, к нам вчера заходила женщина... представилась вашей доверенной родственницей. Сказала, что вы на сохранении в больнице и не можете прийти лично.
Алина медленно опустилась на табурет. На сохранении? Она не была беременна.
Вечером того же дня Алина сидела на кухне, глядя в окно. В замке повернулся ключ. Олег вошел в квартиру, насвистывая какой-то мотивчик. Следом за ним, по-хозяйски отодвинув сына Алины в сторону, заплыла Маргарита Степановна.
— Ой, Алиночка, а что это у нас ужин не готов? — свекровь принюхалась, брезгливо поморщившись. — Олег пришёл с работы голодный, а ты всё в облаках витаешь.
Алина подняла глаза. Взгляд её был тяжёлым, холодным.
— Олег, — тихо произнесла она. — Мне сегодня звонили от нотариуса. Спрашивали, почему я решила переписать свою квартиру на твоего брата Игоря.
В кухне повисла такая тишина, что было слышно, как тикают часы в коридоре. Олег вдруг начал проявлять нездоровый интерес к своим шнуркам, а Маргарита Степановна, ни на секунду не смутившись, начала развязывать шарф.
— Мне звонили от нотариуса, Олег! — уже громче повторила Алина, чувствуя, как внутри закипает ярость. — Кто подал заявление на мою квартиру от моего имени?!
Она перевела взгляд на свекровь. Та замерла. Лицо Маргариты Степановны на мгновение дрогнуло, но она тут же взяла себя в руки и нацепила маску «праведного гнева».
— А что ты на меня так смотришь, Алина? — свекровь прошла к столу и отодвинула чашку невестки. — Мы семья или нет? У Игоря долги, его из съёмной квартиры выселяют с тремя детьми! А ты сидишь на этих метрах как собака на сене. Мы просто хотели ускорить процесс. Олег сказал, что ты сама не против, просто «стесняешься» начать оформление.
— Что?! — Алина резко встала. — Олег, ты сказал своей матери, что я согласна отдать квартиру твоему брату-игроку?
Олег наконец поднял голову. В его глазах читалась трусость, смешанная с раздражением.
— Алина, ну не кипятись. Мама права, Игорю нужнее. У нас же есть твоя квартира, мы могли бы пожить у мамы пока, а потом взять ипотеку вместе... Мама просто хотела помочь со сделкой, чтобы ты время не теряла на бюрократию.
— Помочь со сделкой? — Алина побледнела, её руки затряслись. — Она пришла к нотариусу и лгала, что я в больнице! Это мошенничество, Олег! Вы пытались украсть у меня жильё!
Маргарита Степановна фыркнула, поправляя причёску перед зеркалом в прихожей.
— Не драматизируй. «Украсть»... Мы же свои люди. Я думала, ты понимаешь, что такое родственная взаимовыручка. А раз ты такая скандалистка, то учти: Игорь уже пообещал эти деньги людям, которым он должен. Если сделка сорвётся, у него будут проблемы. Ты этого хочешь? Чтобы кровного брата твоего мужа в лес вывезли?
Продолжение в Одноклассниках читайте здесь