Душевные истории

-Проходите, чай будете? -Мам, это Катя...а это моя мама, Тамара Егоровна, можно просто тётя Тома, можно, мам? -Конечно можно, сынок. Она прошла на кухню, поставила чайник. -Мам, это... -Да? -Мы с Катей это... -Я слушаю. -Ну мы в общем…решили жениться. Тома замерла, чуть не уронила кружку, неожиданно, потом повернулась к Вовке, сыну. -Ну что же, замечательно. Когда свадьба? -Не знаю...зимой, - сын посмотрел на смущённую Катю, - зимой? Катя утвердительно кивнула и покраснела. -Ага, зимой значит, - Тома пожевала губами - Катины родители в курсе? -Не, - помотали головами синхронно - мы к тебе первой. - Доверяете значит, ну это хорошо. -Ага, - кивают, - доверяем. -Ну, а позвольте спросить в чём причина женитьбы скоропалительной? Вы, я так понимаю, недолго вместе. - Недолго, - вздыхает сын, а следом вздыхает Катя, - любовь у нас. - О, как, любовь значит. Ну что же, свадьба, так свадьба. Вы чай-то пейте, а то остынет. Вам Катя сдобу-то можно? Не растолстеете от булок? А то потом в платье не влезете, в свадебное. Ну вот, думает Тома, я ещё не стала свекровью, а уже язвлю, чёрт знает что это такое? Нормальная девочка, вон как уплетает булки, за обе щёки. Будущая сноха, не почуяв подвоха, заверила будущую же свекровь, что спокойно влезет в любое платье и принялась уплетать булки, Тома даже залюбовалась ей, во, аппетит. -Папе -то можно уже сказать? Вовка кивнул, разрешая. - Сам поговоришь, или на меня эту миссию возложишь? -Давай ты, мам... -А что так? Ты мужик, жениться собрался, а с отцом поговорить не можешь? Катя шумно вздохнула, Вовка опустил голову. -Ладно, хорошо, я его подготовлю. -Спасибо, мам, - сын сразу воспрял духом, заулыбался. - Когда родителей знакомить будете? Надо детали свадьбы обговорить, где жить будете, с работой что-то решить. -С какой работой? -Я так думаю с твоей, ты же не пошлёшь Катю работать, а сам на диване лежать? Вовка видимо занервничал, в сенях что-то зашуршало, папа. Ладошки у Вовки вспотели, но они с Катей крепко держались за руки. -О, у нас гости здравствуйте. -Здрасти, - прошептала Катя. -Привет, пап, - сказал как можно более мужественным голосом Вовка. -Привет, сын, по какому случаю собрание? - Случай серьёзный и ответственный, - сказала Тома супругу -Да?- Он с интересом глянул на жену, доставая из сетки -авоськи разные продукты, привезённые им из города, то чего не было в поселковом магазине, где они семьёй снимали на лето дачу. -Ага, наш сын собрался жениться. -О, как... Папа замер, потом медленно разогнулся и повернулся к Вовке. - Когда? - Зи…зимой, - ответил сын, он страшно переживал как отреагирует отец. -Ну что же, замечательно. А это, как я понимаю, наша будущая сноха? -Да...Это Катя, - Вовка подтолкнул Катерину, та чуть наклонилась вперёд прошептала имя. -Замечательно, а жить, где молодые собираются?- спросил папа, глядя на маму. -Не знаю, нужно обсудить с родителями Катерины. Ну что же, кхм, бегите и зовите сегодня на вечер твоих, сын, будущих маму и папу к нам в гости. Вовка стоял ничего не понимая. -Родители жены, мой сын, автоматически станут твоими родителями, так же и мы для Кати понял? -Да. -Всё, идите, зовите. Далеко? Может на машине отвезти? -Нее, рядом, они тоже тут дачу сняли позавчера. -Замечательно. Хлопнула дверь, как ветром сдуло собравшихся жениться Вовку и Катю. -Я же тебе говорил что у меня мировые родители, - раздалось возле окон. -Ага, мои тоже мировые, идём быстрее. -Мне кажется, или Вовка пришепелявливает, - спросил озабоченно папа. -Не кажется, у него зуб ночью выпал, мышка пятачок уже под подушку положила, радости было. Видимо невеста и повелась на пятак-то. Не посмотрела что беззубый жених. -Ну что ты, думаешь она такая корыстная? А мне показалась нормальной девицей, это в тебе дух свекрови заговорил, сколько ей интересно, пять, шесть? -Не знаю, лет пять. Да нормальная, просто неожиданно рано, я не готова, я хочу держать его на ручках, укрывать когда спит, рассказывать сказки и слушать его фантастические истории, а он...жениться. Мама чуть не заплакала, папа обнял её и прижал к себе... -Мааам, ты дома? -Дома, дома, сынок. -Мам, а помнишь Катю, там в деревне, ну я маленький ещё был... -Помню, на которой ты собирался жениться? Любительница булок? Конечно помню и всегда вспоминаю о ней. -Мам, смотри. Вовка зашёл на кухню, следом шла ослепительная красавица и смущённо улыбалась, от той поедательницы булок не осталось и следа, нет толстых щёк, пухлых, словно перевязанных ниточками в запястьях рук, только глаза, лучистые и чистые, словно небо. -Катя?- растерянно спросила повзрослевшая на двадцать лет Тома, -Катя? -Здрасти, тёть Тома, - улыбается девушка, - ой, у вас так вкусно пахнет булочками. -Проходите, проходите, Володь, ну что же ты проводи гостью, какая встреча. Тома смотрит на красивую пару молодых людей, которые сидят друг рядом с другом, будто и не было этих двух десятков лет, видится ей беззубый мальчишка и девчонка с большими бантами, поедательница булок. -Ну, -подперев голову рукой, спрашивает Тома, - свадьба то когда? Зимой? Ребята смущённо переглядываются, а потом кивают. - Зимой значит? Ну что же, хорошо что дали время подготовится. Опять никому не сказали? -Неее, мы к тебе первой пришли. - Доверяете, значит. -Ага. -С отцом -то поговоришь? Или мне опять? -Неее, я сам. Уже вечером, обсуждая с мужем детали предстоящей свадьбы, Тома удивляется тому как они нашли друг друга, как детская встреча повлияла на всю жизнь молодых людей. - Сила любви, страшная сила, - говорит Томе супруг. -Да, это точно. Автор: Мавридика д. Спасибо, что прочитали этот рассказ 😇 Сталкивались ли вы с подобными ситуациями в своей жизни?

— Как выбросит?!! — возмутилась Галина Петровна. — Знаете, сколько она стоит! Продавец уверяла, что именно о такой кукле мечтает каждая девочка! Маруся продолжала плакать, а муж Наташи, Кирилл, подошёл к матери со сконфуженным видом и сказал: — Мам, тебе лучше уйти, наверное… — Ноги моей здесь больше не будет!!! — заявила оскорблённая до глубины души Галина Петровна и, быстро схватив свой плащ в коридоре, выскочила из дома, громко хлопнув входной дверью. — Нехорошо получилось, — проговорил Кирилл. — Ну да. Только ей всё всегда хорошо. Извини, но это уже перебор. Заявляется раз в год и… — Наташ. Она моя мать. Этим всё сказано. Я не буду с ней ссориться. Тем более из-за какой-то куклы! Я пойду, догоню её! — Иди, иди… — грустно проговорила Наташа, когда за мужем закрылась дверь. Ей было очень грустно. Маруся уже забылась и, опасливо поглядывая на, лежащую на диване, новую куклу пыталась привязать бантик на ухо своему любимому игрушечному медведю, с которым она никогда не расставалась. Мишка был с очень милой доброй мордашкой, мягкий, такой, что его хотелось обнять. Маруся спала с ним, ела и гуляла, словом делала всё, что делает четырёхлетний малыш, не расставаясь с игрушкой. Это был подарок бабушки Оли, Наташиной мамы. Ольга Дмитриевна очень сильно помогала дочери, когда родилась Маруся. Обоим: и Кириллу, и Наташе было по двадцать три года, многого они, конечно же, не знали, не умели, и потому им было трудно. А тут Ольга Дмитриевна. Она предложила свою помощь, так как только-только вышла на пенсию и поселилась у Наташи и Кирилла на несколько месяцев. Благодаря её помощи, стало полегче. Наташа смогла отдохнуть, выспаться, грудного молока у неё прибавилось, и Маруся росла не по дням, а по часам. И если приходилось бегать в детскую поликлинику, то тоже помощь бабушки была очень кстати. Кирилл работал. После рождения дочери он нашёл помимо основной работы ещё и подработку. Дома его почти никогда не было, всё было на Наташе. Покупка продуктов, приготовление еды, уборка и, конечно же, уход за малышкой, который сильно выматывал молодую женщину. Но никто ни о чём не жалел: все полюбили Марусю с первой же минуты, как увидели. «Точная копия Наташи!», — потрясённо проговорила Ольга Дмитриевна, когда в первый раз увидела малышку. И в самом деле, как будто бы старая черно-белая фотография, висящая в рамке на стене Наташиной комнаты, вдруг ожила и посмотрела на мир очаровательными голубыми глазами. Малышка росла любознательная, весёлая и никому не давала скучать. Ей очень нужно было общество. Одна она не играла и ничем не занималась. Даже всецело сосредоточившись, во время собирания пирамидки, она умудрялась заметить момент, когда бабушка или мама от неё отлучалась на минутку, на кухню или в коридор. Маруся тут же бросала своё занятие и принималась горько плакать. — Избаловали девочку! — произнесла Галина Петровна, когда впервые пришла в гости к Наташе, Кириллу и Марусе. Малютке тогда исполнился годик. Мама Наташи некоторое время назад переехала к себе обратно домой, потому что Наташа убедила её, что теперь она справится сама. И, узнав у сына о том, что сватья съехала, свекровь тут же решила совершить дружеский визит. До этого, она видела внучку только на фото, которые присылал ей сын. И внучка ей совсем не понравилась. В самый первый раз, когда Маруся только родилась, сын приехал к Галине Петровне и принялся показывать фотографии дочери. — Лысая какая-то, — бормотала Галина Петровна, надев очки и пытаясь более детально разглядеть изображение. — Мам! Ну не все же с волосами рождаются! — проговорил Кирилл. Ему стало обидно. —Ты! Ты родился с волосами, с кудрями даже! — Да брось, мам! Такого не бывает! У младенца кудри… — Ты мне не веришь?! — грозно спросила Галина Петровна. — Мне что, твою фотографию из семейного альбома показать в доказательство моих слов?!! Кирилл промолчал, а мать снова принялась разглядывать фото. — Эх… Не наша порода… Худая, длинная, лысая… Вес низкий. Она что, недоношенная родилась? А твоя ли это дочь, вообще? — проговорила мать. — Мама? Ну, это уж совсем! — возмутился сын. — Моя, а чья же?! — Наивный ты… — пробормотала Галина Петровна, продолжая пристально рассматривать фотографию внучки. — Мам, ты приедешь в выходной? — решил сменить тему Кирилл. — Нет. Я в санаторий еду на месяц. Бумаги оформляю, некогда мне. Потом. Попозже. Кирилл был потрясён и разочарован. Он думал, что появление внучки обрадует мать, и она захочет приехать к ним, чтобы посмотреть на малышку. Отнюдь. Мать всё время отнекивалась. Кирилл обижался. Подумать только! Мать, живущая в двух остановках автобуса от них, так ещё и не видела внучку! И, главное, не хотела! А тогда, когда она узнала, что у них поселилась мама Наташи, и вовсе обиделась: — Я вот не понимаю, зачем лезть в молодую семью, мешать! — заявила она Кириллу во время его очередного визита. — Чего она у вас забыла? Я, наоборот, стараюсь лишний раз не вмешиваться, а эта прямо поселилась! — Мам, она помогает вообще-то… Наташка замоталась вся, день с ночью путает, а я на работе всё время. — Интересно, а как же я тебя растила одна?! — сощурившись, спросила Галина Петровна. — Отец вечно в плаванье, мне никто не помогал! Бабушки далеко были! А Наташа… — Мам. Ты хочешь сказать, что она плохая мать? — тихо проговорил Кирилл. — Ничего я не хочу, — поджала губы мать. — Это всё женские дела и тебе не понять. Вам, мужикам, можно в два счёта лапши на уши навешать, а на самом деле там может… — Мам, я пойду, короче, а то мы с тобой сейчас договоримся до чего-нибудь. — Да уж, пойди. Наташе же надо помогать! — саркастически ответила Галина Петровна, закрывая за сыном входную дверь. …Через некоторое время Маруся подросла, и начала сильно меняться. Волосики у неё отросли и стали завиваться. Цвет глаз тоже поменялся, и в целом, она стала совсем не похожа на Наташу, зато очень сильно проявились черты Кирилла. Вот тогда-то Галина Петровна, которой Кирилл регулярно отправлял фото дочери, и успокоилась. Ей стало приятно глядеть на фото внучки, угадывая в ней «свою породу», как она говорила. Кирилл заметил, что мать переменилась и это его радовало. Галина Петровна на первый день рождения Маруси впервые передала для неё подарок. Большой барабан. — Это что? — кисло улыбнулась Наташа. — Специально, чтобы у меня голова болела, да? — Ну… — замялся Кирилл, — Дарёному коню в зубы не смотрят, ты же знаешь. Мама проявила внимание, что тебе не нравится? И вообще он дорогой, ты знаешь, она мне назвала цену, я аж присвистнул. — Понятно… — вздохнула Наташа. Игрушка и в самом деле оказалась очень шумная. Маруся сводила Наташу с ума своей игрой на нём, и пришлось подарок убрать на дальнюю полку до «лучших времён». *** — Наташа настраивает Марусю против меня! — заявила как-то Галина Петровна сыну. — С чего ты взяла? — удивился сын. — Все мои подарки оказываются «не такими», ребёнку она их не даёт! И, наверное, говорит при этом, что я плохая! — Мама, не выдумывай! — возмутился Кирилл. — А как ещё объяснить, что когда я хочу обнять внучку, она кричит «благом матом»? Даже приблизиться к себе не даёт! Я что, ведьма? — обиженно проговорила Галина Петровна. — Чего меня так бояться? — Мам, ну ты как ребёнок, ей богу, — улыбнулся Кирилл. — Как будто забыла, какие дети пугливые бывают, когда маленькие ещё! — А может у неё болезнь какая? — прищурившись, спросила Галина Петровна. — Отставание в развитии, замкнутость, неконтактность… — Мама! Ты что?! С Марусей всё хорошо, уверяю тебя! Мы невролога проходили, всех проходили. Всё нормально, с чего ты взяла?! — Я Наташе посоветовала обратиться с ребёнком к врачу, — мать, будто не слышала его слов. — А она разоралась. — Ты Наташе это сказала?! — поразился Кирилл. — А что такого? Чем раньше обнаружишь патологию, тем больше шансов на успешное лечение и корректировку. — С Марусей! Всё! В порядке! — разделяя слова, прокричал сын. Они крупно поругались. Галина Петровна стояла на своём и подозревала у Маруси всякие болезни. А всё потому, что внучка её пугалась и никак не шла к ней на руки… *** — А что она хотела?! — возмутилась Наташа. — С тех пор, как родилась Маруся, она у нас была три раза! Она для неё чужой человек! Да… Это надо додуматься? В больные записала, от того, что к ней не идёт! — Она ревнует, мне кажется… — произнёс Кирилл. — Помнишь, как Маруся заявила, что она ей не бабушка, а бабушка у неё одна — баба Оля. — Да она тут постоянно бывает, потому и бабушка, — проворчала Наташа. — И ещё, она не дарит таких странных подарков! Так и росла Маруся, считая, что бабушка у неё одна. А Галина Петровна — не бабушка. Просто тётя. Чужая. Подарков от неё не принимала, пряталась и плакала при виде неё. Шли годы. Маруся повзрослела. Постепенно из милой малышки она превратилась в довольно избалованного подростка. Который имел на всё своё мнение и часто «огрызался». Теперь ей не были нужны никакие бабушки, она гуляла с подружками и слёзно упросила Наташу пойти в салон красоты, чтобы проколоть уже четвёртую дырку в её крошечном ушке. — Пирсинг — такая мерзость! — говорил Кирилл Наташе. — Смотри, скоро татуировку запросит! Тоже разрешишь?! Моего мнения, я так понял, тут уже не спрашивают… — Не спрашивают. Ты сам виноват, — отвечала Наташа. Она так и не смогла простить предательство мужа. Два года назад был у них в семейной жизни трудный период. Кирилл ушёл от Наташи и Маруси к другой женщине. Потом, через некоторое время, вернулся, и Наташа его приняла, однако прежних отношений вернуть уже не получилось, хотя Кирилл очень старался. — Нельзя склеить разбитую чашку, так, чтобы она стала, как новая, — повторяла Наташа. — Трещина никуда не денется. И пить из неё будет нельзя… Кирилл запил и за очень короткое время опустился на самое дно. Там же он и погиб. Выпив в очередной раз горячительных напитков, он лёг на лавку на привокзальной площади и уснул. Стоял сильный мороз, и Кирилл больше не проснулся. Наташа осталась вдовой. Галина Петровна сильно убивалась по сыну. Она, конечно же, видела, что он пошёл «по кривой дорожке», пыталась много раз поговорить с Наташей, пыталась помочь сыну сама, тратя непомерные деньги на его лечение, но ничего не помогало, Кирилл по-прежнему пил. Наташа неизменно отвечала Галине Петровне, что он сам виноват в том, что дошёл до такой жизни. И помогать она ему не собирается, тратить на него нервы, деньги и душевные силы. Он того не заслуживает… — Мам. Скажи, зачем ты помогаешь Галине Петровне? Она же нам никто! Она всего лишь мать этого… — Маруся! Нельзя так говорить! — сказала Наташа. — Она старый больной человек, помочь ей некому, кроме нас, а «этот», между прочим, был твоим отцом. Каким бы он ни был. — Ну и что с того? Его давно нет! А бабку надо сдать в дом престарелых. Ей там самое место! Мы тратим кучу денег на её сиделок, но она же всё равно не выздоровеет! Лучше бы на море отдохнуть с тобой съездили, тьфу! Девчонки то и дело рассказывают, кто куда ездил, а мне и сказать нечего. — Маруся! Ужас берёт от твоих слов! Ты и меня в дом престарелых сдашь?! — сокрушалась Наташа. — Нее, — засмеялась дочь. — Тебя я люблю, а Галину Петровну эту — нет. Она мне никто. А моей бабушки, настоящей бабушки, уже нет на свете... Вот получу диплом в июне, и работать пойду. На первую зарплату поедем на море! — Ох, Маруся… — улыбнулась Наташа. *** — Мама, мам, что со мной было? — слабым голосом спросила Маруся. Она лежала на больничной койке, вся опутанная трубочками. — Помню, выпила таблетку, через минут десять мне стало плохо, а дальше провал… — У тебя возникла сильная аллергическая реакция на тот антибиотик, что тебе выписал врач, — произнесла Наташа, едва сдерживая слёзы. — Если бы меня не было дома… — Мама, не плачь, всё же обошлось! — сказала Маруся. — Меня обещали выписать завтра. Знаешь, мне приснился странный сон. Или не сон. Я не пойму… Галина Петровна? Она же ещё жива? Она приходила ко мне. — С ней всё, как обычно. Не хорошо, не плохо. Сиделка утром звонила мне. Динамики никакой нет. Речь не восстанавливается, движения тоже. — Мам, — шёпотом сказала Маруся. — Она меня очень просила не бросать её. Плакала, просила прощения, я не знаю за что. Только в моём сне тебя как будто не было. И всё будто зависело только от меня. От моего решения. Она умоляла меня не бросать её. Я обещала. А ещё, она просила прийти к ней. Я решила, вот выпишусь и пойду, навещу. Я же с тех пор, как она слегла, ни разу не была у неё… Наташа ничего не ответила, по её щекам катились крупные слёзы. Ещё с утра, после звонка сиделки она задумалась о том, что очень накладно тратить силы и средства на то, что никогда не будет восстановлено. А сейчас она устыдилась своих мыслей. Галина Петровна ничего не говорила, у неё двигались только глаза, и они о чём-то молили, прямо кричали. Они следили за каждым движением. Наташе всегда становилось не по себе, когда она её навещала… *** — Мама! Она сжала мою руку, представляешь! — тараторила Маруся. — А ты говорила, что она не восстановится, хотела бросать оплачивать её занятия! Давай подождём, а? Я же нашла работу, теперь с деньгами будет полегче! Маруся сходила и навестила бабушку. Хоть и никогда не считала её таковой. То недавнее происшествие, когда она едва не погибла, сильно изменило девушку. Она много думала после своего «вещего сна», как она говорила, и почему-то вдруг внезапно почувствовала к Галине Петровне нежность и тепло. Ведь, по сути, она ей совершенно ничего плохого не сделала! Эта мысль буквально пронзила девушку… После визита внучки Галина Петровна семимильными шагами пошла на поправку. Усердно занимаясь с логопедом, смогла восстановить внятную речь. Движения тоже потихоньку возвращались. Кризис миновал. С Марусей они стали «лучшими подругами». Внучка часто забегала к ней, радовалась успешному восстановлению и немножко сплетничала о своих подружках и коллегах на работе. У Маруси всё шло хорошо, и Галина Петровна за неё радовалась. А ещё, она постоянно благодарила, и Наташу, и Марусю, за то, что не бросили её в беде и помогли восстановиться. — Я тебе квартиру завещала, — вполне внятно проговорила Галина Петровна, сидя на кресле. Она уже полгода, как сама ходила, опираясь на палочку, лишь слегка прихрамывая. — Когда выйдешь замуж, будете тут жить, а я уж к тому времени, наверное… — Бабушка! — всплеснула руками Маруся. — Что ты такое говоришь! Ты проживёшь ещё сто лет! А на квартиру я сама себе заработаю! Галина Петровна ничего не ответила, потому что боролась со слезами, от нахлынувших чувств и не могла говорить. Она смотрела на улыбающуюся внучку и любовалась ею. «Бабушка… Она наконец-то назвала меня бабушкой!» — думала пожилая женщина, смахивая слёзы. Автор: Жанна Шинелева. Как вам рассказ? Делитесь своим честным мнением в комментариях 😇

- Здрасьте, какими судьбами? – опомнилась Елизавета. - Просто в гости зашла, - женщина даже и не подумала поздороваться. - Но я сейчас занята! Почему вы не предупредили? Что за мода сваливаться, как снег на голову Полина Евгеньевна усмехнулась: - А я должна спрашивать у тебя разрешения, чтобы прийти в свою квартиру? Да? Лиза покраснела от напоминания о том, что они жили в этой квартире на птичьих правах. Полина Евгеньевна пустила сюда сына и невестку на определенных условиях и иногда грозилась выгнать их. Случилось так, что Денис влетел на крупную сумму денег, и теперь он и Лиза усердно работали, чтобы выплатить долги. На съем денег не оставалось, и Полина Евгеньевна сжалилась над сыном. У нее было две квартиры – в одной она жила, а другую сдавала. Женщина пустила Дениса и Лизу жить бесплатно на то время, пока они выплачивают долг. Они платили только за коммунальные услуги. - Как у вас дела? – свекровь прошла в кухню, по-хозяйски доставая из шкафчика чашку. - Нормально, - буркнула Лиза, она закончила уборку и прошла в зал, где сидела женщина. Полина Евгеньевна смерила невестку хмурым взглядом, ей не нравилось то, что Лиза сегодня была какая-то бледная. Женщина не особо любила невестку, но считалась с выбором сына, хотя втайне и не только, частенько посмеивалась над девушкой. - У тебя все хорошо? Что-то мне не нравится, как ты выглядишь! - Нормально все, - опять буркнула Лиза. - Чего ты заладила «нормально, нормально»? Других слов, что ли нет? Девушка пожала плечами, она на самом деле не очень хорошо себя чувствовала, но признаваться в этом свекрови не собиралась. - Чем будешь заниматься сегодня? - Полина Евгеньевна не отставала от нее. - Пока не знаю, может, в магазин схожу, надо кое-что по мелочи купить. Потом работать буду. Полина Евгеньевна кивнула, она знала, что Елизавета – бухгалтер на удаленке. Разговор опять затих, и женщине стало скучно. - Может, с тобой в магазин сходить? Я же на машине, могу тебя добросить! Все равно мне делать нечего. Лиза сначала хотела отказаться, ведь поход со свекровью в магазин был чреват насмешками, но потом она представила, как потащится с пакетами до дома, и кивнула. - Было бы неплохо. - Тогда собирайся! Хватит киснуть тут! Елизавета оделась быстро, но Полина Евгеньевна все равно не удержалась от шутки: - Ну вот, пока тебя ждала, хоть выспалась, копуша ты наша. Девушка ничего не ответила, зная, что свекровь просто издевается над ней. Ее с самого утра подташнивало, и влезать в ссоры Лизе не хотелось. - Так, куда едем? Лиза назвала пару магазинов и Полина Евгеньевна выехала на дорогу. Конечно, ей самой не очень было нужно в супермаркет, но еще меньше женщине хотелось возвращаться в пустую квартиру, где ее никто не ждал. Муж давно умер, а Денис и Лиза помогали скрасить ее жизнь, хотя сами они об этом даже не догадывались. Женщина умело скрывала свои привязанности и слабости. - Слушай, Лиз, зачем ты берешь эту гадость? - Полина Евгеньевна покосилась на довольно дешевые продукты в руках девушки. - Ну, пока мы не можем позволить себе что-то другое, - Лиза старалась говорить с достоинством. – Я думала, вы знаете, что мы сейчас в долгах. Полина Евгеньевна пожала плечами, она на самом деле не помнила об этом. Точнее, не придавала этому значение. - Лиза, может, заедем в кафе? Я угощаю. Женщина повернулась к невестке и едва успела ее поймать. Девушка стала терять сознание и чуть не упала на землю. К счастью, они уже стояли у машины, и женщина быстро усадила девушку на сиденье. - Что с тобой? Лиза, очнись… Боже мой... Полина Евгеньевна похлопала Лизу по щекам, плеснула немного воды из бутылки в лицо и девушка стала приходить в себя. - Лиза, все хорошо? Что с тобой? Девушка вяло отмахнулась от свекрови, вытерла щеки и ответила: - Все нормально, просто устала, может, перенервничала. Полина Евгеньевна покачала головой, она стала догадываться, в чем дело, но пока оставила свои мысли при себе. - Поехали-ка домой! - Мне еще в магазин надо. В другой, - слабо запротестовала Лиза. Но женщина даже слушать ее не стала. Она быстро доехала до дома и вышла из машины. К этому времени Елизавета уже пришла в себя и могла идти сама. Пакеты Полина Евгеньевна взяла на себя, хотя Лиза и пыталась помочь ей. - Ты иди спокойно, мне только не мешай, - буркнула женщина. Уже в квартире Елизавете стало еще лучше, и она развила бурную деятельность – нужно было разобрать пакеты, закончить приготовление обеда и отправляться работать. - Лиза, и часто у тебя такое бывает? - Что? А, в магазине? – Лиза подняла бровь. – Ничего страшного, бывает иногда такое. Полина Евгеньевна многозначительно хмыкнула и присела за стол. - У меня такое было, когда Денисом была берeменна. Тошнило, в обморок падала. - Вы что? Я не бeременна! – Елизавета покраснела. – Нам с Дэном сейчас нельзя детей! Нам работать нужно, долги отдавать. А ребенок – это новые расходы. Полина Евгеньевна неожиданно нахмурилась: - Ребенок – это не просто расходы, это подарок. - Нет уж, не надо нам подарков таких, - пробормотала Лиза. – Нам сейчас правда не до этого. - Ну, если он уже есть, то с ним ничего не поделаешь. Елизавета немного нервно вздохнула и резко ответила: - Полина Евгеньевна, я не бeременна! Не надо здесь ничего надумывать! - Ты на меня не кричи! Если волнуешься, то лучше тест сделай, а не на меня ори. - Вы зачем пришли? Мозг мне выносить? - Лиза, вообще-то я тебя в магазин отвезла и помогла, когда тебе плохо стало. Ты на меня голос не повышай! Лучше поговори с Денисом о том, что вам делать. - Дальше работать, - буркнула девушка. Женщина тяжело вздохнула. Ей не нравились ответы обычно спокойно Лизы. И тут она догадалась, что это видимо связано с гормональным фоном, а значит, Лиза точно берeменна. Полина Евгеньевна не стала ругаться с девушкой, в ее голове уже замелькали картинки того, как она будет возиться с внуком. - Чего вы так улыбаетесь? - Как бы ты хотела назвать мальчика? А девочку? Лиза даже остолбенела от таких вопросов, а потом рассердилась. - Я не бeременна! Мне сейчас это нельзя! Хватит задавать глупые вопросы! Если вам заняться нечем, идите лучше домой. Пожалуйста! - Я то пойду, - Полина Евгеньевна усмехнулась и добавила. – А ты, Лиза, помни, что с внуками я помогу, если что. Девушка ничего не ответила, только раздраженно фыркнула и сморщила нос. А когда свекровь вышла из квартиры, Лиза пошла к аптечке. Да, она не хотела берeменности, но понимала, что все может быть. Просто не хотелось соглашаться со свекровью. А еще ей было банально страшно. Лиза боялась всего. Рoжать, боли, ответственности. А еще не представляла себя в роли матери и боялась, что не справиться с ребенком. Девушка достала из аптечки тест на бeременность. Она покупала его несколько месяцев назад на всякий случай, который так и не наступил. И тестом она не успела воспользоваться. Зато теперь он пригодился. Лиза еле дождалась нужное время и трясущимися руками взяла клочок бумаги в руки. Там явно просвечивались две полоски. Работа была тут же забыта. Елизавета знала, что от нее ждут отчет, но сейчас ее больше занимала жизнь, которая развивалась внутри нее. Вечером она чуть ли не на пороге протянула мужу небольшую, но такую важную полоску. - Что это? – Денис недоумевающе посмотрел на жену. - То это... Я бeременна, - прошептала Лиза. Они оба не были готовы к этому, но парень неуверенно улыбнулся: - Правда? У нас будет ребенок? - Да! – нервно кивнула Лиза. – Что будем делать? Денис на несколько секунд задумался, а потом погладил ее по животу. - Будем придумывать имя для малыша! - А как же работа? Долги? - Лиз, разберемся! Мама моя поможет с ребенком. Она любит детей! Денис начал осознавать новое положение жены и усадил ее на диван. А Лиза неожиданно всхлипнула: - Дэн, я боюсь. Говорят рожать - это больно! А как маленького держать? Если я его уроню? Или не так возьму? - Тише… - Денис ласково обнял ее, - Я буду рядом. Будем вместе с малышом возиться, не переживай. Лиза постепенно успокоилась в его объятиях, а чуть позже позвонила свекрови лично, чтобы сообщить радостную новость. Она чувствовала, что Полина Евгеньевна очень обрадуется этому. И она не ошиблась... Автор: Одиночество за монитором. Пишите свое мнение об этом рассказе в комментариях 👍 И ожидайте новый рассказ совсем скоро ☺

У Елены никого не было кроме её дочери Асеньки, и женщине хотелось плакать, глядя на дочь, что сидела рядом с искусственной елкой и писала письмо. Что случилось с её жизнью? Совсем недавно она была замужем и вместе с Ваней, с мужем, они мечтали о собственном доме, об ипотеке. Он уехал на заработки вахтовым методом, чтобы заработать на первоначальный взнос, и.. Не вернулся, найдя там другую, оставив Лену в съемном жилье и без алиментов. Конечно, она на них подала, но приставы не особо его ищут. Вздохнув, Лена помешала сахар в чае. Какой же глупой она была, когда шесть лет назад после смерти матери она отказалась от доли в наследной квартире ради брата и его жены. Так бы хоть какие-то свои метры были. Но кто же знал? Она ведь думала, что у них с Ваней будет собственный дом. А теперь что? Теперь у брата двое детей в этой двушке и вряд ли невестка будет рада, если Лена и дочь будет с ними жить. Вот и приходится экономить на всём, чтобы с дочкой хоть как-то скромно существовать. Ася сидела за столом, застеленным клеенкой с выцветшими ромашками, и усердно выводила буквы. Кончик её языка торчал из уголка губ. - Мам, как пишется "пожалуйста"? Лена продиктовала ей по буквам и Ася вывела их на бумаге. - А что ты пишешь? - Письмо Деду Морозу. Я его сегодня же отправлю. Лена вздохнула - пусть хоть дочь верит в чудо. Сейчас она напишет, пойдет на почту, что тут совсем недалеко, да отправит. Только вот... Дождется ли она подарка? Нет, Лена хотя бы сладкое ей да соберет. Ася писала долго, вдумчиво, размышляя над каждым словом. - Готово! - объявила она. - Я прямо сейчас пойду, можно? - Можно, только теплее оденься. Ася, засунув письмо в карман своей курточки, бежала к отделению почты, прижимая ладонью драгоценный треугольник. Сейчас она опустит письмо в синий ящик и будет ждать ответа от Деда Мороза. Хотя одноклассники говорят, что его не существует, но ведь по телевизору-то показывают! Дойдя до соседнего дома она поскользнулась, упала на колени, больно ударив ладонь. Слезы брызнули из глаз сами собой. И в этот миг, когда она поднималась, вытирая рукавом щёку, из кармана выскользнул белый конверт. Ася не заметила. Она добралась до ящика, сунула руку в карман - и сердце её упало, провалилось куда-то в ледяную пустоту. Она быстро побежала назад, ища конверт с письмом, но не нашла его. Она вернулась домой не бегом, а шла медленно, волоча ноги. - Мама, я письмо потеряла. Упала, а оно, видимо, выпало из кармана. - Ася рыдала, захлёбываясь, прижимая к лицу мокрые варежки. Её маленький мир, державшийся на этом письме, рухнул. - Где ты его потеряла? Где упала? - Наверное, рядом с соседним домом выпало. Но я там смотрела, ничего не было! Лена опустилась на корточки, обняла дочь и прижала к себе. - Тише, тише, ласточка… Дед Мороз волшебный, он всё видит. Всё знает и без писем. - Неправда! - всхлипывала Ася. - Он всё узнает только из писем! Я по телевизору видела, как Дед Морозу пишут в Великий Устюг! Я новое напишу, такое же! И Лена не нашлась, что ответить. Она только качала дочь, глядя поверх её головы на мигающую ёлку, и в её собственных глазах стояли слёзы - не от обиды, а от полной, беспросветной беспомощности. Как же трудно быть волшебником, когда ты просто мама. Мама, пытающаяся выжить в этом огромном мире на скромную зарплату медсестры и без какой-либо помощи. *** В те минуты, когда девочка потеряла конверт прямо на дороге, к соседнему дому подъехали его хозяева на старенькой, но ухоженной иномарке.Вика, выйдя из машины, тут же увидела мокрый от снега конверт. - Дим, глянь, письмо Деду Морозу, - улыбнулась она, разглядывая конверт, на котором уже расплывались чернила. - Ася Щеголева. Не соседка ли это наша? - улыбнулся Дима, заглядывая через плечо жены, вспомнив хорошеньку девочку с косичками, что жила через забор. - Деду Морозу писала, видимо, потеряла. Пойду и верну, расстроилась, наверное, - пробормотала Вика. - Только переоденусь, а то ноги промокли, у магазина в жижу прям ногой наступила. Они вошли в дом и пока Вика переодевалась, Дима разглядывал конверт. Когда она вышла и протянула руку, чтобы забрать письмо и отдать соседке, муж как-то странно на неё посмотрел. - Чего ты? - Не хочешь поиграть в волшебника? Мама говорит, что у нас детей нет, потому что мы только о себе и думаем. Может быть, и правда, надо сделать доброе дело, чтобы у нас что-то вышло? Вика улыбнулась. Как маленький, ей-Богу. Но Дима уже вскрыл конверт и начали они читать. "Дорогой Дедушка Мороз. Поздравляю тебя с Новым годом! Меня зовут Ася, мне восемь лет. Я стараюсь себя хорошо вести и помогаю маме. Я верю, что ты настоящий волшебник и умеешь исполнять желания. У меня их три. Я хочу сладостей, куклу в красивом платье, как у принцессы из мультика, и чтобы моя мама перестала плакать по ночам и сильно уставать. Пожалуйста, исполни хоть одно, а я буду и дальше хорошо учиться и помогать маме!" Тишина повисла в комнате. Вика первой выдохнула, она прижала ладони к лицу. - Боже мой, Дима... Я сейчас вспомнила себя маленькую, когда писала подобные письма, когда матери и отцу зарплаты не платили и я Нового Года ждала, как чудо, чтобы подарки сладкие поесть, но сейчас-то... - Я знаю, что её мать Лена работает медсестрой в амбулатории в кабинете педиатра, что муж её бросил. Ивана я помню, неприятный тип. - И дом они этот снимают, - тихо произнесла Вика.- Как думаешь, сможем мы девочке подарить веру в чудо? Весь вечер они строили план. Не просто отнести подарки анонимно, нет. - Надо, чтобы он пришёл. Сам! Чтобы она поверила, - горячо говорила Вика, её глаза горели. Она вспомнила, как мечтала, чтобы к ней пришел Дед Мороз. - Может, нам нарядиться? - Ой, Дима, из тебя актер никакой. Да и из меня тоже. А давай папу попросим? А чего? Костюм у него лежит на полке, давно уж племянники мои выросли. Пусть поможет. *** Дима и Вика съездили в город, что был совсем рядом с поселком. Они оба там работали, и путь их занял всего двадцать минут. В большом магазине они долго выбирали куклу среди множества красавиц. Наконец они выбрали Диснеевскую принцессу и попросили упаковать её. Затем накупили сладостей и сложили их в подарочный мешок. *** На следующий день под вечер, когда за окнами стало темнеть, к дому подъехала машина. Лена, услышав гул мотора, насторожилась. К ним редко кто заезжал, некому навещать, кроме брата, но она его недавно видела. Она выглянула в запотевшее окно и увидела… Деда Мороза. Настоящего! В синей шубе, с отороченном белым мехом, с посохом и огромной, но аккуратно уложенной бородой. За ним стояли соседи, Дима и Вика, и улыбались, держа в руках мешочек и какую-то коробку. Сердце Лены заколотилось. Она машинально поправила халат и смахнула со лба прядь. Ася, игравшая на полу с двумя старыми пупсами, замерла. - Мама, кто там? - Д-д-дед Мороз! Ася вскрикнула, подбежала к окну и метнулась в коридор, чтобы накинуть куртку, Лена тоже одевалась. Они вышли на улицу и застыли. - Вот, Дед Мороз заблудился, попросил показать, где живет девочка Ася, - улыбнулся Дима. - Здравствуй, Ася, - сказал Дед Мороз, и его глаза над белой бородой блестели живым, совсем не сказочным, а очень человеческим теплом. - Извини, что без Снегурочки, она на Севере дела недоделала. Письмо твоё получил, приехал сам тебя поздравить. Ася удивленно посмотрела на него. - П-получил? Но оно же… Потерялось. А новое я еще не отправила, сегодня хотела написать. - Его ветром ко мне принесло, скоро же Новый год и чудеса случаются даже с письмами. Он присел на корточки, став меньше ростом, ближе к девочке. Его движения были немного неуклюжими в толстом кафтане, но от этого он казался ещё более настоящим. - Про сладкое… - он кивнул Диме, и тот протянул мешочек. - Это тебе. А вот это... - он кивнул Вике, и та протянула коробку подарочную, в которой лежала кукла. - Это самая настоящая принцесса. Ася приняла подарки и по её лицу разлилась такая волна искренней чистой радости, что у Лены наконец потекли слёзы. - Спасибо! - закричала Ася, обхватывая куклу обеими руками. - Спасибо, дедушка! - Не за что, Асенька. Ты главное маму свою береги и помогай ей. И конечно же, я жду от тебя стишок. Ася рассказала стих, который выучила в школе, отец Вики, наряженный в Деда Мороза, похвалил её, пожелал учиться на одни пятерки и уехал. - Зайдите на чай, я не могу вас просто так отпустить, - прошептала Лена сквозь слезы, понимая, что это соседи всё устроили. Они пили чай за тем же столом с ромашками на клеенке. Ася же была увлечена подарками в своей комнате, а Лена, с красными от слёз глазами, смотрела на Диму и Вику. - Я так понимаю, что вы нашли письмо. Но не понимаю зачем вам всё это? Это очень дорого, у меня нет денег, чтобы вам вернуть. - А нам и не надо, - улыбнулась Вика, глотнув чай. - Понимаете, нам вдруг с Димой захотелось побыть немного волшебниками, поиграть. Это же от всего сердца. - Спасибо вам большое. Правда. Если вдруг какая помощь нужна будет, я медсестра, что в моих силах, то сделаю. Зовите в любое время. - Вы в местной амбулатории работаете, верно? - спросил Дима. - Да. - И платят там, наверняка, копейки, - он осмотрел обстановку. Лена промолчала. - А про частную практику не думали? Сиделкой, например, с проживанием, - Дима говорил деловито, но без давления. Лена насторожилась, инстинктивно притянула к себе чашку. - Да кто же меня с ребенком возьмет? - Мой начальник живет в городе на окраине, как с поселка когда едешь, с этой стороны. Мать у него после инсульта, лежачая. Нужен постоянный, грамотный уход. Женщину искали подходящую, но всё не то, нужна с медицинским образованием и порядочная, и чтобы на проживание была согласна. Зарплату достойную предлагают. Лена слушала, и в её глазах боролись надежда и страх. - Я… я не знаю. Я, конечно, умею всё: и уколы, и уход, и кормление… Но я с ребенком. - Я сейчас позвоню и спрошу. Выйдя со стола, Дима отправился на улицу и набрал номер начальника. *** Дима через день, когда у Лены был выходной, повез её в город знакомить с Вадимом Эдуардовичем. Он оказался мужчиной лет сорока пяти. Расспросив Лену, он остался доволен. Затем они поехали к нему домой и Лена увидела свою будущую подопечную, увидела комнату - небольшую и уютную, где им предстояло с Асей жить и согласилась. После Нового года, когда прошли положенные отработанные две недели, она собрала вещи и перешла жить в дом Вадима Эдуардовича, съехав со съемного дома. Кое-какие вещи Дима и Вика убрали к себе в кладовую, а остальное было всё хозяйское. *** Лена не просто выполняла процедуры, она разговаривала с Анной Михайловной, читала ей, расчесывала её тонкие седые пряди. Та стала называть её "Леночкой" и "доченькой". Вадим, видевший это, молча клал на тумбочку в её комнате то коробку конфет, то конверт с премией. Ася пошла в хорошую городскую школу. Два года пролетели как один миг. Вадим Эдуардович хорошо относился к сиделке, как и его жена Людмила, с которой Лена быстро нашла общий язык. Анна Михайловна ушла из жизни в то время когда Людмила была в родильном доме, рожая сына Вадиму Эдуардовичу. И когда похороны остались позади, Лена, упаковав те же два чемодана, с которыми сюда прибыла, пришла к Вадиму в кабинет. - Вадим Игоревич, спасибо вам за всё. За эти два года, которые позволили мне окрепнуть. Вадим, сидевший за столом, отложил ручку. Он выглядел очень уставшим. В одно время и потеря матери и рождение сына. Не знаешь, то ли радоваться, то ли плакать. - Куда пойдёте, Лена? Вам есть куда идти? - Я уже присмотрела квартиру, чтобы снять, и в поликлинике медсестра нужна, я узнавала. Денег, что вы мне платили, вполне хватит на первое время. Он вздохнул. - Оставайтесь. Хочу предложить вам работу няней. Людочка, хоть и замечательная женщина, и жена она прекрасная, но вот... Слишком уж любит работу и ей не терпится выйти из декрета. Что-то там с молоком у неё, кормить будет смесями. Так что я прошу вас остаться. Вы замечательный человек, к тому же медик и вам я смогу доверить ребенка. Это было предложение, от которого нельзя было отказаться. Даже не столько из-за денег, сколько из-за того, что Лене не хотелось уходить из этой доброй семьи. Дима и Вика, узнав об этом, устроили себе маленький праздник. - Знаешь, - сказал Дима, наливая жене вина, - я столько времени думал о том, как же мы вовремя подобрали тот конверт! Смотри, как всё удачно получилось. - Удачно, - улыбнулась Вика. - Побыли волшебниками и как хорошо всё вышло! - А чего ты бокал отставила? - Мне нельзя, Дим. Говорят, беременным вино вредно. Дима замер, потом отставил свой бокал и удивленно посмотрел на жену. - Вика! Вика! Я так рад! - Видимо, права была твоя мама, - рассмеялась жена. - Детей у нас не было, потому что только о себе думали. ЭПИЛОГ Через год Лена, скопив денег и обретя уверенность, сняла небольшую квартиру рядом с домом Вадима Эдуардовича, приходя на работу днем, а ночью с ребенком была Людмила. А все потому, что на школьном празднике, Лена познакомилась с Игорем, учителем физкультуры и у них завязался роман. Вадим Эдуардович не был против, понимая, что Лена еще молодая женщина и ей надо устраивать свою личную жизнь. Их свадьба была скромной, в кафе. Но за столом сидели самые главные люди: родители Игоря, брат Лены с женой, сияющая Ася, важный и немного смущённый Вадим, и Дима и Вика рядом с которыми была коляска с ребенком. Когда тосты смолкли, Ася, теперь уже двенадцатилетний подросток, встала и сказала: - Я хочу сказать спасибо, - её голос дрогнул. - Спасибо за чудо, которое случилось со мной, когда мне было восемь лет. За письмо и за Деда Мороза. Ведь если бы не "ветер", который принес ему письмо, ничего этого бы не было. Она посмотрела на Вику и Диму, которые смущенно переглянулись. Конечно, она всё поняла за эти годы. Девочкой она была более чем сообразительной. И все молча подняли бокалы. Потому что стало ясно: чудо строится из простых человеческих поступков. Из поднятого письма, из наряженного папы, из предложения работы, и из любви, которая, однажды войдя в дверь, уже не хочет уходить. Автор: Хельга. Как вам рассказ? Делитесь своим честным мнением в комментариях 🙏

- Ну что, звоню в дом малютки, - распорядилась директор, взглянув на малыша и вздохнув. Не каждый день деток подбрасывают, а все равно, тяжко как-то на душе, привыкнуть невозможно. - Хоть бы узнать, чей он, - смахнув слезу, сказала Нина Борисовна. - Ага, размечталась, - усмехнулась завхоз тетя Шура, - ищи теперь ветра в поле, давно и след простыл… - Ну, так можно поспрашивать, городок у нас небольшой… - А может это и не наши вовсе, может заезжий кто, всю округу что ли опрашивать… Но историю с подкинутым младенцем пытались все же раскрыть в том далеком 1968 году: и справки наводили, и у людей спрашивали, но никакого следа не нашли, как будто и в самом деле, аист принес, бережно оставив на крылечке местного детского дома. Через три года, из дома малютки мальчик поступил под фамилией Лёня Теплов в тот же детский дом, на крыльце которого его нашли. Кто и по какой причине дал ему это имя и фамилию, Нина Борисовна не знала. Он с интересом смотрел на всех карими глазками, хлопая от удивления ресницами. Светлые волосики уже отросли порядком, и воспитатель первым делом решила подстричь мальчика покороче. - Ничего, Лёнечка, глядишь, не задержишься у нас, может, найдутся тебе родители. Но почему-то усыновить Лёню не торопились. Так бывает: не складывается. Даже двум братишкам-двойняшкам быстро нашлись родители, а Лёне уже пять лет исполнилось, а он все в детском доме. Когда Лёня пошел в школу, то вместе с первыми буквами и стихами пришло понимание того, что у некоторых сверстников находятся родители, а у него – нет. А еще по праздникам или в выходной приезжали бабушки или другие родственники, подкармливая своих, оставленных в детдоме деток вкусностями, и они (дети), шурша обертками, взахлеб рассказывали, кто к ним приезжал из родственников. Даже непутевым мамочкам дети были несказанно рады, прижимаясь к ним и заглядывая в глаза, в надежде, что заберут домой. И только к Лёне никто и никогда не приходил. - Безродный, - вздохнув, говорила завхоз тетя Шура. – Надо же так, никаких следов, откуда привезли и кто подбросил… Нина Борисовна, жалея мальчишку, приносила иногда гостинцы, особенно по праздникам, когда родственники приезжали к детям. Тогда и передавала Лёне печенье с конфетами, или фруктами. И воспитатель не скрывала, что гостинцы от нее, а мальчишка с пониманием смотрел, и с гордостью нес подарки, ощущая, что он почти как все. У Нины Борисовны давно была семья и двое детей. Она сразу знала, что работая здесь, не будет усыновлять или удочерять, как бы ни запал ребенок в душу. Они так с мужем решили. Но в заботе и в душевности отказать не могла, проявляя любовь, а иногда и строгость. И все равно многие звали ее мамой. И не только ее. Не имея возможности произносить это простое слово из четырех букв, чтобы обратиться к близкому человеку, они называли своих воспитателей, нянечек, и тем самым хоть как-то компенсировали естественную потребность в родителях. Вот и Лёнька звал мамой Нину Борисовну, и уже смирился, что у него нет родителей, и вряд ли когда-то будут, - четырнадцать ему уже. С самыми отчаянными детдомовцами он совершал налеты на огороды местных жителей, тормоша ранетку и собирая огурцы за пазуху, а потом им влетало, как говорила тетя Шура, по первое число. Теперь уже ершистого Лёньку могла вразумить только Нина Борисовна. Он опускал голову, когда она стыдила его, отчитывала и призывала взяться за ум. А сама в душе понимала, что есть у парнишки затаенная обида, что никто не взял в семью, что родственников нет, или, может быть, есть, да они не знают про него, или не хотят знать. - Я хочу, чтобы ты человеком стал,- внушала воспитатель. - А зачем? – Лёнька поднимал на нее взгляд своих теплых карих глаз, и вопрос его звучал как-то равнодушно. – Все равно безродный… - Это кто тебе сказал? - А что – не так что ли? - Ты вот что, сначала восьмой класс закончи, в училище поступи, профессию получи, а потом уже распоряжайся своей жизнью, потом сам решишь, захочешь ли ты безродным остаться или род свой строить… - А как это – род свой строить? - А это когда семья своя… у тебя она с нуля, считай что будет, так что ответственность на тебе, Лёня, большая. Может быть, благодаря неравнодушным нравоучениям Нины Борисовны Лёнька окончил восемь классов, поступил в училище, и в восемнадцать получил крохотную комнату в общежитии от завода, на который устроился слесарем. Тогда и открылся новый талант парня: виртуозно играть на гитаре. - Спой, Лёнька, - просили ребята с соседней комнаты. И Лёнька, сначала неуверенно, а потом смелее начинал петь про «Завируху» и про то, что «такого снегопада не знали здешние места». Потом детский дом стал приглашать выступить на праздниках, а после концерта окружив, просили спеть еще. Песня помогла ему и в армии, когда в минуты отдыха, напевал «про солдата, который идет по городу». И вообще, с песней ему как-то легче стало жить. ____________ В Наташу он влюбился сразу, как только отслужил. Вернулся в городок, в котором вырос, и на другой день, на танцах, заметил девушку в синем платье. Уже потом, когда познакомились, она призналась, что тоже сразу заметила его, но делала вид, что не видит. Весенними вечерами они гуляли по улицам города, и Лёнька, обычно, прихватывал гитару, находил свободную скамейку и всю ночь готов был петь Наташе репертуар любого советского певца. Но больше всего ему и Наташе нравились лирические песни. Он много рассказывал про армию, про свою работу и совершенно ничего про детский дом. Он вообще боялся заводить это разговор. - А почему ты в общежитии живешь? – спросила Наташа. Лёнька сразу сжал губы, не торопясь с ответом. - Разве ты не местный? - Почему? Местный я, здесь вырос. Девушка не сводила с него глаз, и он понял, что она ждет ответ. И сейчас, может, настал момент истины, и от того, что он скажет, зависит его дальнейшая жизнь. Он знал, что раньше ребята привирали о своей жизни, придумывая благородные причины, по которым от них отказались. И такой соблазн возник и у Лёньки. Именно сейчас рассказать красивую историю про свою судьбу, тронуть сердце девушки, восхитить ее… Лёнька молчал. - Детдомовский я, - наконец сказал он, и это признание далось ему с трудом. - Так ты из нашего местного детдома? - Ну да, вырос там. - А родители? А родственники? - Не знаю. Меня подбросили… - Как это? – испуганно спросила девушка. Он стоял перед ней, любуясь ее лицом, ее светлыми волосами, собранными в хвостик, ее челкой, ровно подстриженной, и словно прощался с ней. Когда был маленьким, приходили семейные пары, смотрели на него, и ему казалось, что его скоро заберут домой. Но время шло, а за ним никто не приходил… И сейчас он испытывал знакомое чувство: теперь Наташа знает все и попросту повернутся и уйдет от него. Навсегда уйдет. - Ну, вот так со мной случилось. Говорят, я безродный, ну, в общем, родителей нет, точнее они есть, только неизвестно, кто они и где они. Короче, не знаю... мне теперь остается свой род строить. Наташа, я тебя всю жизнь любить буду…останься со мной… Она осталась с ним, хотя и была обескуражена историей его рождения. Но это сначала. А потом привыкла, как будто и не было ей дела, кто его родители. Они гуляли летними ночами, мечтая о будущем. Лёнька строил планы о семье, и от того внутри было легкое подрагивание, ведь у него никогда не было семьи, он вообще не знал, как это – жить в семье. ___________ - Заходи, Тома, как раз новость узнаешь. – Надежда Николаевна, мама Наташи, встретила старшую сестру Тамару. – Наташка-то у меня, замуж собралась. - За кого? - А ты у нее спроси, огорошила меня с утра, сижу и в себя прийти не могу. - Мам, ну ты хоть бы взглянула на него, Лёня хороший. - А и правда, сестра, ты чего в штыки сразу? – удивилась Тамара. – Девке двадцатый год, пора вроде… - Так у жениха родителей нет. И неизвестно, кто они… безродный жених-то, - сообщила Надежда. Тамара с испугом взглянула на племянницу. – Парней разве не было? Правда, Наташка, может, повременишь, найдется тебе еще парень… Наташа повернулась и стала смотреть в окно, поняв, что теперь и тетя Тамара на стороне матери. Следом за Тамарой пришел старший брат ее покойного отца. – Чего такие смурные? – спросил он с порога. - Проходи, Вася, ты теперь Наташке моей, считай что, за отца, вразуми ее… замуж собралась. - Ну, так и что? Раз единственная дочка, так и замуж ей не надо выходить? - Надо! Только за кого? С безродным связалась… вот я и против. Василий сел на стул, закинув ногу на ногу, привычным движением пригладил усы. – Ну а сам-то парень как… путный хоть? - Путный, дядя Вася, путный, - затараторила Наташа, - скажи ты ей, пусть хоть познакомится, он хороший… - Не буду я знакомиться, - сразу сказала Надежда, - против я. - Да и Тамара против, и ты, Василий, поддержи нас, вразуми девку… был бы Гриша жив, также бы сказал. Василий кашлянул осторожно, словно требовалось горло прочистить. – Ну как знать, может Гришка тоже самое сказал бы: взглянуть на парня. - Брось ты, Василий, не придумывай, лучше поддержи меня… не хочу, чтобы замуж за безродного выходила, мало ли у нас парней, найдется еще. Василий снова кашлянул. – Ну, так-то – да, мать твоя, Наташка, права. Но с другой стороны, если войну взять, так сколь людей потерянных было, считай что безродных… а выросли, людьми стали… - Ну, так то война, - возразила Надежда,- чего сравнивать времена. - Времена разные, а жизнь одна, - глубокомысленно сказал Василий. – Взглянуть-то можно на парня… - Не собираюсь на него смотреть,- решительно заявила Надежда, и Тамара поддержала ее. _________________ - Леонид, ты ворон считать будешь или работать? – спросил бригадир дядя Коля. – Какой-то ты сегодня несобранный… чего случилось? - Да так, нормально все. - А ему невесту не отдают! – Ляпнул Вовка Замятин. Дядя Коля ничего не сказал, а в перерыве, участливые мужики уже раздавали советы. – Да укради ты ее, - сказал тот же Замятин. - Молчи, за умного сойдешь, - сказал дядя Коля, - с такими советами и врагов не надо. - Он подошел к Леньке, хлопнул по плечу. – Раз ее мамка не желает с тобой знакомиться, значит надо мамку покорить, как вершину Казбек. - Ты чего, дядь Коль? Ты о чем это? - Да не пугайся так, я же не предлагаю тебе на мамке жениться… я тебе предлагаю расположить ее к себе. - Как расположить, если она видеть меня не хочет? Легче Наташу уговорить уехать вместе… - Это успеется, ты все же попробуй с будущей тещей договориться. - Как? - Да вон хоть на гитаре ей сыграй, ты же поешь, как Ободзинский… - Да, ладно, скажете тоже… - Ну ладно, чуть слабее Ободзинского… а все равно попробуй… - А как? Где? - Возле ее дома… ну, например, «Ми-иилая, ты услышь меня, под окном стою я с гитарою» - напел бригадир, хоть и не обладал вокальными данными. Вовка Замятин стал хохотать, схватившись за живот: - Вот это картина! «Милая» - к теще значит… - Правда, дядь Коля, как-то нагло будет, - смутился Лёнька. - Я тебе, Леонид, совет дал, а уж какую песню петь, сам выбирай. ________________ Хорошо, что Наташа жила на втором этаже, если бы на пятом, то пришлось бы на весь двор гитарой бренчать. Лёнька, касаясь струн, не без волнения, уставился на окна Наташи, приготовив репертуар Юрия Антонова. Уже было девять вечера – то самое время, когда все дома, но еще не легли спать. - Наташа, иди сюда! – Надежда вышла на балкон, услышав молодой приятный голос. – Это твой ухажер? – строго спросила она. - Мам, это Лёня, но я, честное слово не знала, что он придет. Я сейчас выйду... -Сиди! Я вот лучше милицию вызову, чтобы не горланил под балконом. Ленька как будто почувствовал, что говорят о нем… вдруг запел совсем не то, что приготовил: «Ми-иилая, ты услышь меня, под окном стою я с гитарою». – Голос Лёньки полетел по двору, как птица, вызвав любопытство у соседей. - Ах ты, паразит, - Надежда, забыв про милицию, вцепилась взглядом в нарушителя тишины. А он продолжал петь, да с таким чувством, будто эта песня была у него последней. - Это ты ему сказала? – спросила она Наташку. - Что сказала? - Не прикидывайся, - строго одернула Надежда, - все ты знаешь. Это ты сказала, что папка твой покойный песню эту мне пел по молодости… - Мам, да я и не знала, первый раз слышу, чтобы папа тебе этот романс пел. - Разве я не говорила? - Нет, конечно. - Надежда Николаевна, здравствуйте! – Крикнул Лёнька, набравшись смелости. – Какую вам песню спеть? Заказывайте! Или может вместе споем? - Вот же, наглец, весь дом поднимет, - она повернулась к дочери, - зови этого безродного, пусть поднимется, посмотрю, что это за «соловей»… *** С того времени прошло больше тридцати лет. Леонид Иванович давно уже не тот стройный юноша, теперь он раздобрел, как говорит Наташа, на тещиных блинах. Да и волосы стали гораздо реже, а голос остался тот же – мягкий, приятный голос, обволакивающий своей теплотой всех, кто его слушал. Они давно поменяли тещину квартиру на частный дом, где Леонид Иванович своими руками сделал пристройку, поставил баню, где теперь есть огород и сад, посаженный им. А еще веранда, на которой собираются вечерами семьей. Сын Тепловых уже давно взрослый, женился, и временами «подкидывают» с женой внука на радость дедушке с бабушкой и прабабушке Наде. И растут в саду деревья, которые сажал вместе с сыном, а потом и с внуком: - Вот, Никитка, смотри, это твое деревце будет, - говорил он внуку, - ты будешь расти и оно будет расти. А потом твои дети деревца сажать будут… Теща, несмотря на преклонность лет, по-прежнему командует, покрикивая на зятя. – Леня, лестницу-то убери, чего она тут стоит… - Да, мам, сейчас уберу, один момент, - и он бежит выполнять задание. Больше всего ему нравится называть ее мамой, вкладывая в это слово всю нерастраченную сыновнюю любовь и заботу, которую он щедро дарит любимой жене и теще. А Надежда Николаевна идет ставить на стол любимые блюда зятя, стараясь накормить вкуснее и сытнее. А потом они споют вместе, когда Леонид возьмет гитару. И еще она обязательно попросит, чтобы спел ее любимый романс: «Ми-иилая, ты услышь меня, под окном стою я с гитарою». Автор: Татьяна Викторова. Как вам рассказ? Делитесь своим честным мнением в комментариях 🎁

Такие мысли вихрем пронеслись у Ольги в голове, но она лишь улыбнулась и сказала: -Помню, Васенька, помню... - она едва заметно вздохнула. В последнее время встреча со свекровью превращалась для нее в самую настоящую муку. У Натальи Петровны было вечно недовольное лицо. И Оля не совсем понимала, что мать мужа не устраивает. Сына ее Оля любит, внуков родила, хозяйка отменная. Но видимо всем не угодишь... ...Они познакомились с Василием банально и очень современно - в интернете. В какой-то группе спортивного питания "В контакте". Оля покупала себе там витамины, а Вася белковые батончики. Завязался стандартный разговор, продолжившийся на ее странице. Он поставил лайки на ее фотографии и с этого началась их дружба, переросшая в реальные чувства... Поженились они через семь месяцев. -Олюшка, я буду очень хорошим папой! Честно! И я хочу много детей. Четверо! Два мальчика и две девочки. Считаю, что один ребенок это плохо, эгоист вырастет. А когда их много, они дружные и вырастают хорошими людьми. -Ладно тебе... - улыбнулась Оля. - Ты вон один в семье, и никакой не эгоист... -Ну, я вообще у тебя исключительный. - он подмигнул и поцеловал ее в щеку. Мама Василия, Наталья Петровна, во время первого знакомства, встретила ее строгим взглядом учительницы и слегка нахмуренными, ярко - накрашенными бровями. За столом расспрашивала про семью, образование. Узнав, что Оля не москвичка, студентка из многодетной семьи и у нее только мама, которая живет в двухкомнатной квартире города Волгограда, заметно расстроилась, и оставшееся время обеда в основном смотрела себе в тарелку, горестно поджав губы... Свадьбу молодые сыграли основательную, в известном ресторане. Из Волгограда приехала Олина мама, две сестры и три брата. Все молодые, красивые и громкие. Праздник прошел весело и задорно. Оля с Васей были счастливы и это было видно невооруженным глазом - они не отходили друг от друга, словно два голубка... А через два месяца молодожены объявили родственникам, что скоро станут родителями. Вася был счастлив до нервной икоты. Олины сестры и братья забросали их наилучшими пожеланиями, а мама Оли от радости даже прослезилась, когда они ей позвонили и поздравили с будущим внуком или внучкой. А вот Наталья Петровна, услышав новость, лишь вздохнула и поджала и без того тонкие губы. -Не успеете что ли, детей нарожать? Для себя пожили бы, погуляли еще. Какие из вас родители - сами еще дети... -Мамулечка, любимая моя! Ты же скоро станешь бабушкой, как ты не понимаешь? Это такое счастье! А я буду папой! Я папа! - улыбнулся Вася во весь рот и схватив мать за руки, закружил ее по комнате. Та только досадливо отмахивалась. В положенное время у супругов родилась хорошенькая, здоровая девочка. Очень похожая на Олю. Вася был вне себя от счастья. А Оля с большой радостью погрузилась в материнство и обустройство их гнездышка. Василий отлично зарабатывал и его жена могла позволить себе и помощницу по хозяйству, и няню. Но она решила все делать сама. Из нее получилась прекрасная мама и хорошая хозяйка. Василий, кстати, охотно во всем принимал участие. И в свободное от работы время мог и погулять с дочкой и покормить, и памперс, в конце концов, поменять. А на первый годик их доченьки, Катюши, буквально в этот день, супруги узнали, что у них снова будет прибавление в семействе. Василий мечтал о сыне и его мечта осуществилась. Через девять месяцев Оля родила сына Ивана. Ольге стало тяжелее со всем управляться и они наняли помощницу по хозяйству, чтобы Оля полностью погрузилась в воспитание детей. Она была счастлива, ее все устраивало. Муж с нее пылинки сдувал, обожал детей, а еще он обеспечил им безбедную жизнь в полном достатке. Казалось бы, живи и радуйся, но ведь обязательно найдется ложка дегтя, в состоянии испортить целую бочку меда. Этой ложкой была мать мужа, Наталья Петровна. -Вася, скажи пожалуйста, почему твоя мама меня так не любит? Мне кажется она и внуков своих не очень-то жалует. Что не так-то, ты можешь мне объяснить? -Олюшка, да не обращай ты внимание. Мама всегда была с характером, у нее там свой внутренний мир и мы видно туда не очень вписываемся - он обнял жену и поцеловал в лоб. - Главное, что я тебя очень-очень люблю... Дети подрастали, бизнес Василия процветал, все было замечательно. Оля была счастлива, что тогда, давно, она согласилась на первое свидание с незнакомым парнем из интернета... Теперь этот парень стал ее самым родным человеком. Ее любимым мужем... Как-то раз, Ольга с Василием, оставив детей приходящей няне, решили вдвоем сходить на спектакль. Ольга очень любила театр, это была ее страсть. Удобно расположившись в кресле, вооружившись изящным биноклем, она собралась насладиться прекрасной пьесой, как вдруг почувствовала себя нехорошо... -Вась, меня тошнит... Наверное это салат, который я ела в этом кафе. То-то мне запах подозрительным показался... Она пыталась успокоиться, дышала, пила воду, но лучше не становилось. Со вздохом сожаления они покинули зал и поехали домой. Дома Оля прилегла и ей где-то через полчаса полегчало. А еще через час она решила сделать тест на беременность. На всякий случай. И он показал положительный результат! -Оля! Оля! Как же это здорово! Трое! Трое замечательных ребятишек! Так, как я и мечтал! - счастливый муж закружил е по комнате. -Трое хорошо конечно, но не слишком ли быстро? Ваня с Катюшей еще маленькие совсем... - немного растерянно ответила Оля. -Так. Что значит быстро? Это наши дети, Оля. Мы справимся. Мы обязательно справимся! Вот мать-то обалдеет... Да! Прямо на ее день рождения и объявим новость! В дополнении к подарку. " Ну, не думаю, что свекровушка обрадуется. Она и так косо смотрит, а сейчас так и вовсе офигеет. Скажет, что плодимся, как кролики, если не чего похуже..." - так подумала Оля, но вслух этого, естественно, не сказала. А только с улыбкой кивнула мужу. Будь что будет! И вот, солнечным воскресным днем, они всем семейством отправились к маме на праздник, по дороге купив цветы и тортик. И позже на полчаса, чем было назначено, были у нее. Наталья Петровна встретила их на пороге, улыбаясь, как майская роза и источая запах дорогих, французских духов. Расцеловав сына, сноху и внуков, пригласила их к столу. Гости уже были за столом и даже немного навеселе. Опоздавших сына и невестку заставили поднять штрафные и тост за именинницу. Василий взял на себя эту обязанность и со смехом поднял рюмку. -Дорогая наша мамочка и бабушка! Мы поздравляем тебя с юбилеем и желаем тебе быть такой же красивой, здоровой и счастливой! А мы, твои дети, будем стараться этому способствовать. А теперь подарок и сюрприз в студию! - он подошел к матери, преподнес ей коробочку, где был золотой браслет, осыпанный бриллиантами, а сверху положил небольшой белый конвертик. Затем расцеловал ее и сел, наблюдая за Натальей Петровной, ожидая ее реакцию. И она не заставила себя долго ждать. Наталья Петровна любовно погладила коробочку, открыла, немного полюбовалась и положила на стол. Потом с любопытством открыла конверт. Затем достала из него клочок бумажки с двумя полосками и постепенно благостное выражение ее лица менялось. Она с брезгливостью, словно в руках у нее внезапно очутилась жаба, бросила тест на пол и повернулась к Ольге. -Это твой подарок, насколько я понимаю. Ну понятно, ты же больше ничего подарить и не можешь! У тебя, кроме как способности рожать, как кошка, ничего и нет за душою! И не надоело брюхатой-то ходить? Кошмaр какой - то... А вообще хорошо устроилась - сидит себе дома, детей рожает, а сынок мой вкалывает, ораву эту кормит. Тут тебе и домработница, тут тебе и няня... Как паразиткa, ей богу... - негромко, со злостью в голосе произнесла Наталья Петровна. В комнате повисла зловещая тишина. Гости сосредоточенно склонились над тарелками, а сами исподтишка наблюдали за неожиданным концертом. Василий побледнел, как стена, и с дрожащими от обиды губами повернулся к матери. -Что ты такое говоришь, мама... Я... Я даже не могу поверить, что слышу это от тебя. Как будто я сплю и вижу стрaшный сон. Это же сколько ты терпела нас, сколько молчала. А я то думал, ты любишь меня, своего сына. А ты... Ты никого не любишь... Кроме себя... Он встал из-за стола, следом за ним Оля, которая еле сдерживаясь, чтобы не зарыдать. Они быстро одели малышню и вышли из квартиры. Мать в это время не смотрела в их сторону, а растерянные гости продолжали хранить молчание. В машине Ольга расплакалась. Бесшумно, чтобы не напугать детей. Она плакала беззвучно, а слезы градом лились по ее щекам. Вася время от времени поглядывал на нее и тяжело вздыхал. Видно было, что он очень переживал. Приехав домой, остаток дня они провели в молчании. А уложив детей спать, сели на кухне выпить чаю, поговорить и попытаться как-то переварить случившееся... -Ты знаешь, Олюшка, я все это время думал. И понял, что ты тут не при чем. - Оля подняла на него взгляд, полный недоумения. - Да, Оля, не при чем. Была бы Маша, Даша, Глаша или Галя, например, она бы все равно так себя вела. Нашла бы к чему придраться. Не к детям, так к борщу или грязным полам. Она ревнует меня. К сожалению, за все это время она так и не отпустила меня. Увы. А еще тут обыкновенная зависть. Женская зависть. Меня мать одна воспитывала, папаша бросил нас и даже от алиментов копеечных скрывался. Она работала, как проклятaя, чтобы меня прокормить и одеть. А тут ты. На всем готовеньком. И я возле тебя рядом, ты у меня на первом месте. И дети у нас. И дом полная чаша. Ну не может она перенести чужого благополучия, даже если это благополучие сына... И еще. Прости ты ее, будь снисходительнее, и умнее. Просто прости в душе, а там видно будет... Они еще долго сидели, обнявшись, на кухне при приглушенном свете уютной лампы, думая каждый о своем. Вася думал о том, как оказывается он плохо знал свою мать. И что, как перед людьми - то стыдно... А Оля о том, что простить- то она простит свекровь, но видеть ее ей совсем не хочется. По крайне мере, в ближайшее время. А там жизнь покажет... Они думали разные мысли, переживали каждый о своем, но у них было одно очень важное общее обстоятельство - их любовь. И дети. А это самое главное... Автор: Одиночество за монитором. Как вам рассказ? Делитесь своим честным мнением в комментариях 😇

У них даже родился сын Руслан, которого Паша тоже полюбил до безумия. До появления ребенка он и не думал, что способен полюбить кого-то больше, чем свою жену. Но оказалось, что и так бывает. Но, к сожалению, счастье их длилось недолго. Когда Руслану исполнилось три года, и он пошел в садик, Лена вышла на работу. И там-то и встретила того, кто испортил Паше жизнь. Лена влюбилась. Сильно влюбилась. Пашу она, наверное, тоже любила, но не так, как он ее. Но она ему не изменила. Просто в один из дней сказала, что уходит к другому. - Паш, не думай, я тебе была верна. И я искренне надеялась, что это пройдет. Но не проходит. И Сережа меня очень любит. Мне так жаль… Паша на это даже ничего не сказал. А что тут скажешь? Смысла уговаривать остаться нет, раз она уже все решила. Да и ругаться не стоит. Ведь она честно во всем призналась, ушла по-хорошему. Да и сын у них, ради него стоит сохранить нормальные отношения. Они развелись, и Паша остался один. Лена убеждала его, что он непременно найдет ту, которая оценит все его достоинства, кто сможет по-настоящему его полюбить. Но Паше это не надо было, он уже обжегся один раз, и решил, что второго не будет. Руслан рос, Паша виделся с ним часто. С Леной они общались хорошо, договорились обо всем полюбовно. Она даже на алименты не подавала, сказала, если сможешь – давай деньги. Наверное, чувствовала свою вину за то, что все так вышло. Но Паша был ответственным и прекрасно знал, как много денег нужно на маленького ребенка. Он же постоянно растет, плюс добавились кружки и секции. Да и еда нынче не дешевая. Поэтому каждый месяц отправлял определенную сумму, сколько мог. Руслан часто бывал от отца, и именно от сына Паша узнал, что его бывшая жена беременна. Мужчина даже не понимал, что почувствовал в этот момент. Горечь? Зависть? Боль? Или все-таки он был рад, что у бывшей жены все хорошо сложилось? Но радоваться явно не стоило. Когда у Лены родилась от Сережи дочка, тот их бросил. Просто ушел к другой, забыв и про Лену, и про ребенка. Женаты они не были, что тоже должно было стать тревожным звоночком для Лены. Но она была так влюблена, что ничего не замечала. Помогал Паша. Отец Лениной дочки и деньги-то со скрипом давал, а уж другой помощи от него и не дождаться было. Зато Паша, когда забирал Руслана, мог и с Лениной дочкой часик погулять, чтобы она свои дела успела сделать. Мог их в больницу отвезти. Один раз даже остался с ней и сыном, когда Лене надо было срочно на несколько часов уехать. Сходиться они не планировали. Паша понимал, что никогда не будет, как прежде, а Лена думала, что это будет нечестно по отношению к бывшему мужу. Но сохраняли дружеские отношения, старались ради сына. А когда девочке исполнилось два года, а Руслан пошел в школу, случилось страшное: Лена погибла. Пьяный водитель сбил ее прямо на остановке. Машину занесло, и она влетела в людей, ожидающих автобус. Погибло тогда три человека и, к сожалению, Лена была в их числе. Она даже до больницы не доехала. Для Паши это была ужасная новость. Все же к Лене у него сохранились чувства, пусть это была уже и не любовь, но все же она оставалась для него близким человеком. А теперь ее не стало. Но горевать было некогда, нужно было помочь организовать похороны, успокоить сына. И вот когда Паша занялся всем этим, выяснилось, что отец Лениной дочки не собирается ее забирать. Встретились они перед похоронами. И тот огорошил Пашу, что дочка ему не нужна. - У меня другая семья, куда мне ребенок! - Но это же твоя дочь, как ты так можешь? - Ничего, она еще маленькая. Найдут ей хорошую семью, - отмахнулся тот. - А другие родственники? Может, они заберут? - Вон, у Лены сестра есть, если хочет, пусть забирает. Да и какое тебе дело? Речь ведь не о твоем сыне. Знал Паша Ленину сестру. Алкоголичка, живущая в разваливающемся доме в деревне. У нее самой было трое детей, и уж точно ей не стоит доверять маленькую девочку. Когда Паша забирал вещи Руслана, маленькая Верочка стояла в стороне и смотрела на них. На время ее забрала соседка, пока все не устаканится. Но она тоже сказала, что не собирается оформлять опеку. - Мне почти пятьдесят, у меня свои дети выросли. Куда мне такая малышка? ВК, ТГ и ОК - подписывайтесь и не теряйтесь! После этого разговора Паша никак не мог заснуть. Да, Вера – не его дочь, он вообще к ней никакого отношения не имеет. Но родному отцу на нее плевать, родственников нормальных нет. Веру же отправят в приют. А это дочь Лены. Его Лены! Пускай она и была его бывшей женой, все же она была ему не чужой. И если что-то на том свете и существует, то ее сердце сейчас разрывается на части. Хорошо, если Верочку определят в благополучную семью. А если ее удочерит кто-то нехороший? Она же такая маленькая, даже постоять за себя не сможешь. А утром к нему подошел Руслан. - Пап, а Веру дядя Сережа заберет? – спросил он. - Нет, Рус, он не сможет. Паша никогда не врал сыну, и считал, что лучше сказать горькую правду. - А кто тогда? - Скорее всего, ее отправят в приют. - В приют? А там ей будут на ночь сказку читать? И она не любит манную кашу, можно сказать, чтобы ей что-то другое давали? И, пап, мы сможем ее навещать? Паша улыбнулся. Нечасто встретишь, чтобы брат так искренне любил младшую сестру. И если их сейчас разлучить с Верой, этой любви больше не будет. Да и Руслан, когда вырастет, поймет, как все это было неправильно. - А как ты смотришь на то, чтобы Вера жила с нами? – спросил Паша. - Правда?! А так можно? Ты же не ее папа. - Мы можем попробовать. Обойдя все инстанции, Паша добился того, чтобы ему дали опеку над Верой. Когда он забирал ее от соседки, Вера подбежала к нему и крепко-крепко обняла. Ведь она его знала, даже намного лучше, чем собственного отца. А уж когда девочка увидела родного брата, то сразу улыбнулась. Конечно, она была совсем маленькой и не понимала, что мамы больше нет. Но это и к лучшему, ей будет намного проще пережить потерю матери, чем, например, Руслану. Через несколько месяцев Вера стала называть Пашу папой. А он не стал ее поправлять. Ведь он и есть папа. Он же взял на себя обязательства по ее воспитанию, значит, он и отец. А родной Верин папа больше и не появлялся. Деньги порой перечислял, но нечасто и немного. Но Паше от него и не нужно ничего было, сам справится. К тому же Вере быстро нашли место в яслях, войдя в Пашино положение. Верочка росла, и все больше становилась похожей на маму. Они с Русланом очень друг друга любили, и с каждым днем Паша понимал, что сделал все правильно. Да и девочку он полюбил, как родную дочь. И те, кто не знали о случившемся, никогда бы не догадались, что Вера ему неродная. Порой Паше даже казалось, что она и на него похожа. А когда Вере исполнилось шесть лет, Паша все же встретил свою любовь. Он зарекался, что больше никогда не женится, что никогда не пустит кого-то в свою жизнь. Но это случилось. И его любимая приняла его детей. И Руслана, и Веру. Вера даже через какое-то время стала звать ее мамой. Ведь свою маму она не помнила. А Руслан просто уважал жену отца и очень вежливо с ней общался. Но от сына Паша большего и не требовал. Паша никогда не врал Вере, как и своему сыну. И девочка знала, что он не ее родной отец. Но воспринимала его именно так. И лишь когда она повзрослела, она осознала, на что пошел Паша. Что после трагедии забрал не только своего родного сына, но и абсолютно постороннюю девочку, которую растил, как родную. И как-то вечером, когда Вера окончила школу и готовилась к первому дню учебы в университете, она подошла к своему отцу. - Спасибо, пап, - проговорила она. - За что, солнышко? – улыбнулся Паша. - За то, что не бросил меня тогда. За то, что у меня было счастливое детство. За то, что не разлучил с братом. За то, что стал мне настоящим отцом и привел мне маму. Паша улыбнулся сквозь слезы. - Пожалуйста, Вера. И тебе спасибо, что пришла в мою жизнь. Ведь я обрел настоящую и очень любящую дочь. Автор: Юля С. Как вам рассказ? Делитесь своим честным мнением в комментариях 😇

У них даже родился сын Руслан, которого Паша тоже полюбил до безумия. До появления ребенка он и не думал, что способен полюбить кого-то больше, чем свою жену. Но оказалось, что и так бывает. Но, к сожалению, счастье их длилось недолго. Когда Руслану исполнилось три года, и он пошел в садик, Лена вышла на работу. И там-то и встретила того, кто испортил Паше жизнь. Лена влюбилась. Сильно влюбилась. Пашу она, наверное, тоже любила, но не так, как он ее. Но она ему не изменила. Просто в один из дней сказала, что уходит к другому. - Паш, не думай, я тебе была верна. И я искренне надеялась, что это пройдет. Но не проходит. И Сережа меня очень любит. Мне так жаль… Паша на это даже ничего не сказал. А что тут скажешь? Смысла уговаривать остаться нет, раз она уже все решила. Да и ругаться не стоит. Ведь она честно во всем призналась, ушла по-хорошему. Да и сын у них, ради него стоит сохранить нормальные отношения. Они развелись, и Паша остался один. Лена убеждала его, что он непременно найдет ту, которая оценит все его достоинства, кто сможет по-настоящему его полюбить. Но Паше это не надо было, он уже обжегся один раз, и решил, что второго не будет. Руслан рос, Паша виделся с ним часто. С Леной они общались хорошо, договорились обо всем полюбовно. Она даже на алименты не подавала, сказала, если сможешь – давай деньги. Наверное, чувствовала свою вину за то, что все так вышло. Но Паша был ответственным и прекрасно знал, как много денег нужно на маленького ребенка. Он же постоянно растет, плюс добавились кружки и секции. Да и еда нынче не дешевая. Поэтому каждый месяц отправлял определенную сумму, сколько мог. Руслан часто бывал от отца, и именно от сына Паша узнал, что его бывшая жена беременна. Мужчина даже не понимал, что почувствовал в этот момент. Горечь? Зависть? Боль? Или все-таки он был рад, что у бывшей жены все хорошо сложилось? Но радоваться явно не стоило. Когда у Лены родилась от Сережи дочка, тот их бросил. Просто ушел к другой, забыв и про Лену, и про ребенка. Женаты они не были, что тоже должно было стать тревожным звоночком для Лены. Но она была так влюблена, что ничего не замечала. Помогал Паша. Отец Лениной дочки и деньги-то со скрипом давал, а уж другой помощи от него и не дождаться было. Зато Паша, когда забирал Руслана, мог и с Лениной дочкой часик погулять, чтобы она свои дела успела сделать. Мог их в больницу отвезти. Один раз даже остался с ней и сыном, когда Лене надо было срочно на несколько часов уехать. Сходиться они не планировали. Паша понимал, что никогда не будет, как прежде, а Лена думала, что это будет нечестно по отношению к бывшему мужу. Но сохраняли дружеские отношения, старались ради сына. А когда девочке исполнилось два года, а Руслан пошел в школу, случилось страшное: Лена погибла. Пьяный водитель сбил ее прямо на остановке. Машину занесло, и она влетела в людей, ожидающих автобус. Погибло тогда три человека и, к сожалению, Лена была в их числе. Она даже до больницы не доехала. Для Паши это была ужасная новость. Все же к Лене у него сохранились чувства, пусть это была уже и не любовь, но все же она оставалась для него близким человеком. А теперь ее не стало. Но горевать было некогда, нужно было помочь организовать похороны, успокоить сына. И вот когда Паша занялся всем этим, выяснилось, что отец Лениной дочки не собирается ее забирать. Встретились они перед похоронами. И тот огорошил Пашу, что дочка ему не нужна. - У меня другая семья, куда мне ребенок! - Но это же твоя дочь, как ты так можешь? - Ничего, она еще маленькая. Найдут ей хорошую семью, - отмахнулся тот. - А другие родственники? Может, они заберут? - Вон, у Лены сестра есть, если хочет, пусть забирает. Да и какое тебе дело? Речь ведь не о твоем сыне. Знал Паша Ленину сестру. Алкоголичка, живущая в разваливающемся доме в деревне. У нее самой было трое детей, и уж точно ей не стоит доверять маленькую девочку. Когда Паша забирал вещи Руслана, маленькая Верочка стояла в стороне и смотрела на них. На время ее забрала соседка, пока все не устаканится. Но она тоже сказала, что не собирается оформлять опеку. - Мне почти пятьдесят, у меня свои дети выросли. Куда мне такая малышка? ВК, ТГ и ОК - подписывайтесь и не теряйтесь! После этого разговора Паша никак не мог заснуть. Да, Вера – не его дочь, он вообще к ней никакого отношения не имеет. Но родному отцу на нее плевать, родственников нормальных нет. Веру же отправят в приют. А это дочь Лены. Его Лены! Пускай она и была его бывшей женой, все же она была ему не чужой. И если что-то на том свете и существует, то ее сердце сейчас разрывается на части. Хорошо, если Верочку определят в благополучную семью. А если ее удочерит кто-то нехороший? Она же такая маленькая, даже постоять за себя не сможешь. А утром к нему подошел Руслан. - Пап, а Веру дядя Сережа заберет? – спросил он. - Нет, Рус, он не сможет. Паша никогда не врал сыну, и считал, что лучше сказать горькую правду. - А кто тогда? - Скорее всего, ее отправят в приют. - В приют? А там ей будут на ночь сказку читать? И она не любит манную кашу, можно сказать, чтобы ей что-то другое давали? И, пап, мы сможем ее навещать? Паша улыбнулся. Нечасто встретишь, чтобы брат так искренне любил младшую сестру. И если их сейчас разлучить с Верой, этой любви больше не будет. Да и Руслан, когда вырастет, поймет, как все это было неправильно. - А как ты смотришь на то, чтобы Вера жила с нами? – спросил Паша. - Правда?! А так можно? Ты же не ее папа. - Мы можем попробовать. Обойдя все инстанции, Паша добился того, чтобы ему дали опеку над Верой. Когда он забирал ее от соседки, Вера подбежала к нему и крепко-крепко обняла. Ведь она его знала, даже намного лучше, чем собственного отца. А уж когда девочка увидела родного брата, то сразу улыбнулась. Конечно, она была совсем маленькой и не понимала, что мамы больше нет. Но это и к лучшему, ей будет намного проще пережить потерю матери, чем, например, Руслану. Через несколько месяцев Вера стала называть Пашу папой. А он не стал ее поправлять. Ведь он и есть папа. Он же взял на себя обязательства по ее воспитанию, значит, он и отец. А родной Верин папа больше и не появлялся. Деньги порой перечислял, но нечасто и немного. Но Паше от него и не нужно ничего было, сам справится. К тому же Вере быстро нашли место в яслях, войдя в Пашино положение. Верочка росла, и все больше становилась похожей на маму. Они с Русланом очень друг друга любили, и с каждым днем Паша понимал, что сделал все правильно. Да и девочку он полюбил, как родную дочь. И те, кто не знали о случившемся, никогда бы не догадались, что Вера ему неродная. Порой Паше даже казалось, что она и на него похожа. А когда Вере исполнилось шесть лет, Паша все же встретил свою любовь. Он зарекался, что больше никогда не женится, что никогда не пустит кого-то в свою жизнь. Но это случилось. И его любимая приняла его детей. И Руслана, и Веру. Вера даже через какое-то время стала звать ее мамой. Ведь свою маму она не помнила. А Руслан просто уважал жену отца и очень вежливо с ней общался. Но от сына Паша большего и не требовал. Паша никогда не врал Вере, как и своему сыну. И девочка знала, что он не ее родной отец. Но воспринимала его именно так. И лишь когда она повзрослела, она осознала, на что пошел Паша. Что после трагедии забрал не только своего родного сына, но и абсолютно постороннюю девочку, которую растил, как родную. И как-то вечером, когда Вера окончила школу и готовилась к первому дню учебы в университете, она подошла к своему отцу. - Спасибо, пап, - проговорила она. - За что, солнышко? – улыбнулся Паша. - За то, что не бросил меня тогда. За то, что у меня было счастливое детство. За то, что не разлучил с братом. За то, что стал мне настоящим отцом и привел мне маму. Паша улыбнулся сквозь слезы. - Пожалуйста, Вера. И тебе спасибо, что пришла в мою жизнь. Ведь я обрел настоящую и очень любящую дочь. Автор: Юля С. Как вам рассказ? Делитесь своим честным мнением в комментариях 😇

-Не узнает. Не бойтесь! Вы же слышали, как он искусно на дудочке играет. Хочу попробовать перепеть его, - Аня плюхнула мокрую рубаху в корыто и вытерла вспотевший лоб, - не хотите со мной? Тогда продолжайте стиркой заниматься. А я пойду. Аня поправила подол платья и, закинув косу на плечо, пошла в поле. Девушка боялась идти одна к смурному, немому пастуху Тихону. Но уж больно он хорошо играл на дудочке. Нет, не просто животных с выпаса созывал, а был настоящим мастером своего дела. Звонкая, тонкая мелодия разлеталась по округе. Да так затейливо у пастуха получалось, что заслушаться можно было, позабыв обо всем. И уж никак не вязалась внешность Тихона с его чУдной игрой. Выглядит пастух сурово. Из-под косматых бровей грозно смотрит. Но люди знают, не обидит Тихон. Горькая у него судьба, потерял всю семью в ночном пожаре. После этого ни единого словечка не сказал. Теперь одна отрада у пастуха - дудочка. Так и Аня. Мастерица песни петь. Самый красивый голос. Песнями своими девушка заставляет плакать и смеяться. Сердце растопить может или наоборот, крепиться заставит. Только чужие люди её любят, да жалеют. А родных у нее нет. Была мать, но померла. Отец женился второй раз. Мачеха злая, только палкой замахиваться и может. Потом и отец помер. Мачеха теперь спит и видит, как бы падчерицу со свету сжить. -Приживалка ты, бездельница! - мачеха по утру уже ругала Аню, - сидит, отдыхает! Тебе бы на речку бежать, стирать надо. А она сидит! Ох, косы-то повыдергаю! Аня проворно увернулась от кочерги, что была в руках у мачехи. Довольная девушка побежала на реку. Там хоть с подружками поболтать, песни петь можно. А если уж работа по дому или на огороде, так мачеха всегда найдет повод придраться. Если мачеха узнает, что Аня вместо стирки в поле пошла к пастуху, да еще и одна… Ой, что будет! Девушка оглянулась на реку. Подружки тихонько потянулись за ней, придав Ане уверенности. В это момент заиграла дудочка пастуха. Перекаты свирели, звонкие и чистые, разлетелись по полю. У Ани заколотилось сердце. До чего хорошо играет! Девушка вздохнула и затянула печальную песню. Про тяжелую долю, про горячие слезы, про злую мачеху. Дудочка пастуха на миг смолкла, а потом запела в такт Ане. И так ладно у них вышло, что даже птицы замерли. Не чирикает воробей, замолчала старая ворона на дереве. Крапивники спрятались в соснах. Скворцы не свистят. Овсянки не зинькают. -Анечка! Анечка! - прервала нежную песню одна подружка, - мачеха твоя идет! Услыхала тебя… Ругается, грозится! Девушка не успела даже опомниться, как перед ней возникла разъяренная мачеха. Она тяжелой рукой схватила Аню за косу и потащила к деревне. -Бесстыжая! Я тебя кормлю, пою, забочусь! А она отдыхает! А кто хозяйством заниматься будет, - заголосила женщина, - песенки она поет с полоумным дядькой Тихоном. Я тебе устрою… *** Три дня Аня не показывалась из избы. А потом вышла. Голова платочком покрыта, из-под него короткие волосинки торчат. Состригла мачеха девушке косу, палкой отходила. -Хорошо, что живая, Анечка! Волосы отрастут, синяки заживут, - успокаивали девушку подружки. -Нет, девочки… Быстрее она меня заморит. Негде мне спрятаться. Никто не защитит, - плакала Аня, - пойду к ведьме лесной. Мне о ней матушка рассказывала, когда я совсем маленькой была… Погубит меня, да и ладно. А если средство какое даст или спрячет от глаз мачехи, то спасибо ей. До рассвета следующего дня Аня вышла из избы. Все спят. Трава спит, прикрытая холодной росой. Небо спит. Солнце спит, не торопится. Побежала девушка в лес. Высокие деревья закрыли и без того темное небо. Долго бродила Аня, из сил выбилась. Страшно. То тут, то там шуршит что-то. Филин ухает. Ползает кто-то под кустом. Села Аня на камень, голову на руки положила и заплакала. Вдруг слышит - дудочка пастуха заиграла. Значит, Тихон с духами лесными договаривается, чтобы стадо они не тронули. Не так страшно стало Ане. Слезы вытерла и на звук пошла. На краю леса увидела Тихона. -Здравствуйте, дядька Тихон, - тихонько прошептала девушка, прерывая дудочку пастуха, - вы и за меня попросите у духов, чтобы не пугали. Я к ведьме лесной иду… Тихон посмотрел на дрожащую девушку. Головой кивнул и полез в свою котомку. Достал оттуда краюху хлеба и протянул ей. -Спасибо, - Аня отломила половину, - если хотите, я у нее и за вас попрошу. Вы ведь один совсем… Девушка попрощалась с Тихоном и пошла в чащу. Позади снова заиграла дудочка пастуха. Аня представила, что Тихон просит за нее у духов и идти стало не так страшно. Вскоре девушка вышла к небольшой поляне. В центре крохотная избушка. А возле нее, у костра сидит старуха. -Здравствуйте, - пролепетала Аня и поклонилась, - я… -Знаю я тебя, девочка, - кивнула старая ведьма, - мы с тобой уже встречались. Мать твоя, когда на сносях была, приходила. Беспокоилась за тебя, потому и хотела в будущее твое заглянуть. И не зря беспокоилась. Я увидела тогда, что ты рано сироткой станешь. Увидела слезы твои, чужую женщину рядом. Увидела мучения. Судьбу твою незавидную. Увидела и то, что ты придёшь снова… -Все верно, - заплакала Аня, - совсем житья нет. Пришла к вам за помощью! Как мне от мачехи спастись? -Не спастись, девочка. Судьба написана. Её не изменить. Не спрятаться от нее, - ведьма подкинула веток в костер, - но я могу сделать для тебя кое-что. Пойдешь на это - проживёшь еще немного. Нет - это лето будет последним. Аня подошла ближе. Губы у нее затряслись, слезы потекли, руки задрожали. -Немного тебе времени отмерили. Говорю же, судьбу переписать нельзя, - продолжала ведьма, - но могу тебя в тростник-траву обратить. Мачеха не найдет тебя. Тростником будешь, сможешь попрощаться со всеми. С подружками, что приходят к реке. С птицами, что споют колыбельную и разбудят по утру. Будешь качаться на ветру, песни петь. Услышат тебя и вспомнят. А потом ты сама в воду уйдёшь. Тихо и спокойно. Согласна? Иначе мачеха в следующий раз тебе не волосы порежет… -И обратиться обратно в человека не смогу? Даже на миг? Ведьма покачала головой. -И зачем только тебе такой голосок подарили, раз жизнь написали короткую…Ты же ведь еще что-то хотела? -Да, бабушка… Есть у нас пастух. Тихон. Он хороший. Добрый. А как на дудочке играет! Ему, видимо, тоже зачем-то дар такой дан… Только совсем один. Семья его при пожаре п о г и б л а. С тех пор он молчит. За него хочу попросить. -Ладно. И с пастухом что-то придумаю…Пойдём в избу. Я тебе снадобье приготовлю… *** Ветер гуляет в тростнике. Пушинки с него сдувает. Листья плотные, жесткие. Шуршат. Поют вместе с ветром. Кого только не укроют заросли тростника. И птиц, и рыб. Зеленые жабки защиту найдут. Даже нашкодившая малышня спрячется. Никто не сыщет Аню, не узнает, куда девушка подевалась. Только лишь услышат далекую, но знакомую песню. Оглядятся. Нет никого. Лишь тростник от ветра гнется, не ломается. Тихон долго вглядывался в заросли. Слышалась ему песня. Точно такая, как девчонка соседская пела. Поджал губы пастух. Он последний, кто видел девушку. В лес ушла к ведьме. Оттуда не вернулась. Пожелал Тихон, чтобы с девушкой все было хорошо и снова на заросли тростника уставился. А песня звучит. Нежный голосок, грустные слова. Разбивается душа на осколочки. Достал пастух свою дудочку и в такт еле слышной песне заиграл. Вспомнил дядька, как они с Аней спелись в поле. Вспомнил, как мачеха потащила в дом бедную девушку. А песня все громче и жалостливей. Уж и ком к горлу подкатил, сглотнуть не получается. Встал Тихон, сжал дудочку свою. Да так крепко сжал, что она треснула. -Ааааа.., - хрипло выдохнул пастух и схватился за голову. Песня дудочки оборвалась. Песня тростника еще звучала. Тихон, повинуясь порыву сердца, подбежал к зарослям и сорвал тростинку. Мастерски и быстро сделал пастух себе новую дудочку. И заиграл. Летела песня вверх, как маленькая, звонкая птичка. Нежными переливами соревновалась с ветром, сплеталась, неслась вместе с ним, запутывалась в листве и возвращалась в деревню. Облетела все дома, добралась до каждого. Улыбнулись люди, услыхав знакомый голос. Сжала зубы злая мачеха. Смахнули слезинки девушки-подружки. Где-то рядом Аня. Поет, как прежде. Тонкий голосочек льется из дудочки пастуха, заставляя смеяться и плакать. Автор: Что-то не то. Как вам рассказ? Делитесь своим честным мнением в комментариях 🎁

Другие дети засыпают родителей бесконечными «почему», а Лешу интересовал только один вопрос: «Где мой папа? » Пока сын был маленьким, Татьяна обходила этот вопрос, но недавно ему исполнилось пять, и он заявил, что уже взрослый и заслуживает ответа. – Папа далеко и не придет, – ответила Леше мама. «Не говорить же ему правду, что папа безответственный мерзавец и лжец», – подумала она. Хотя это было правдой. Татьяна встречалась с тем мужчиной несколько месяцев, на протяжении которых тот пел соловьем и рисовал перед ней дивную картину их будущего. Когда защита дала сбой, а тест показал две полоски, мужчина сделал вид, что безумно рад, а потом потихоньку собрал вещи и съехал со съемной квартиры. Больше Татьяна его не видела, да и вспоминала, только когда сын в очередной раз интересовался отцом. С этим вопросом Леша подходил и к бабушке, но мать Татьяны злилась, она до сих пор не простила дочь за ее глупость, а несостоявшегося зятя – за побег. Когда внук в очередной раз спросил, кто его папа, бабушка рявкнула: – Дед Мороз, оставил подарочек и ушел! Жди теперь Нового года, когда он снова явится! – Мама, нельзя же так! – укорила ее Татьяна. – Все лучше, чем отмалчиваться, как ты. И не выкатывай на меня зенки, сама вляпалась в эту ситуацию! – С меня хватит! – рассердилась Татьяна. – Не хочу, чтобы ты брызгала ядом на моего сына. Я запрещаю тебе приходить к нам или видеться с Лешей, пока ты не исправишься. – Да что ты без меня будешь делать?! За ребенком надо присматривать, я это делала бесплатно, а няню ты не потянешь. – Справимся, – твердо ответила Татьяна. *** Скоро ей пришлось признать, что мать права. Раньше Татьяна неплохо получала благодаря сверхурочным, да и начальство поощряло ее, видя рабочее рвение. Теперь она не могла задерживаться и работала по норме, что сказалось на отношении к ней и доходе. Глядя на жалкие крохи, которые она получила в этом месяце, Татьяна подумала: «Что же делать? Скоро Новый год, а на это даже стол нормальный не накроешь, да и Леше подарки надо купить». Она решила немного схитрить: – Сыночек, ты знаешь, что население планеты увеличилось? Это значит, что родилось много деток, и Деду Морозу трудно каждому делать подарок. Попроси у него что-нибудь недорогое, чтобы дедушке было не тяжело. – Мне Дед Мороз что хочешь подарит, раз он мой папа, – уверенно ответил Леша. Татьяна сначала удивилась, потом вспомнила, что сказала ее мать. – Бабушка не это имела в виду, Леша. – Нет, это! – упрямо заявил мальчик. – Бабушка сказала, он придет, значит, так и будет. Татьяна знала своего сына и понимала, что его не переубедить, если напал «упрямчик». «Да и надо ли переубеждать, пусть хоть Леша верит в чудо», – подумала она. – «Хотя как больно ему будет, когда папа не придет… Наверное, у нас будет самый грустный Новый год». *** – Наверное, у меня будет самый грустный Новый год, – в тот же момент говорил Семен приятелю на другом конце города. – С чего бы? Ты молодой, здоровый, в средствах не стесненный, грех жаловаться. – А еще я пережил этот жуткий развод, абсолютно одинок и буду отмечать праздник в пустой квартире. – Не хочешь отмечать один? Так у меня есть средство от праздничной хандры! – оживился приятель. – Иди ко мне работать Дедом Морозом! Семен знал, что у его друга агентство по организации праздников, но предложение все равно удивило. – У тебя актеров мало? – спросил он. – Актерам надо много платить, а ты со скидкой поработаешь. Тебе же скучно дома, вот и развлекайся. Заодно благое дело сделаешь, поздравишь детишек, а ничто не может сравниться со счастливой детской улыбкой, – напыщенно добавил приятель. Семен ничего не ответил, последняя фраза его зацепила. С женой он разошелся именно из-за детей, ему хотелось большую семью, супруга же обещала родить минимум троих, но все время тянула, а потом призналась: – Мне дети вообще противны, не хочу рожать. – Зачем же ты меня обманывала пять лет? – удивился Семен. – Надеялась, ты передумаешь, нам и без детей хорошо, покупаем что хотим, отдыхать ездим. «А я за все это плачу», – подумал Семен. Только теперь его осенило, что супруге от него были нужны лишь деньги на счастливую беззаботную жизнь и магазины с салонами. И вот теперь он остался один, с деньгами, но без семьи. «Может, правда поработать Дедом Морозом? Сам остался без праздника, но хоть подарю его другим», – подумал Семен. – Ладно, записывай меня, – решился он. *** Следующие две недели Семен курсировал по городу в костюме, с бородой и мешком, поздравлял детей и их родителей. «Никогда еще мне так не радовались», – думал он. С его появлением лица детей озарялись улыбками, кто-то даже норовил его обнять. Радовались и родители, некоторые смотрели на Семена так же, как их ребенок, с весельем, ожиданием чуда и праздника. Даже прохожие на улице улыбались при виде его, поздравляли, а один парень попросил его поучаствовать в предложении руки и сердца. Но чем больше было веселья и праздника вокруг Семена, тем грустнее тот становился. Он поздравлял детей и уходил, дверь за ним закрывалась, и он выходил на заснеженную улицу. Радость и счастье оставались там, в квартире вместе с семьями, которые готовились к Новому году. Глядя на них, Семен чувствовал себя особенно одиноким. *** Тридцать первого декабря у Татьяны было ужасное настроение. Без сверхурочных зарплата получилась меньше, чем обычно, еще ее оштрафовали из-за опоздания на пять минут. – Я в садик ребенка отводила, – попыталась оправдаться она. – У меня ребенок тоже в садике, но я не опаздываю, – отрезала начальница. «Потому что у него две бабушки и няня», – подумала Татьяна. – Я после праздников буду искать новую работу, с удобным графиком, – пригрозила она. – Ради бога, кто тебя возьмет, с ребенком-то, – фыркнула начальница. Мать тоже не добавила оптимизма, она позвонила с поздравлениями, но в голосе ее прозвучало ехидство. Татьяна поняла невысказанный вопрос: «Ну? Тяжело справляться в одиночку с нагулянным ребенком?» Назло ей Татьяна решила устроить сыну настоящий праздник, накупила его любимых лакомств, подарков. Правда, не хватило на большой конструктор, о котором Леша просил, но мальчик не расстроился: – Я у папы попрошу, когда он придет. Это стало последней каплей. Татьяна понимала, что срываться на ребенке неправильно, но все же прикрикнула: – Хватит говорить об этом! Бабушка пошутила, что твой папа Дед Мороз, никто к нам на праздник не придет! Она тут же пожалела о своей резкости, сын обиделся и ушел на подоконник высматривать папу. Как Татьяна ни пыталась его оттуда сманить, Леша упрямо отворачивался и вглядывался в вечерний сумрак. В конце концов, Татьяна оставила сына в покое и занялась салатами. Она как раз несла миску на стол, когда Леша закричал: – Вон он идет! Сын пронесся мимо нее, щелкнул задвижкой и пулей вылетел на лестницу. *** Тридцать первое декабря у Семена не задалось, в последний момент заболела его верная Снегурочка, и пришлось поздравлять детей в одиночку. Те расстраивались, что Дедушка Мороз пришел без внучки, а кое-кто из родителей высказал претензию. В одном из домов на Семена налетел нетрезвый отец семейства, решивший, что под бородой прячется ухажер его жены. В другом Дед Мороз долго звонил в дверь, пока выглянувшая соседка не сообщила, что семья уехала отдыхать и вернется через несколько дней. «Могли бы предупредить, чтобы я не тащился в такую даль», – рассердился Семен. Этот адрес был последним, да еще и на окраине города. Семен представил, как долго будет добираться до дома, и приуныл. Окончательно настроение испортилось, когда машина отказалась заводиться. «Час от часу не легче, в сугробе мне праздновать, что ли», – отчаялся он. Такси к нему ехать отказалось, поэтому Семен закинул в мешок нужные вещи и потопал на остановку автобуса. Не успел он мрачно оценить шансы встретить общественный транспорт в новогоднюю ночь, как до него донесся детский крик. Прямо по снегу через двор к нему бежал маленький мальчик. «Да он без куртки и в тапках, случилось что-то, что ли», – испугался Семен. Он машинально подхватил на руки ребенка, который вцепился в него мартышкой, и пробасил голосом Деда Мороза: – Ты почему в таком виде разгуливаешь? – Леша! – раздался крик от дома. По двору к ним бежала женщина, тоже в тапочках на босу ногу и в одном платье. «Это что, новогодняя забава, забег босиком?» – поразился Семен. – Мама, он пришел, он тут! – закричал мальчик. – Леша, это просто дядя, отпусти его! Простите, пожалуйста, давайте его сюда… Леша, да пусти же человека, ему идти пора! Семен испугался, что эта бестолково суетящаяся парочка сейчас совсем замерзнет, поэтому гаркнул: – Все слушаем Дедушку Мороза! Сейчас же идем в тепло, а уже там расскажете, что это за новогодний кросс. *** Татьяне было стыдно и неловко перед незнакомцем в костюме Деда Мороза. – Вы не подумайте, я не плохая мать, и мы не сумасшедшие, просто Леша вас не за того принял, – виновато произнесла она. – Не извиняйтесь, в Новый год такое бывает, что ваш забег по снегу – это мелочи, – ответил мужчина уже нормальным голосом. «Да он молодой совсем, лет тридцать», – подумала Татьяна. – «И глаза красивые». Подумала и сама смутилась, но совсем неловко стало, когда Леша заявил: – А мы тебя ждали, бабушка сказала, что ты придешь. Мы с мамой пельмени лепили, я сделал специально для тебя! Ты любишь? – Кто ж домашние пельмени не любит, – пробасил мужчина и покосился на Татьяну. «И правда, человек голодный, наверное, да еще подыграл Лешке. Грех не накормить», – подумала она. – Так давайте скорее за стол! – пригласила она. *** Семен с интересом рассматривал квартиру. Чисто, аккуратно, но видно, что мужской руки не хватает, смеситель разболтался, дверь поскрипывает, да и розетку не мешало бы закрепить. «Эта Татьяна мать-одиночка или в разводе», – решил он. – «Интересно, почему развелись, женщина красивая, а какие пельмени делает». Праздничный стол он оценил в полной мере, хотя пришлось есть, не снимая бороды, чтобы не разрушать сказку. Да и мальчик Леша засыпал его вопросами, требующими немедленного ответа. Семен объяснил, что Снегурочка уже пошла домой, а олени есть не только у Санты, просто в городе на них ездить неудобно. Улучив минуту, Татьяна шепнула ему: – Спасибо, что подыграли Леше. Извините, что мы вас задерживаем, наверное, близкие беспокоятся. – Ничего, я один живу, развелся недавно, – ответил Семен. – А ваш папа где? Он смешался, подумав, что его слова выглядят как намек, но обрадовался, когда Татьяна коротко ответила: – Далеко. После застолья Леша показал Семену свои игрушки. Тот вдруг вспомнил, что у него остался один подарок для мальчика, чья семья уехала отдыхать. «Потом куплю тому пацану новый подарок», – решил Семен и жестом фокусника достал коробку из мешка. Разорвав упаковку, Леша радостно вскрикнул: – Конструктор! Смотри, мам, я же говорил, что папа мне такой подарит! Татьяна виновато взглянула на Семена, а тот шепнул: – Для вас я подарка не припас. Давайте хоть помогу чем-нибудь, например, розетку прикреплю. Несите отвертку. – Да не надо, что же вы будете в праздник трудиться?! – засмущалась Татьяна. – Я вам тоже ничего не подарила. – Такое застолье – само по себе подарок. Вместе с Лешей Семен прикрепил розетку, подтянул дверные петли, сделал еще какой-то мелкий ремонт. Мальчик активно помогал и выспрашивал, как и что. Семен поймал себя на мысли: «Наверное, так чувствуют себя мужчины, у которых есть сыновья. Приятно кого-то учить, передавать свой опыт, воспитывать. Жаль, жена меня такого лишила. Хотя если бы не она, я бы вряд ли познакомился с этой семьей». К десяти вечера Леша начал клевать носом, хотя доказывал, что может не спать аж до полуночи. – Хочу увидеть настоящий Новый год, – сказал мальчик упрямо. – Он уже наступил, я ведь Дед Мороз, когда скажу, тогда и Новый год, – ответил Семен. – А сейчас иди спать, слушайся маму. Себе он вызвал такси, все же удалось найти машину, готовую довезти его до центра. Татьяна пошла его провожать и на прощание сказала: – Спасибо, что подарили Леше праздник. Он вообразил, что Дед Мороз – его папа. Хорошо, что хотя бы в новогоднюю ночь эта сказка стала реальностью. – Чудеса не только в Новый год бывают, – ответил Семен. – Не сочтите за наглость, но что вы с Лешей делаете завтра? Слышал, в городском парке отличная ледяная горка, предлагаю пойти и проверить. Слова сорвались с губ сами, и он испугался, что Татьяна откажется, но та улыбнулась: – Мы с радостью. *** Семен приехал к Татьяне и Леше на следующий день, потом еще через день… Через полгода они перебрались в его квартиру, через месяц сыграли свадьбу, а потом Семен стал Лешиным отцом официально. Через год Татьяна подарила ему еще и двойню, и квартира наконец стала такой, какой он хотел ее видеть, шумной, полной тепла и семейного уюта. – Удачно я тогда заблудился, – заметил Семен, глядя, как старший сын возится с младшими братьями. – А может, Лешка прав, и тебя привел к нашему порогу Дед Мороз? – лукаво спросила Татьяна. – Если так, то вы двое стали лучшим подарком, ведь семейного счастья ничто не заменит. Автор: Писатель | Медь Хорошего дня читатели ❤ Поделитесь своими впечатлениями о рассказе в комментариях 🎄