Мужнина родня на Новый год

❄️❄️❄️
Возвращалась Варя домой с радостной вестью: ёлку будут ставить в школе. И теперь у нее в голове сплошные украшения, где добыть, успеет ли сделать. В сибирской глуши в 1946 году о новогодних елках не думали, некогда народу думать о них. Первый мирный новый год наступает. Но сегодня Варваре Васильевне Зыряновой даже постановление зачитали, которое еще в 1936 году вышло, - это чтобы ёлку наряжать. Но пока до Сибири дошло, а там ведь в сорок первом вон какая беда случилась на четыре гола подряд… и вот 1946 наступает, наконец-то и до далёких сёл дошло про елочку для детворы.
Варя рада, новость хорошая, она ведь давно знала, в городе училась. А нынче у нее год особенный, она ведь, выпускница педагогического училища, попала по распределению в далекое село, зимой заснеженное, а летом, богатое грибами и ягодами.
И так случилось, в тот же год встретила Ваню; быстро он ее сосватал, вот месяц назад свадебку сыграли.
Едет Варя домой и думает про елку, думает про мужа – чем бы порадовать к празднику, она ведь хозяйка совсем молодая.
Ваня еще на работе, а Варя по приезду скорей в школу, там и сказала про елку.
- А как ее наряжать? У нас ведь ничего нет. – спросили немногочисленные учителя небольшой школы.
Тут снарядили срочно сторожа Игната Игнатьевича, благо – тайга рядом, лошадь запряжет, за пару часов обернется.
Варя суетится, глаза горят, ведь дело важное поручено. Собрала поделки какие в классах есть, из картона сделаны, или из бумаги, даже из газеты – все пойдет для украшения.
Пока дед Игнат за ёлкой ездил, Варя организовала всех учителей для сбора игрушек. Дети уже ушли, а они остались и, как маленькие, вырезали, клеили, лепили, сшивали, раскрашивали остатками карандашей – время-то небогатое было.
И так допоздна возилась Варвара с елкой. Уже все по домам разошлись и ее позвали. А она все вокруг елки ходит, оглядывает, хороша ли елочка.
И вот уже по темноте домой торопится, там ведь муж любимый Ванечка. Она ведь его тоже полюбила с первого взгляда. А как вспомнишь – полгода назад ехала и не знала, что ее ждет. Место незнакомое, никого не знала, тряслась как лист осиновый. А оно вон как вышло – встретила Ваню, а может он ее встретил… не отпустил больше никуда. Так и поженились.
Тут снарядили срочно сторожа Игната Игнатьевича, благо – тайга рядом, лошадь запряжет, за пару часов обернется.
Бежит Варя, торопится, снежок под ногами поскрипывает, выдохнет – пар изо рта идет. Полушалок поправила, чтобы в шею не дуло, а чувствует: щеки горят уже от мороза. А накануне снег нападал. Его и так полно было, а тут еще подбросило до самых заборов. Вот так поднимаешься как в горку, так и перейдешь через забор в чужой огород – вот такие снежные сугробы надуло. Зато ребятишкам забава – на санках кататься.
Темно уже, только в окнах керосинки подмигивают. Идет Варя, на душе хорошо, только вот валенки у нее великоваты, темные такие из грубой овечьей шерсти скатаны, потому как не было других.
Вошла в дом Варя, сразу теплом повеяло – Ваня с работы пришел и печку растопил. Ух, как же от неё тепло – от русской печки!
- А не только чайку, я мигом, - и она быстро к столу, надо ведь мужа кормить, самой поесть.
Темно уже, только в окнах керосинки подмигивают. Идет Варя, на душе хорошо, только вот валенки у нее великоваты, темные такие из грубой овечьей шерсти скатаны, потому как не было других.
- А у нас гости завтра… вот родня моя пообещали к нам нагрянуть, говорят, нынче новый год справляют. В городах давно как праздник, вот и до нас дошло.
Улыбка у Вари как птичка упорхнула, растерялась хозяйка. – А кто же будет, Ванечка?
- А все будут. Батя сказал, сестра его будет, а еще тетка Матрена, дед Антип, это который отец Матрены. А еще брат мой старшой с женой… и еще кто-то, уж не упомню.
Ахнула Варя, так и присела. – Ванечка, да куда же столько народу? Поместятся ли все?
Сидит Варя, горюет, весь вечер елку наряжала, домой поздно пришла, а завтра утром снова в школу… когда же она успеет… ну если только булочки к вечеру испечь… а так больше ничего и не успеет.
- Ваня, так чем же угощать будем?
Варя покраснела. Что же родня скажет, если муж фартук наденет, да в кухне толочься будет? Это же не город, тут родственники глазастые, горластые, вмиг все замечают.
- Да что ты такая испуганная? – Обнял ее. – Глянем в кладовке, что есть, то и на стол. А я тебе помогу.
Утром на работу идет, всё про родственников думает – не иначе как проверять ее приедут. Все они, кто в этом селе, а кто в соседнем, а еще – вот как понаедут… как же всё успеть.
Елка под самый потолок в школе. А сама школа маленькая, деревянная – начальная школа-то. И вот стоит она у входа, деток ждет.
На крыльце сторож Игнат строго следит, чтобы валенки обметали от снега, для того веничек по очереди всем вручает. И заходят дети в натопленное помещение, а там… а там елка нарядная. Игрушки на ней самодельные, бумажные, да тряпичные. Но ведь наряжена. И получилось, что в ту зиму детки впервые нарядную ёлку увидели. Не в лесу, запорошённую снегом, а здесь, рядом с классами, - как будто елка сама к ним пришла.
И глаза у детей такие восхищенные – ради этих глаз стоило повозиться с елочкой.
А потом в классе она расскажет все, что знает про этот праздник. А сегодня детям в качестве подарка – елка. А еще по кусочку сахара колотого – каждому.
Это потом уже, на следующий год и в последующие годы придет традиция дарить детям подарки…. Ну а пока так.
На крыльце сторож Игнат строго следит, чтобы валенки обметали от снега, для того веничек по очереди всем вручает. И заходят дети в натопленное помещение, а там… а там елка нарядная. Игрушки на ней самодельные, бумажные, да тряпичные. Но ведь наряжена. И получилось, что в ту зиму детки впервые нарядную ёлку увидели. Не в лесу, запорошённую снегом, а здесь, рядом с классами, - как будто елка сама к ним пришла.
И эта первая елка запомнилась им навсегда.
Варя домой шла и радостная, и одновременно, огорчённая. Гостям надо радоваться, но нынче нет времени даже встретить их как положено. Помнит, как на свадьбе придирчиво разглядывали ее – молоденькую учительницу из города. Как желали быть доброй хозяюшкой, мужа любить, гостей привечать.
- Ой, что будет, - думает Варя, - не угожу я Ваниной родне, ох не угожу.
С пирогом она справилась, булочек еще успела испечь. Тут и Ваня с работы вернулся. Стол пододвинул, другой от соседей принес, скамейки поставил, половиками чистыми застелил. Вот и лошадка резво бежит, в санях полно народа.
Стоит Варя все в той же белой блузке и синей юбке – торжественная такая, Ваня рядом в светлой рубашке – гостей встречают. А они вошли с шумом, разрумяненные с мороза, все троекратно целуют, хозяев приветствуют.
Варвара к столу зовет. Там и выпечка, и картошка уже сварена с лучком поджарена. Капуста квашеная стоит, - одним словом, что было, то и на столе.
И тут дед Антип и его сын Григорий возвращаются и несут небольшую кадушку прямо в дом. А в ней грибы засолены. – Это хозяевам молодым.
А потом Григорий и отец Ивана еще несут овощи в мешке. А потом еще кадушку с помидорами солеными – тоже гостинец. Матрена сняла свой праздничный платок с кистями – цветастый платок, самая румяная, пухлощёкая, шутками сыплет, посмеивается. А сама корзину подает, в ней ягода в погребе сохраненная.
Варвара от такого изобилия совсем растерялась. А они как ни в чем ни бывало, несут и несут – все в дар молодой семье. Тут же Матрена и свекровь Варина взялись помогать ей, на стол всё мечут, расставляют посуду, будто так и надо.
Ну наконец-то сели. Варя только успевает предлагать и подавать.
- Наталья, помоги Варваре Васильевне, - распорядилась Матрена, сподвигнув свою младшую дочку в помощницы. Наталье семнадцать, девка расторопная, так что в паре они быстро с Варей управились.
И хотя народ здесь еще не привык Новый год отмечать, но слухи уже дошли.
Дед Антип закряхтел, когда первую пропустил, кисет достал – и полились разговоры про мирную жизнь, про нынешний урожай, и сколько семян на весну припасено.
- А хороша хозяюшка, - сказала Матрена, а свекровь Ефросинья согласилась, одобрительно кивнула, тоже хвалит невестку. Григорий уважительно отзывается, рассказал, как его дети в школе учатся, какая Варвара Васильевна хорошая учительница.
Варя слушает и краснеет. Не того она ожидала, боялась ведь, что на стол нечего будет поставить, не успевает. А они сами поставили. Сами разговоры ведут, хозяев хвалят.
Свекровь Ефросинья Ивановна с гордостью смотрит на невестку, как будто сказать хочет: «Гляньте, какая жена у моего сына! Умная, собой хороша, всё село ее уважает…»
- Знатные пироги у тебя, Варвара Васильевна, - сказал дед Антип со знанием дела. Одобрительно кивает, откусывает, жует тщательно и снова кивает. Такая оценка дорогого стоит.
- Ешьте, гости дорогие, вот все, что успела.
- Голубушка ты наша, да разве мы в осуждение? Ты ведь мастерица, и в доме чисто, и на столе угощенье, и деток учишь, - нараспев сказала Матрена, еще больше раскрасневшись
Варя с Иваном переглядываются смущенно – первый раз гостей принимают. А разговоры продолжаются до самой ночи. Потом расходиться стали. Родители Ивана домой уехали, деда Антипа с Матреной прихватили, Григорий и другие в соседнюю деревню подались, тут рядом.
И приедут они домой, и станут рассказывать, как были в гостях у родственника Вани и его молодой жены Варвары, которая из города приехала детей учить. И еще расскажут, как она елку наряжала в школе. И что теперь елки везде ставить будут – такое распоряжение.
Иван и Варя на другой день, прибрав все, сели устало на лавку, а сами довольны, что так по-доброму прошло. И вдруг Ваня, как ужаленный, подскочил: - Варя, как же я забыл! – Хлоп себя по лбу ладонью, и скорей за печку заглядывает. Там, спрятанные в холщовый мешок, лежат валенки.
Достал он их… да нет же, это не валенки, это валеночки светленькие, мягкие, но прочные. И такие они аккуратные – как раз на Варины маленькие ножки.
- Держи, жена, это тебе.
- Откуда, Ваня?
- Это что же, подарок мне на праздник? – спрашивает она. А сама при этом от счастья тает, льнет к нему, сердце от радости стучит.
Достал он их… да нет же, это не валенки, это валеночки светленькие, мягкие, но прочные. И такие они аккуратные – как раз на Варины маленькие ножки.
- А вот! Для тебя скатали, и с размером, кажется, угадал.
Нога Варина так и юркнула в валенок, и тут же вторая. – Встала она, крутится на месте, валенки теплые, мягкие, как раз ей. Не то, что те, в которых вчера была, - велики они ей.
Вот же как славно получилось: и гости обузой не были, а только в радость, ничем Варю не упрекнули, а только хвалили. И елку она нарядила, деток порадовала, и подарок получила.
- Ой, Ваня, почему так хорошо? Вот если бы всегда так…
- А так всегда и будет! Новый год начинается, новая жизнь будет, наша хорошая жизнь.
Автор : Татьяна Викторова