Женский взгляд на заграницу: честно о жизни, быте, менталитете.

Каждый раз, когда в конце декабря в соцсетях мелькают картинки с гирляндами, заснеженными дворами и тазиками оливье, я вспоминаю свой самый скучный, самый невзрачный Новый год. Вы будете смеяться, но случился он не где-нибудь, а в солнечной Греции — стране, которую обычно ассоциируют вовсе не с оливье, а с оливками и морем. Я, как человек, выросший на сказке «Ирония судьбы», всегда представлял себе Новый год наполовину как магию, наполовину как коллективную обязательную радость. Вся семья собирается за столом, тосты произносятся под бой курантов, поздравления с экрана, потом звонки — от одноклассников до тётушки из другого города. И обязательно ватный снег за окном, как будто сама атмосфера подыгрывает: всё белое, хрустит и пахнет свежестью и чудесами. И обычно на новый год я возвращаюсь домой в Россию к своим родителям вместе с семьей. Но однажды я решила изменить своей традиции и вот что из этого вышло... Представляете, я встречаю декабрь на Кикладах — море синеет, кафешки открыты, а

Виза в Грецию — вещь, казалось бы, непредсказуемая. Сначала готовишь кучу бумажек, нервничаешь, отслеживаешь статус заявки, и всё равно кажется, что ждёшь вечность. Спойлер: в итоге визу мне одобрили всего за пару дней. И я уже тогда думала — ну, теперь-то начнётся настоящая европейская жизнь: всё будет быстро, чётко, по расписанию. Как бы не так! Это было несколько лет назад. Мой переезд в Грецию был почти идеальным. Погода, узкие улочки, люди вечно улыбаются, даже бабушки желают тебе «калимера» (доброе утро). Всё хорошо, если бы не одно «но». Я решила подключить интернет в свою новую квартиру. Набрала номер местного провайдера, сказала привет в двух вариантах (греческий мне давался с трудом), оставила заявку, и радостно пошла пить кофе — вот она, легкая жизнь на Средиземном море. Мне перезвонили почти сразу. Сказали: «Установка — через пару дней, мастер придёт во вторник». Я даже удивилась — всё ведь как у людей! Насмотревшись голливудских фильмов, я прямо видела в голове человека в

Сыграем? Перед вами фото молодого мужчины с внимательным, чуть надменным взглядом. Узнаете? Видите знакомую манеру смотреть прямо в объектив? Последнее фото — подсказка. Под ним правильный ответ. Барабанная дробь… Ответ: Владимир Познер! 1. Европейское детство и «мировой паспорт» Познер родился в Париже, вырос между Францией, США и Советским Союзом. Такое прошлое сделало его чужим и своим одновременно — ни полностью русский, ни западный. Возможно, именно поэтому он всю жизнь говорил с интонацией «наблюдателя», а не «участника». 2. Начинал с пропаганды — и не стеснялся этого В 1960–70-х Познер работал в советском Агентстве печати «Новости», где занимался внешней пропагандой. Он оправдывал советскую политику на английском языке для зарубежной аудитории и делал это профессионально. Позже сам признавал: «Я был идеологическим бойцом». Впрочем, каялся не особенно — говорил, что тогда иначе было невозможно. 3. Телемосты: когда «враг» стал собеседником В 1980-х он стал ведущим советс

Недавно ко мне в гости заглянула подруга — глаза на мокром месте, голос дрожит. Её сын Дима только-только пошёл в первый класс, и, казалось бы, эта осень должна была стать началом чего-то хорошего, нового. Но вместо привычных историй про буквы и первые двойки она вывалила на меня удивительный рассказ из греческой школьной жизни. До сих пор не знаю, то ли плакать, то ли смеяться. Смысл истории такой: в классе вместе с её сыном учится мальчик. Особенный. Его диагноз никто родителям не озвучивал, но всем понятно: с ребёнком нелегко. С самого утра класс сотрясают крики, иногда визг — не только на переменах, а и прямо во время уроков. Этот мальчик бросается на других, пытается кусаться, щипается, несколько раз и вовсе больно бил детей. Учителя разводят руками: да, есть проблема, но ничего поделать не могут. — “Мы, — рассказывает моя подруга, — думали: первый раз, привыкнет, станет спокойнее. Но прошло уже две недели — а сын каждый вечер приходит испуганный. Говорит: боюсь идти в школу, пото

Сыграем? Перед вами фото очень хрупкой блондинки с внимательным взглядом. Совсем юной она прославилась в кино, а позже заполнила стадионы и новогодние эфиры хитами. Узнаете улыбку? Последнее фото — подсказка. Под ним правильный ответ. Барабанная дробь… Ответ: Кристина Орбакайте! 1. Родилась в семье артистов — но путь пробивала сама Кристина — дочь Аллы Пугачёвой и литовского артиста-циркача Миколаса Орбакаса. Сцену она увидела с детства, но первое крупное признание получила не на эстраде, а в кино. Родительская слава помогала попасть в кадр, но дальше приходилось доказывать талант уже своей работой. 2. «Чучело» (1983): роль, после которой её узнала вся страна В фильме Ролана Быкова Кристина сыграла Лену Бессольцеву — девочку, ставшую изгоем из-за попытки быть честной. Картина стала событием и для советского кино, и для её биографии: это был редкий детский образ без лака, с настоящей болью. После «Чучела» у Орбакайте появилось своё имя — не только «дочь Пугачёвой». 3. От кино к

Когда я только приехала в Грецию пару лет назад, счёт в местном банке казался мне делом почти символическим (хотя санкции уже были): ну что там, пару документов и привет, местная банковская карточка! Ох, как я ошибалась… С наивной верой (и российским паспортом в сумке) я вышла на охоту за счастливым банковским будущим. В голове крутились образы доброжелательной тёти за окошком, кофе и карточки в красивом конверте. Спойлер: Греция решила поиграть со мной в «угадай страну», и теперь поделюсь этой игрой с вами. Первое отделение встретило меня серьёзным мужчиной — без тени улыбки, но с огромной папкой на столе. На мою попытку заговорить по-английски он тактично махнул рукой: — Девушка, переводчика есть? Нет, говорю, не взяла. — Тогда до свидания… Дальше начался настоящий квест: найти официального переводчика, собрать пакет переведённых документов, узнать, что записи теперь… только через три недели. Квест провалился на старте. Но чувство, что я приехала не в Грецию, а куда-то в Германию вре

Сыграем? Перед вами фото молодого парня в чёрных очках и с уверенной улыбкой. В начале 90-х он стал лицом музыкальной революции и символом свободного телевидения. Видите знакомые черты? Последнее фото — подсказка. Под ним правильный ответ. Барабанная дробь… Ответ: Иван Демидов! 1. Создатель эпохи «МузОбоза» В начале 90-х Иван Демидов придумал и запустил передачу, которая изменила формат музыкального телевидения. Ведущий с живыми интервью, нестандартной подачей и фирменными очками сразу стал символом новой свободы. Через его эфир прошли почти все звёзды того десятилетия. 2. От ведущего до директора телеканала В 1994 году Демидов возглавил телеканал ТВ-6 и за несколько лет сделал его одним из самых популярных. Он запустил десятки новых передач и проектов, которые сформировали стиль российского телевидения 90-х. Этот переход — от ведущего к управленцу — стал редким и показательным примером роста в индустрии. 3. Он не боялся говорить о классике на молодёжном ТВ На пике популярност

Давайте сыграем! Перед вами фото юного ленинградского парня, узнаете? Улыбка кажется знакомой? Это последняя фотография, под ней правильный ответ. Барабанная дробь… Ответ: Андрей Мягков! 1. Из инженера в артисты Мягков окончил Ленинградский технологический институт и даже работал в Институте пластмасс. Казалось, что его ждёт карьера инженера, но судьба резко повернула: он поступил в Школу-студию МХАТ. Уже на экзаменах преподаватели отметили его редкую внутреннюю интеллигентность — и так началась история актёра, которого знала вся страна. 2. Театр — его дом После выпуска он попал в театр «Современник», а затем перешёл в МХАТ имени Чехова. На сцене он чувствовал себя увереннее, чем в жизни, и играл роли с такой тонкостью, что зрители замирали. Коллеги говорили: «Он не играл — он жил каждую реплику». 3. «Ирония судьбы» и «Служебный роман»: слава, которую он не любил Мягков стал символом Нового года после выхода «Иронии судьбы». Миллионы зрителей ассоциировали праздник с его голосом

Если вдруг вы окажетесь в Греции и в разговоре упомянёте, что ездили в Стамбул — почти с гарантией получите в ответ легкое поднятие брови, улыбку со скрытым уколом или даже дружеское причмокивание. Но знайте: для греков Стамбул — это Константинополь. И точка. Неважно, что на международных картах и табло аэропортов он давно стал Стамбулом. Для многих здесь этот город всё еще Константинополь, а за неправильное слово можно нарваться на град исторических аргументов и немного национальной обиды. Я помню, как однажды болтала с веселой бабушкой Марией в Афинах. Она угощала домашней стряпней и вдруг спросила меня: — Ты, наверное, была в Константинополе? — В… где? — В нашем городе, — такая фраза, между прочим, не редкость. Мне сразу стало ясно: у этой истории очень глубокие корни. Причина кроется в болезненной и, прямо скажем, недовыпитанной чаше истории. Для греков Константинополь — не просто бывшая столица могущественной империи, это символ утраченой эпохи, огромной культурной и духовной част