Пикантные Романы

- Богдаш, ну хватит тянуть в рот всякую гадость, - мягко убираю из рук внука погремушку. Где он ее только нашел? В нашей больнице, сколько себя помню, игрушек не было. Врач, мужчина за пятьдесят с темными кустистыми бровями, задумчиво кусает ручку: - Тянуть в рот всякую гадость – прямая обязанность ребенка. Если бы ваш мальчик этого не делал, тогда бы стоило волноваться, а так, пусть тянет, раз душа просит. - Но не в больнице же. - И здесь тоже, представьте себе. Недоверчиво смотрю на доктора, у которого душа тоже кое-чего да просит, вон весь колпачок от ручки изгрызен. Поймав мой взгляд, врач поднимает брови, отчего те топорщатся как щетки. - Не представляю. И вообще, не понимаю, откуда эта игрушка взялась! Богдан, ну не трогай, я тебя прошу, - внук бульдожьей хваткой вцепился в непонятную тарахтелку и не отдает. Врач хмурится, но смотрит не на моего мальчика, а на меня. - Из магазина взялась. Выбор у вас, конечно, скудный, но не могу же я без игрушек, раз мне таких мальков на прием

– Костя? Что ты тут делаешь? – и в дверях клиники появляется Анжела Громова. Или, как она сама себя называет: Энжи Гром – она сетевая звезда местного розлива. Энжи-Анжела неуверенно выходит на крыльцо под весеннее солнышко. Длинные темные волосы растрепаны, на щеке – багровые полосы от когтей, что-то мне подсказывает, Эвелины Александровны. Огромные красивые глаза – растеряно перескакивают с Антона, на Константина, задерживаются на мне и снова возвращаются к мужчинам. Молчание повисает между нами. Я, вообще, не собиралась задерживаться, но сейчас становится даже интересно – что же дальше? Да и адреналин кипит в крови, покалывая кожу и притупляя боль. – Анжела, – абсолютно спокойным, леденящим тоном начинает Константин, – что случилось? Анжела слегка бледнеет. Я складываю руки на груди и внимательно наблюдаю. – Какая-то сумасшедшая накинулась на меня, Кость… – Ни с того, ни с сего? Фыркаю, не сдержавшись – перед глазами все еще стоит омерзительная картина их «сеанса». Лица Антона и Анж

– Ты совсем не отдыхаешь, сын. Такими темпами внуков от тебя не дождешься. Даже через трубку я вижу, как мама тяжело вздыхает. – Ты же знаешь, что я практически бесплоден. – Практически – это не полностью. Врач сказал, если будет подходящая женщина, то… – Никаких подходящих женщин, мама! Я покончил с отношениями, и ты в курсе, почему. Говорить о своем прошлом я не собираюсь. Слишком в нем много боли. – Я договорилась с одним знакомым репродуктологом, записала тебя на субботу, зная, что ты занят и точно откажешься пойти в больницу и сдать анализы. – Я не собираюсь сдавать никакие анализы, мам. С этим покончено, ты знаешь. Она тяжело вздыхает, но не настаивает. Знает, что со мной бесполезно спорить, если я что-то точно решил. – У меня детей никогда не будет, так что с этим вопросом тебе лучше к Славе. Она твой единственный шанс обзавестись внуками. – На днях она мне заявила, что она чайлдфри. Вот за что мне это, скажи мне? Разве я вас недостаточно любила, не заботилась о вас, чтобы вы

Да, будущие родители постарались на славу. В очередной раз оглядываю задний дворик двухэтажного особняка в коттеджном посёлке Москвы наших друзей и улыбаюсь. Дом Саши и Снежаны был залит тёплым светом, музыкой и чужим счастьем. Не знаю, доведётся ли мне хоть раз в жизни испытать подобные чувства, какие сейчас переполняют друзей. Я безусловно за них очень рада и счастлива находиться сегодня здесь, разделяя с ними этот волшебный миг, но…но сердце щемит тихой, неприглашённой грустью. Это гадкое чувство, которое не даёт мне вздохнуть полной грудью на протяжении последних четырёх лет. Встряхнула головой, прогоняя плохие зудящие мысли и воспоминания, как будто в этот момент могла избавиться от всего, что тяготило мою душу. – Ты в порядке? – негромко спросила Снежана, поправляя ладонью свой округлившийся живот. Лицо у неё светилось тем особенным, спокойным счастьем, которое не сыграешь. – Конечно, – ответила я. – Ты сегодня очень красивая. Это была правда. Снежана и правда была красива – мяг

Сворачиваю к нашему будущему дому, темно, дождь моросит. И надо было мне именно сейчас поехать сюда. Дизайнер же сказала, что завтра всё посмотрит. Но нет, я ведь решила сейчас привезти эту картину. Злюсь на себя, но мне так хочется поскорей въехать в этот дом, наполнить его жизнью. Ворота открываются, въезжаю на территорию и сразу замечаю припаркованную машину прямо возле входа. Прищуриваюсь. Дождь как назло усиливается. Это… машина Петра. Что он тут делает так поздно? Паркуюсь позади черного внедорожника. Точно это машина моего мужа. Внутри все как-то неприятно скручивает. Сглатываю и гоню всю тревогу прочь. Мой муж может и сухарь, но уж точно не изменник. Как вот сейчас испорчу какой-нибудь его сюрприз. Ладно! Всё! Всё нормально! Может дом уже закончили и он… приехал что-то подготовить. Быстро вылезаю из машины, достаю коробку с заднего сиденья и быстро бегу под навес. Открываю дверь своим ключом, вхожу и на секунду замираю на пороге. Запах краски. Пыли. Дерева. Пять лет. Мы уже ст

Рабочий день в клинике сегодня выдался очень насыщенным. Я даже успела устать. Под конец дня чувствовала себя выжатым лимоном. Через неделю у меня уже будет долгожданный отпуск. Я жду его с нетерпением. Поедем отдыхать к морю с мужем и детьми. Свою работу люблю. Акушер-гинекологом в клинике репродуктивной медицины “АльВита” работаю уже пятнадцать лет. Но в последнее время подумываю над тем, чтобы сократить ставку. Жизнь ведь не стоит на месте и приоритеты меняются. Всё-таки скоро появится внук. Старший сын Кирилл недавно женился, создал свою семью. Радостное событие! А вот младшему, кажется, только вчера пела колыбельные, а на днях ему уже семнадцать исполнилось. Дочке - пятнадцать, возраст непростой. Подростки, что тут скажешь! Каждый со своим характером, мечтами и, конечно же, проблемами. И порой с детьми бывает так сложно договориться. Мне хочется больше времени проводить дома, в семье. Наверное, это нормально, когда дети растут так быстро. Хочется успеть насладиться тем временем,

- Гош, мне уже некогда, - сверяю время на часах. - У меня съемка для каталога. Фоткаю девушку, за которую, между прочим, ты просил. - Тем более, подождет. - Прижимает меня к стене.- Отменяй все. - Милый, а как же моя репутация? Ты же не хочешь, чтобы обо мне говорили, как о ненадежном партнере? - Я буду скоро говорить о тебе, как о жене-динамо. Так уж и быть, - щипает меня. - Вечером тебе не отвертеться. Выскальзываю из его рук и убегаю, обуваясь на ходу. Часовая съемка для рекламного буклета одного из известных брендов женского белья. Свет настроен, световые короба стоят. Не люблю фотографировать в чужой студии. В эти дни я превращаюсь в маленького трудолюбивого ослика, который тянет свою поклажу в виде оборудования на своей спине. У меня есть помощник для тяжелых работ, но именно сегодня у него экзамен по сопромату в институте. - Ульян, тебе передали, - ассистент со стороны рекламодателя протягивает конверт. . Кладет его рядом с мои кофром для камеры. - Наверное, очередная модель фо

Жмурясь от яркого весеннего солнышка, я перепрыгивала через лужи, стараясь не запачкать своё ярко-бордовое пальто. Всё-таки на мой размер найти качественную и красивую вещь совсем непросто. Девушка я крупная, что уж скрывать. Плюс к моему довольно добротному весу у меня присутствует ещё и немаленький рост. Я всегда была такой, сколько себя помню, но никогда не комплексовала. И в ухажёрах у меня недостатков не было. Сегодня в день восьмого марта, я по традиции встретилась с подругой. Мы с ней позавтракали в любимой кофейне, немного посплетничали и обменялись символическими подарками. И теперь я спешила домой, чтобы узнать, чем же мой муж меня порадует. Последнее время он был не особо приветлив со мной. С работы приходил раздражённым, придирался. Но, тем не менее, на каждый праздник устраивал мне какой-нибудь маленький сюрприз. Я считала, что всё у нас нормально, что все так живут, и мне не на что жаловаться. Муж рукастый, не бьёт, не пьёт. Ну а то, что мы периодически ругаемся, это уже

Ненавижу будильники. Особенно если это будильники в выходные, когда у тебя заслуженный отдых после пяти дней безумства. Отключаю его сразу же, потому что слушать эту трель невыносимо — такими звуками можно пытать людей в Аду, — и рывком поднимаюсь, иначе так и проваляюсь до обеда в кровати, за что получу нагоняй от Маши. Сегодня мы с подругой решили устроить забег по торговым центрам и подобрать гардероб к отпуску, который у обеих через два месяца. Мы давно договорились отдохнуть вместе на морском побережье, хотя сейчас мне бы не помешало поваляться на мягком матрасе в обнимку с одеялом. Нехотя тащусь в ванную, к своему счастью вспоминая, что позавчера купила новую тканевую маску с «потрясающим лифтинг-эффектом», которая должна спасти опухшее лицо двадцатисемилетней женщины, вчера позволившей себе за ужином два бокала вина. — Держать десять-пятнадцать минут, после маски остатки геля равномерно распределить по коже, — капля воды падает на упаковку, мешая прочитать текст, а я только под

– В магазин опять приходили те гады, – в динамике раздается дрожащий от страха голос помощницы, а у меня кровь отливает от лица. С трудом соображая от испытываемого шока, делаю шаг в сторону и останавливаюсь, ноги слабеют. Для удержания равновесия облокачиваюсь на стену, чуть прикрываю глаза. Летящие в свой адрес недовольства, идущие от случайных прохожих, практически не замечаю, не до них сейчас. Да, я перегородила половину и без того узкой тропинки, но мне плохо. Идти не могу. В висках пульсирует, в ушах шумит. Страх накатывает волнами. – Что им нужно на этот раз? – спрашиваю, а сама едва узнаю собственный голос. Он кажется безжизненным и глухим, как никогда прежде. – Все то же самое, – шелестит Женя. – Требовали заплатить. Сглатываю. Становится дурно. – Мы им только отдали половину выручки за прошлый месяц, – шепчу, едва контролируя голос. Он то и дело срывается, шок слишком силен. – У нас нет больше. Нужно платить аренду, зарплату рабочим, обслуживать холодильники, – перечисляю вс