Сергей Беляев | Тот самый актёр

"...Ради того, чтобы сыграть Бендера, я был готов на всё. Похудеть — пожалуйста. Я сел на диету, которую придумал сам: капуста в основном, творог. Физические нагрузки — гантели, бег. Когда приходилось идти в ресторан на чей-нибудь день рождения, смущал всех тем, что не ел ничего — так, веточку петрушки, листочек кинзы. И через два месяца я, весивший больше центнера, стал стройным, словно тополь, красавцем семидесяти пяти килограммов. Звоню в группу "Двенадцати стульев". Мне отвечают: извините, но съёмки уже давно идут, а Бендера играет Арчил Гомиашвили. Ну что ж, Бендером я не стал, но моя физическая форма позволила мне в дальнейшем сыграть Хлестакова, Самохвалова в "Служебном романе", Шатунова в "Выпьем за Колумба!" и много других ролей. Мой новый имидж расширил рамки моих возможностей и в дальнейшем эту свою форму я поддерживал..."

Всем нам знаком текст песни, звучащей в фильме «Доживем до понедельника» в исполнении Вячеслава Тихонова: В этой роще берёзовой, Вдалеке от страданий и бед, Где колеблется розовый Немигающий утренний свет, Где прозрачной лавиною Льются листья с высоких ветвей, - Спой мне, иволга, песню пустынную, Песню жизни моей. Но ведь в жизни солдаты мы, И уже на пределах ума Содрогаются атомы, Белым вихрем взметая дома. Как безумные мельницы, Машут войны крылами вокруг. Где ж ты, иволга, леса отшельница ? Что ты смолкла, мой друг ? За великими реками Встанет солнце, и в утренней мгле С опалёнными веками Припаду я, убитый, к земле. Крикнув бешеным вороном, Весь дрожа, замолчит пулемёт. И тогда в моем сердце разорванном Голос твой запоет. Николай Заболоцкий написал «Иволгу» в 1946 году после Великой Победы. Березовая роща была списана с натуры: в то время поэт снимал дачу в Переделкино. Тема произведения: трагедия войны, вечный бой добра и зла, поединок человека со смертью. Заболоцкий не был на фрон

Люди моего возраста обычно брюзжат, все порицая, и живут воспоминаниями, повернувшись спиной к сегодняшнему дню. Но я не из их числа. Я не живу, уткнувшись в прошлое носом и мыслями. «За прошлое в ломбарде ничего не дают» — гласит старая немецкая пословица. Алексей Максимович Горький, как вам известно, выразился ещё точнее: «В карете прошлого — далеко не уедешь!» Альфред де Мюссе писал: «Прошлое — это старуха, которая наряжается в розовые платья». Какое же резюме из всего этого? Какой вывод? А вот какой: проводить эту огорчённую неудачей старуху из ломбарда до кареты, посадить её туда осторожно, стараясь не измять её розового платья, — и пусть катится куда хочет! Таково моё личное мнение. Ибо сегодняшний день и особенно завтрашний для меня гораздо важнее, интереснее и дороже. Искусство всегда в движении. В общем, я считаю, что в нашей бурной, торопливой и занятой жизни самое главное — это «добежать до кладбища вприпрыжку». Вот почему меня ужасно раздражают люди, живущие прошлым. Во-пе

Там за окном я видел купол и крест. Две нити перекрестия - под ним лежал поэт, А по пригорку разбежались липки, Похожие на маленьких девчонок, Отрезавших косу, и потому Напуганных своей незащищённой новизной. Хромой милиционер нёс на плече гитару. За ним бежала, улыбаясь, Лохматая и грязная дворняжка. Я был один. Я думал, мне казалось. И мысль моя была как малая и чистая песчинка. Она не отнимала много сил, И ветер чувств по собственному Произволу её то наземь опускал, То в небо возносил, соединял С другой песчинкой, с третьей, с миллионной. И создавал бархан из ощущений. И разрушал, и вновь выстраивал. И так до бесконечности. О ветры, переменные, капризные, Строители и разрушители безумные! Кто вас посеял, кто пожнёт вас? Лежи, поэт, - ты умер, я устал. Я видеть сны хочу. Ведь сны излечивают душу. Интересно: некоторые читатели отмечают, что стихи Олега Даля не впечатляют. С другой стороны, высказывается и мнение, что его произведения очень выразительны. Это

Виктория Токарева, сценарист фильма «Мимино», вспоминала, что их познакомил режиссер Георгий Данелия уже на съемках. Фрунзик очаровал ее с первой минуты. Он всегда что-то выдумывал, мог прямо в текст добавить свои реплики и всегда попадал в точку. Токарева даже пару раз начинала перечитывать сценарий, чтобы убедиться: это она написала или Мкртчян снова сымпровизировал. Сначала, конечно, это пугало сценариста. Но потом она поняла: все, что скажет Фрунзик, будет только лучше. Потому что он настолько вживался в роль, что границы между текстом и жизнью просто стирались. Мкртчян выпивал. Данелия терпел, терпел, а потом не выдержал и поставил условие: «Или ты до конца контракта (а оставалось 12 дней) не берешь ни капли в рот, или уходи! Ты пьян, и это заметно в кадре». Фрунзик выбрал кино. А спустя две недели подошел к Токаревой и сказал, что не пил целых 12 дней и хорошо себя чувствует. Фрунзик был талантливейшим актером, но оставался очень одиноким. Его жизнь была полна горя: сначала жен

Я шел один по улице вчера, Я говорил, что уезжать пора, А если уезжать — то навсегда, Чтоб никогда не приезжать сюда. Твердил, что ты, конечно, не права, Ругал тебя за все свои слова И повторял: другую я найду, Такой-сякой назло и на беду. То замедлял я шаг, то шел быстрей. — И очутился у твоих дверей. Перевод Е. Николаевской и И. Снеговой Расул Гамзатович Гамзатов родился 8 сентября 1923 года в горном ауле Цада в Дагестане. Его отец, поэт Гамзат Цадаса, стал первым наставником сына. Расул начал писать стихи в детстве, окончил педагогическое училище, работал учителем и в театре. Первый сборник стихов на аварском языке вышел в 1943 году, а на русском — «Земля моя» в 1948-м. Среди самых известных произведений: поэма «Горянка» и повесть «Мой Дагестан». С 1951 года Гамзатов возглавлял Союз писателей Дагестана, был депутатом Верховного Совета СССР. Его стихи переводили Наум Гребнев, Роберт Рождественский, Андрей Вознесенский. На слова поэта написаны песни, которые исполняли Анна Герман,

Я - разный. Вообще-то дома меня не любят. Потому что с посторонними я более общителен, приятен, податлив. А близкие предъявляют претензии, что я мрачен, невесел, раздражителен, и это с возрастом все заметнее: устаю-то чаще. Вырабатывать имидж, как это теперь называют, я никогда не старался - человек, мне кажется, должен быть как можно естественнее. Особенно артист. С годами это дается все труднее. Не зря Чехов относился к актерам как к капризным, злым детям, хоть и любил их всей душой. Он подмечал нашу пресловутую неестественность. Человек начинает представлять из себя Нечто. А на самом деле хорошо бы удержаться и ничего из себя не представлять.

Не будучи сам верным по натуре, Я верность в женщине ценить привык. Я сдержанный люблю ее язык И глаз тепло прохладное лазури. Я не хочу, чтоб колыхали бури Безоблачный и девственный дневник. И, вместе с тем, чтоб в грусти не поник Росистый взор, и стан не стал понурей. Я умудреннее с годами стал. Неверностью довольно я блистал И даже почернеть успел от блеска… Уж не бренчу я звеньями измен: Должно быть, предыдущая Кармен На сердце след отпечатлела резко. Автор создает исповедальный текст о переосмыслении любви. Идеал, который он ищет, это не буря страсти, а душевный покой. Верность здесь не просто моральный долг, а осознанный выбор человека, который понял, что поверхностные связи не согревают. Стихотворение показывает, что подлинная близость возможна через доверие, устойчивость и взаимное сохранение душевной свежести.

Когда я училась в школе, я видела, что в старосты класса шла не самая умная девочка, но с большим бантом, которую к школе подвозили на отцовской машине. А была у нас в классе девочка по фамилии Симонова, тихая, худенькая, кадычок у нее торчал, двоечница она была страшная, сидела всегда на последней парте. Жили они очень бедно, у нее была такая торба через плечо, на которой была привязана калиновая кисть. Так вот, эта девочка была помешана на стихах Некрасова, и, когда приезжало большое начальство, учительница просила ее прочесть что-нибудь из Некрасова. Она тихо читала. Шейка у нее была тоненькая, торба и калиновая кисть... Помню, заканчивала она всегда жалобно-жалобно: "Как на соху налегая рукою, пахарь заду-у-у-умчиво шел полосою". Учительница злилась и говорила: живей читай. А она отвечала: "Так тяжело же ему..." Может, и сам картежник Некрасов не понимал так написанное им, как эта девочка. Источник

Есть горячее солнце, наивные дети, Драгоценная радость мелодий и книг. Если нет — то ведь были, ведь были на свете И Бетховен, и Пушкин, и Гейне, и Григ… Есть незримое творчество в каждом мгновеньи — В умном слове, в улыбке, в сиянии глаз. Будь творцом! Созидай золотые мгновенья — В каждом дне есть раздумье и пряный экстаз… Бесконечно позорно в припадке печали Добровольно исчезнуть, как тень на стекле. Разве Новые Встречи уже отсияли? Разве только собаки живут на земле? Если сам я угрюм, как голландская сажа (Улыбнись, улыбнись на сравненье моё!), Этот черный румянец — налет от дренажа, Это Муза меня подняла на копьё. Подожди! Я сживусь со своим новосельем — Как весенний скворец запою на копье! Оглушу твои уши цыганским весельем! Дай лишь срок разобраться в проклятом тряпье. Оставайся! Так мало здесь чутких и честных… Оставайся! Лишь в них оправданье земли. Адресов я не знаю — ищи неизвестных, Как и ты неподвижно лежащих в пыли. Если лучшие будут бросаться в пролеты, Скиснет мир от бес