Берег Силы| Надежда Владиславова

— На меня периодически накатывают приступы стыда. Это тяжело. Сейчас моя жизнь выглядит вполне благополучной: теплая семья, дети считают меня хорошим отцом, жена — надёжным мужем. Я работаю, справляюсь, решаю задачи. Но моментами внутри такое ощущение, что это только часть правды обо мне. И накрывает стыд - резко, как будто кто-то посылает меня в нокдаун. Даже перехватывает дыхание. Так Андрей заявил свою тему, вызвавшись на демонстрацию практики «Изменение личной истории» (работа на Линии жизни). На нее обычно выходят с самыми сложными запросами, которые мы характеризуем как «20 баллов из 10-ти возможных». Андрею тридцать шесть лет. Это человек, который с первого взгляда вызывает симпатию: высокий, спортивный, ухоженный, с правильными чертами лица, всегда держится уверенно. Он легко вступает в разговор, умеет шутить, поддерживать непринужденную атмосферу, быть всегда уместным и внимательным. В группе он быстро стал всеобщим любимцем — остроумно пикировался с мужчинами, был галантен,

Это ощущение трудно описать словами, но невозможно не заметить телом. Вот перед вами человек — суперуверенный в себе, суперуспешный, очень интересный, умеющий красиво говорить, держать внимание и производить блестящее впечатление. Всё в нем вроде бы безупречно и убедительно. И при этом у нас возникает странное чувство напряжения, словно между вами и собеседником стоит прозрачная перегородка. Вы как бы видите и слышите, но не чувствуете. Общаетесь, но не контактируете с ним. В такие моменты может мелькнуть мысль: «Я как будто и не с тобой говорю» - не с живым человеком, а с его тщательно собранной версией. Это ощущение знакомо многим, хотя далеко не все могут его сразу же распознать. В языке нейролингвистического программирования оно связано с реакцией на неконгруэнтность — несоответствие между тем, что человек демонстрирует, и тем, как он реально себя ощущает. Сталкиваясь с подобным явлением, люди часто говорят: «не люблю, когда мне пускают пыль в глаза». И за этой обыденной формулиро

Почти каждый современный человек хотя бы раз смотрел первый фильм «Аватар» Джеймса Кэмерона. Для кого-то это была просто зрелищная фантастика, а для кого-то — история, которая почему-то задела глубже, чем ожидалось. В одной из сцен фильма учёные-биологи - Грейс Огустин и Норм - с изумлением наблюдают, как импульс, возникший в одном растении на планете Пандора, мгновенно распространяется по всей системе: растения реагируют синхронно, словно являются частью единого живого организма. Есть и другая, не менее сильная сцена. Грейс Огустин, всемирно известный ученый, пытается объяснить руководителю земной колонии, что на Пандоре невозможно безнаказанно вырвать один ее элементов, не нарушив работу всего целого. Планета — не набор объектов и не склад ресурсов, а сложная, саморегулирующаяся живая система. Ответ менеджера звучит почти карикатурно: «Интересно, что вы там курите?» Зрители, естественно, без колебаний встают на сторону Грейс. Нам близка её способность видеть целое, уважать жизнь во

Иногда мы кажемся себе целиком автономными и самодостаточными лишь до серьезной размолвки с близким человеком – супругом, ребенком, мамой, отцом. Маша прибежала ко мне заплаканная и сказала сквозь слезы: М. - Мне кажется, я хочу умереть. Понимаю, что в эту сторону даже думать нельзя, но ничего не могу поделать. Н. - Ты хочешь сказать, что, с одной стороны, ты сейчас просто в отчаянии, а, с другой стороны, в тебе присутствует некая наблюдающая часть, которая не дает тебе в полной мере утонуть в этой эмоции? М. - Да, этот внутренний наблюдатель по жизни меня спасает. Без него я бы могла Бог знает чего натворить. Н. – То есть, одна из Частей крайне эмоциональна и способна на довольно резкие действия, а другая – более разумная и трезвая? М. - Да, благодаря этой Части я всегда и выживала, несмотря ни на что. Но то, что я переживаю сейчас, пожалуй, намного сильнее, чем все, что было у меня раньше. Я чувствую, что мы с моей дочерью становимся чужими людьми. А она у меня - единственная, - (Ма

Иногда эту фразу произносят с восхищением, иногда — с плохо скрытым упрёком, а иногда с завистью. «Да у них там денег куры не клюют» — и разговор тут же перестаёт быть разговором о деньгах. Он становится разговором о «слишком много», «подозрительно легко» и «не по-нашему». В этой фразе почти никогда нет радости за другого. Чаще — напряжение. Как будто изобилие само по себе требует оправданий, объяснений и каких-то моральных комментариев. Как будто большие деньги — это не просто результат, а нечто потенциально опасное: для справедливости, для равновесия, для человеческого облика. Неудивительно, что многие люди, услышав эту зловещую фразу про кур в свой адрес, чувствуют не удовольствие, а неловкость и желание тут же принизить собственные достижения: объяснить, что «на самом деле всё у меня не так уж просто», или что «всё это временно». Одним словом, приносить бесконечные извинения за свой достаток. В культуре, где долгие годы ценились умеренность, экономность и способность «не высовыва

Есть возраст, в котором слова «начать с нуля» звучат легко, радостно и зовут вперёд, как обнадёживающее обещание новых возможностей. Есть возраст, в котором за этими же словами немедленно встаёт некий образ прожитой жизни — со всем знанием о последствиях от невыполненных обязательств, со всей некогда взятой на себя ответственностью за вложенные ресурсы, со всей накопленной за годы усталостью и достаточно точным представлением о количестве времени и энергии, которых требует любой серьёзный шаг. Возможно, именно поэтому во взрослом возрасте человек редко говорит о каком-либо новом начинании вслух: гораздо чаще мысли о нём появляются где-то глубоко внутри — между делами, по дороге домой, в редкие паузы тишины, и почти всегда они сопровождаются не воодушевлением, а настороженным замиранием, потому что начинать нечто теперь — это уже не эксперимент, а выбор с осознаваемыми последствиями. А вот молодым начинать нечто новое действительно значительно проще. И не только потому, что у них боль

Слово «потом» звучит почти ласково. Оно как будто «заботится» о нас: сейчас, мол, можно не напрягаться, не делать чего-то сложного, не касаться болезненных точек. Можно выдохнуть, освободить вечер, поберечь силы и вернуться к отложенному позже — в какой-нибудь более подходящий момент. На короткой дистанции такая стратегия вполне проходит. Напряжение действительно снижается, тревога отпускает и даже появляется ощущение некоего контроля: мы ведь не отказались от своих намерений, мы их просто перенесли. Внутри становится чуть спокойнее — почти как после принятого решения. НО! У «потом» есть одна интересная особенность, о которой редко задумываются. Всё, что мы слишком долго держим в его пространстве, начинает исчезать - растворяться. Это происходит не резко и не сразу: сначала уходит желание, затем — смысл, а далее теряется и сама связь с тем, что когда-то было важно, и мы с удивлением думаем: «А зачем мне это вообще было нужно?» Очень часто мы откладываем не действие, а переживание. Ра

Есть фразы, которые на первый взгляд звучат почти безобидно. Их произносят мягко, с улыбкой, иногда как бы между прочим, словно стараясь сгладить неловкость момента. Но после них внутри почему-то становится холодно, напряжённо или пусто. Одна из таких фраз — «ты уж не обессудь». Её часто используют в ситуациях, когда человек собирается отказать, нарушить договорённость, сказать что-то резкое или сделать шаг, который заведомо заденет другого. Формально всё выглядит корректно: грубости нет, тон вежливый, голос спокойный. Но именно после этих слов у адресата возникает ощущение, что ему как будто перекрыли кислород — что-то важноебыло внутри него болезненно задето, но реагировать на это почему-то нельзя. Парадокс в том, что «не обессудь» одновременно и смягчает удар, и усиливает его. Потому что вместе с действием или словами человеку негласно предлагают отказаться от собственной реакции - не расстраиваться, не злиться, не обижаться. Одним словом, «проявить понимание». Что на самом деле п

Всем нам в той или иной степени доводилось проходить опыт потери мотивации к тому или иному проекту – рабочему или жизненному. Поначалу было много энергии, всё время хотелось что-то делать, двигаться вперед. Мы ощущали азарт, вдохновение, чувствовали, что жизнь - живая и откликается на наши желания и действия. Мы горели, строили планы, были на подъёме. А потом что-то происходило – возможно, некий демотивирующий разговор, череда разочарованийили просто долгий период сверхнапряжения. И в какой-то момент мы обнаруживали, что желание действовать в нас исчезло: не становилось более слабым или приглушенным, а полностью выключалось. Поначалу казалось, что нет, такого не может быть, оно обязательно вернется: ну вот ещё немного — и мотивация снова будет с нами. Может быть, мы, в связи с этим, даже откладывали какие-то важные решения, не строили дальнейших планов. Но проходило время — недели, месяцы, иногда годы, — а былой импульс всё не появлялся. В таких случаях, чем дольше длится ожиданием