Предыдущая публикация
Фильтр
Мне горько!Очень горько...Извини
Сегодня слёз сдержать не обещаю,
Своей щекой коснусь твоей руки...
Ты рядом,ну а я уже скучаю!
Меня обнимешь крепко и любя,
Да обласкаешь этим нежным взглядом...
Я не забуду!Верь мне,никогда
Все дни и ночи,что мы были рядом.
Мне горько!Очень горько...Не спеши...
В груди болит,душа наружу рвётся,
Всё ж разошлись по сторонам пути,
Кричит надежда "Может быть сойдётся!"
А время враг - оно опять бежит,
Торопится вперёд неумолимо...
Не забывай меня!Звони!Пиши!
Ждать буду я вестей нетерпеливо.
Мне горько!Очень горько...Я люблю!
Уже пора...заждался поезд скорый,
За каждый миг тебя благодарю!
Ты самый лучший,самый нежный,добрый!
И как бы не сложилась дальше жизнь
Бу
Сегодня слёз сдержать не обещаю,
Своей щекой коснусь твоей руки...
Ты рядом,ну а я уже скучаю!
Меня обнимешь крепко и любя,
Да обласкаешь этим нежным взглядом...
Я не забуду!Верь мне,никогда
Все дни и ночи,что мы были рядом.
Мне горько!Очень горько...Не спеши...
В груди болит,душа наружу рвётся,
Всё ж разошлись по сторонам пути,
Кричит надежда "Может быть сойдётся!"
А время враг - оно опять бежит,
Торопится вперёд неумолимо...
Не забывай меня!Звони!Пиши!
Ждать буду я вестей нетерпеливо.
Мне горько!Очень горько...Я люблю!
Уже пора...заждался поезд скорый,
За каждый миг тебя благодарю!
Ты самый лучший,самый нежный,добрый!
И как бы не сложилась дальше жизнь
Бу
Быть одной-то в общем-то не страшно,
Страшно быть одной, но рядом с кем-то,
Страшно быть любовью, но вчерашней,
Когда смотрят на тебя, а мысли где-то.
Быть одной-то в общем-то не скучно,
Скучно, когда не о чем смеяться,
Скучно, когда не о чем взгрустнуть,
Когда не о чем уж даже поругаться.
Быть одной мне в общем-то привычно,
Лучше так, чем рядом понарошку,
Когда с виду всё вполне прилично,
А копнуть – застрянет в грязи ложка.
Быть одной-то в общем-то не страшно,
Страшно быть любимой с расстояния,
Страшно думать, а наступит ли то завтра,
Когда исполнятся заветные желания?
Страшно быть одной, но рядом с кем-то,
Страшно быть любовью, но вчерашней,
Когда смотрят на тебя, а мысли где-то.
Быть одной-то в общем-то не скучно,
Скучно, когда не о чем смеяться,
Скучно, когда не о чем взгрустнуть,
Когда не о чем уж даже поругаться.
Быть одной мне в общем-то привычно,
Лучше так, чем рядом понарошку,
Когда с виду всё вполне прилично,
А копнуть – застрянет в грязи ложка.
Быть одной-то в общем-то не страшно,
Страшно быть любимой с расстояния,
Страшно думать, а наступит ли то завтра,
Когда исполнятся заветные желания?
Сколько женщина может выстрадать...
Сколько выплакать может она...
А потом, приходя на исповедь
Так сказать... виновата сама...
Сколько может любить и маяться...
Всё и всем без обиды прощать...
А потом вдруг виниться и каяться...
И виновной себя считать...
Сколько может она надеяться,
Что и ей улыбнётся Судьба...
И когда-нибудь, всё изменится...
И в окошко заглянет весна...
Сколько силы, терпения и жалости
Каждой женщине Бог подарил...
Просто вы их любите, пожалуйста...
Он для счастья их всех сотворил...
Сколько выплакать может она...
А потом, приходя на исповедь
Так сказать... виновата сама...
Сколько может любить и маяться...
Всё и всем без обиды прощать...
А потом вдруг виниться и каяться...
И виновной себя считать...
Сколько может она надеяться,
Что и ей улыбнётся Судьба...
И когда-нибудь, всё изменится...
И в окошко заглянет весна...
Сколько силы, терпения и жалости
Каждой женщине Бог подарил...
Просто вы их любите, пожалуйста...
Он для счастья их всех сотворил...
Мой Ангел-Хранитель, прошу, защити!!!
Держи меня за руку, не отпускай…
И светом во тьме, если что, освети,
Крылом, своим белым, всегда укрывай
И если свернуть, захочу я с дороги,
И если сойду, вдруг внезапно с пути,
Направь, покажи мне, какие итоги,
Глаза завяжи, чтоб туда не идти
Дай, силы сражаться, за то, во что верю,
До крайнего вздоха, до капли крови,
За сделанный шаг, тем которым отмерю,
Всю жизнь – как от ненависти до любви
Судить, наказать за грехи меня можно,
Дай, смелость признаться, вот в этих грехах,
Но дай, оправдаться, насколько возможно,
Душа, не покаянною станет – прах…
И близких людей… Ничего не попишешь,
А вдруг, их Хранителя, рядышком нет?!
Так Ты, полети, не раздумыва
Держи меня за руку, не отпускай…
И светом во тьме, если что, освети,
Крылом, своим белым, всегда укрывай
И если свернуть, захочу я с дороги,
И если сойду, вдруг внезапно с пути,
Направь, покажи мне, какие итоги,
Глаза завяжи, чтоб туда не идти
Дай, силы сражаться, за то, во что верю,
До крайнего вздоха, до капли крови,
За сделанный шаг, тем которым отмерю,
Всю жизнь – как от ненависти до любви
Судить, наказать за грехи меня можно,
Дай, смелость признаться, вот в этих грехах,
Но дай, оправдаться, насколько возможно,
Душа, не покаянною станет – прах…
И близких людей… Ничего не попишешь,
А вдруг, их Хранителя, рядышком нет?!
Так Ты, полети, не раздумыва
Мне его уже не целовать -
Он сказал, что больше не приедет,
И просил не звонить, не писать –
Ему нечего мне ответить.
Никогда мне его не обнять,
Никогда не коснуться кожи…
Я его не хочу терять,
А помочь мне никто не может.
Мне с собаками ночью выть,
Мне скулить - только он не слышит.
Он желал мне счастливо жить -
Без него, мне хотя бы выжить.
Он сказал, что больше не приедет,
И просил не звонить, не писать –
Ему нечего мне ответить.
Никогда мне его не обнять,
Никогда не коснуться кожи…
Я его не хочу терять,
А помочь мне никто не может.
Мне с собаками ночью выть,
Мне скулить - только он не слышит.
Он желал мне счастливо жить -
Без него, мне хотя бы выжить.
Так страшно однажды остаться одной.
Ненужной. Беспомощной. Миром забытой.
Вдруг всем, называвшим любимой, родной,
чужой оказаться: стучать, где закрыто…
Так страшно, упав, наконец осознать:
на целой планете никто не поднимет,
никто не боится тебя потерять
и вряд ли в молитвах звучит твое имя…
Так страшно ворваться туда, где не ждут,
прервать разговор появленьем случайным,
как месяц почувствовать пару минут
повисшего вдруг неуклюже молчанья.
Простившись, уйти, ведь остаться нельзя…
Уйти, еще точно не зная дороги…
Так страшно, когда оставляют друзья…
Страшнее подчас, чем святые и боги…
Ненужной. Беспомощной. Миром забытой.
Вдруг всем, называвшим любимой, родной,
чужой оказаться: стучать, где закрыто…
Так страшно, упав, наконец осознать:
на целой планете никто не поднимет,
никто не боится тебя потерять
и вряд ли в молитвах звучит твое имя…
Так страшно ворваться туда, где не ждут,
прервать разговор появленьем случайным,
как месяц почувствовать пару минут
повисшего вдруг неуклюже молчанья.
Простившись, уйти, ведь остаться нельзя…
Уйти, еще точно не зная дороги…
Так страшно, когда оставляют друзья…
Страшнее подчас, чем святые и боги…
Мы лишь в книгах читали о Ней. мы не слышали страха во громе.
Мы не видели ярче огней, кроме звезд на ночном небосклоне.
Из обветренных дедовых уст мы слыхали о горе и смерти.
Мы учили стихи наизусть - в бедном Мире счастливые дети...
Поутру открывая окно, мы без страха рассветы встречали.
Мы о Ней - лишь смотрели кино, и тревожно сердечки стучали.
По-ребячьи встречали гостей. засыпали младенчески-сладко.
Мы не ждали от горя вестей, и в ночи не молились украдкой.
Не пугала тогда тишина. не страшился никто преисподней...
Но далекого слова "война" мы боялись тогда, как...сегодня.
Я - ребенок, не знавший утрат, миру тихому штопаю рану.
И сегодня - я вижу солдат... почему же так больно мне, мам
Мы не видели ярче огней, кроме звезд на ночном небосклоне.
Из обветренных дедовых уст мы слыхали о горе и смерти.
Мы учили стихи наизусть - в бедном Мире счастливые дети...
Поутру открывая окно, мы без страха рассветы встречали.
Мы о Ней - лишь смотрели кино, и тревожно сердечки стучали.
По-ребячьи встречали гостей. засыпали младенчески-сладко.
Мы не ждали от горя вестей, и в ночи не молились украдкой.
Не пугала тогда тишина. не страшился никто преисподней...
Но далекого слова "война" мы боялись тогда, как...сегодня.
Я - ребенок, не знавший утрат, миру тихому штопаю рану.
И сегодня - я вижу солдат... почему же так больно мне, мам
Что нужно для счастья? Совсем немного.
Одна на двоих иногда подушка.
Когда друг без друга - в душе тревога.
Когда именная на полке кружка.
Когда по утрам тихий шепот робко:
«Вставай, просыпайся, любимый, слышишь?».
И чувства хранить не дано в коробке,
Когда в один такт с человеком дышишь.
Что нужно для счастья? Букет сирени?
А может кольцо и обложка - глянец?
Бывает, что счастье – простые пельмени,
Вечерняя кухня, спонтанный их танец.
Что нужно для счастья? Вопрос,ведь,не сложен.
Влюбленным сердцам на него ответ ясен:
Когда, прикасаясь к любимой ты коже,
Уже понимаешь, что мир наш прекрасен.
Одна на двоих иногда подушка.
Когда друг без друга - в душе тревога.
Когда именная на полке кружка.
Когда по утрам тихий шепот робко:
«Вставай, просыпайся, любимый, слышишь?».
И чувства хранить не дано в коробке,
Когда в один такт с человеком дышишь.
Что нужно для счастья? Букет сирени?
А может кольцо и обложка - глянец?
Бывает, что счастье – простые пельмени,
Вечерняя кухня, спонтанный их танец.
Что нужно для счастья? Вопрос,ведь,не сложен.
Влюбленным сердцам на него ответ ясен:
Когда, прикасаясь к любимой ты коже,
Уже понимаешь, что мир наш прекрасен.
Никто не встретил женщину с ребенком.
Сосед ей вещи вынести помог.
Она стояла, отойдя в сторонку, –
В живом потоке – малый островок.
Тревога. Боль. Обида. Ожиданье.
Перемежались в пристальных глазах.
А в потаенной глубине сознанья
Уже таился, нарастая страх.
Не за себя, не за ребенка даже.
За мужа страх: не заболел ли он?
Вдруг громкое, ликующее:
– Маша! Сойти с ума – обегал весь перрон!
Вагон не указала в телеграмме...
Заждался вас! И на виду у всех
Её с ребенком сильными руками,
Как девочку, высоко поднял вверх.
Неистовый, плечистый, крутобровый,
Он рад был на руках её нести...
А женщина сквозь слезы:
– Непутевый. Разбудишь сына. Слышишь? Отпусти!
И сколько было гордости счастливой
В
Сосед ей вещи вынести помог.
Она стояла, отойдя в сторонку, –
В живом потоке – малый островок.
Тревога. Боль. Обида. Ожиданье.
Перемежались в пристальных глазах.
А в потаенной глубине сознанья
Уже таился, нарастая страх.
Не за себя, не за ребенка даже.
За мужа страх: не заболел ли он?
Вдруг громкое, ликующее:
– Маша! Сойти с ума – обегал весь перрон!
Вагон не указала в телеграмме...
Заждался вас! И на виду у всех
Её с ребенком сильными руками,
Как девочку, высоко поднял вверх.
Неистовый, плечистый, крутобровый,
Он рад был на руках её нести...
А женщина сквозь слезы:
– Непутевый. Разбудишь сына. Слышишь? Отпусти!
И сколько было гордости счастливой
В
загрузка
Показать ещё