Предыдущая публикация
Фильтр
Ты мой туман, которому так поздно
Были написаны последние стихи.
Развеян мир в твоих наскальных цифрах,
Которые никто и не настиг.
В немом бреду беспамятства и ложи
Растерзанность невольная дрожит.
В руки от плечей поникли тоже,
Ведь помощью никто не дорожит.
Сухими и пустыми рукавами
Волочит меня в пропасть мой туман...
Хотелось найти правду меж слогами,
Но только вот нашелся лишь обман.
Иду в бреду. Без жалости и злости,
Без стойких глаз и без открытых вуст.
И нету у безумия той сласти,
Которую подарит мне испуг.
Ты мой туман забвения и смеси
Из вечности и мига одного.
Одно желание - уткнуться лбом в те плечи,
Которые ждут горя моего.
Были написаны последние стихи.
Развеян мир в твоих наскальных цифрах,
Которые никто и не настиг.
В немом бреду беспамятства и ложи
Растерзанность невольная дрожит.
В руки от плечей поникли тоже,
Ведь помощью никто не дорожит.
Сухими и пустыми рукавами
Волочит меня в пропасть мой туман...
Хотелось найти правду меж слогами,
Но только вот нашелся лишь обман.
Иду в бреду. Без жалости и злости,
Без стойких глаз и без открытых вуст.
И нету у безумия той сласти,
Которую подарит мне испуг.
Ты мой туман забвения и смеси
Из вечности и мига одного.
Одно желание - уткнуться лбом в те плечи,
Которые ждут горя моего.
Даже солнце на руки сажая,
Ты не знаешь куда лучше плыть.
Спотыкаясь, помнить себя
Или забыть.
И царевна безлюдного гнева
Остывает при виде тепла.
Остается ждать лишь ответа,
Вот и судьба.
На проселочной местности поле
Обнимает два неба рукой.
Через время тебя здесь не вспомнят,
А ты спой.
Это время безжалостно крепнет
И короче сгорает рукав.
Твое солнце на сутки ослепло,
А ты спал.
Даже если ты сново укроешь
Мои волосы нежно рукой,
Своим мыслям бежать не позволишь.
Только сам стой.
Твое вечное время надежды
Догорает как будто свеча.
И дорого подскажет здесь местный,
Но не подставит плеча.
Ты не знаешь куда лучше плыть.
Спотыкаясь, помнить себя
Или забыть.
И царевна безлюдного гнева
Остывает при виде тепла.
Остается ждать лишь ответа,
Вот и судьба.
На проселочной местности поле
Обнимает два неба рукой.
Через время тебя здесь не вспомнят,
А ты спой.
Это время безжалостно крепнет
И короче сгорает рукав.
Твое солнце на сутки ослепло,
А ты спал.
Даже если ты сново укроешь
Мои волосы нежно рукой,
Своим мыслям бежать не позволишь.
Только сам стой.
Твое вечное время надежды
Догорает как будто свеча.
И дорого подскажет здесь местный,
Но не подставит плеча.
Не нагреться твоим мерцаньем,
Холодна твоя булава.
Устаешь с утра напиваться,
Лучше бы еще поспала.
Лучше бы забить себя в угол
И не слышать пустых новостей.
Вдруг все стали у момент ненужны,
Мир не нужен стал без людей.
И прохладное утро на плечи
Нежно ложит тумана белье.
Почему так запутаны речи?
Не понятно где же есть чье.
Не нагреться прохладою вздохов,
Отжило все внутри, час пришел.
И глаза все красны от уколов,
Но лекарства врач, увы, не нашел.
Что ты смотришь, безликое чудо?
Куда ехать теперь, что искать?
Ты как будто остывшее, чуждо,
Тяжело тебя даже принять.
Холодна твоя булава.
Устаешь с утра напиваться,
Лучше бы еще поспала.
Лучше бы забить себя в угол
И не слышать пустых новостей.
Вдруг все стали у момент ненужны,
Мир не нужен стал без людей.
И прохладное утро на плечи
Нежно ложит тумана белье.
Почему так запутаны речи?
Не понятно где же есть чье.
Не нагреться прохладою вздохов,
Отжило все внутри, час пришел.
И глаза все красны от уколов,
Но лекарства врач, увы, не нашел.
Что ты смотришь, безликое чудо?
Куда ехать теперь, что искать?
Ты как будто остывшее, чуждо,
Тяжело тебя даже принять.
Я молиться, увы, не умею.
Моя жизнь - это пропасть во лжи.
Как же счастья просить я посмею,
Если мне и двух слов не сложить?
Не просила б у бога терпенья,
Я не знаю его где искать.
Чтобы выжить не хватит уменья,
Не могу в нужный миг промолчать.
Я молиться, увы, не умею...
Я не знаю кого попросить,
Чтоб хранили все то, что имею,
Чтобы память мою сберегли.
Моя жизнь - это пропасть во лжи.
Как же счастья просить я посмею,
Если мне и двух слов не сложить?
Не просила б у бога терпенья,
Я не знаю его где искать.
Чтобы выжить не хватит уменья,
Не могу в нужный миг промолчать.
Я молиться, увы, не умею...
Я не знаю кого попросить,
Чтоб хранили все то, что имею,
Чтобы память мою сберегли.
Не так давно все было хорошо,
Не так давно и сердце не молчало.
И жаль, что все, что было так ушло,
И жаль,что ничего не удержало.
Забыты строчки на бумаге так давно,
Забыт почерк и упали стены.
Нам ведь понять всего и не дано.
Но лишь бы счастье все хранить умели.
На фотографии застывшие цветы,
Их цвет и радость никогда не свянут.
Жаль, что увядают все надежды и мечты,
А серая печаль цветной не станет.
Но ведь не давно мир сходил с ума,
И пели соловьи в ночном тумане…
И ведь тогда вся жизнь пилась до дна,
Все начиналось только на закате.
Нам время говорит, что мы устали,
Что если потерял, то большее найдешь.
Уж много времени прошло, а мы не замечали,
Хоть и не давно все было хорошо.
Не так давно и сердце не молчало.
И жаль, что все, что было так ушло,
И жаль,что ничего не удержало.
Забыты строчки на бумаге так давно,
Забыт почерк и упали стены.
Нам ведь понять всего и не дано.
Но лишь бы счастье все хранить умели.
На фотографии застывшие цветы,
Их цвет и радость никогда не свянут.
Жаль, что увядают все надежды и мечты,
А серая печаль цветной не станет.
Но ведь не давно мир сходил с ума,
И пели соловьи в ночном тумане…
И ведь тогда вся жизнь пилась до дна,
Все начиналось только на закате.
Нам время говорит, что мы устали,
Что если потерял, то большее найдешь.
Уж много времени прошло, а мы не замечали,
Хоть и не давно все было хорошо.
Нет абсолютно досказаных слов,
Ты меня глушишь, печальное небо.
Я через день закрываюсь зонтом,
Чтоб не обжечься фальшивостью света.
Сколько просили всех не молчать?
Рваные раны не вылечить йодом.
Вся недосказанность хуже чем ад.
Но на коленях стоим перед Богом.
Перемолчим год за годом века,
Перетасуем все карты неправдой.
Жаль, только нету в природе врача,
Чтобы словами задал нам встряску.
Чтобы понятно было зачем
Было придумано слово скупое.
Один от другого не отличен лишь тем,
Что в фразах одно, а в мыслях другое.
Ты меня глушишь, печальное небо.
Я через день закрываюсь зонтом,
Чтоб не обжечься фальшивостью света.
Сколько просили всех не молчать?
Рваные раны не вылечить йодом.
Вся недосказанность хуже чем ад.
Но на коленях стоим перед Богом.
Перемолчим год за годом века,
Перетасуем все карты неправдой.
Жаль, только нету в природе врача,
Чтобы словами задал нам встряску.
Чтобы понятно было зачем
Было придумано слово скупое.
Один от другого не отличен лишь тем,
Что в фразах одно, а в мыслях другое.
Как будто бы душа пошла по швам
От всех твоих нахлынувших желаний.
Все разделилось ровно пополам
От дозы всех полученых страданий.
И ты не можешь больше не дышать.
Все на ново, без памяти по чувствам.
Казалось, бесконечно здесь молчать,
Казалась и любовь здесь чуждой.
Но все пришло и нету больше сил
Принять как должное скупое поражение.
Я все не помнила, хотя весь мир просил
В твоих глазах найти лишь утешенье.
Я всю сшивала душу из нутри
Тугими нитками и долгими годами.
Но сердца шов разползся, посмотри,
По новой входишь грубыми шагами.
От всех твоих нахлынувших желаний.
Все разделилось ровно пополам
От дозы всех полученых страданий.
И ты не можешь больше не дышать.
Все на ново, без памяти по чувствам.
Казалось, бесконечно здесь молчать,
Казалась и любовь здесь чуждой.
Но все пришло и нету больше сил
Принять как должное скупое поражение.
Я все не помнила, хотя весь мир просил
В твоих глазах найти лишь утешенье.
Я всю сшивала душу из нутри
Тугими нитками и долгими годами.
Но сердца шов разползся, посмотри,
По новой входишь грубыми шагами.
По забытым твоим площадям
Я брожу сново как по часам.
Может, правда мы встретились там
Чтобы жизнь разделить по частям?
Сколько мимо ветров - а я в плен
Сново в спешке бегу по пятам.
Ты предложишь мне что-то в замен
Или я иду сново не там?
Как прекрасна твоя пустота,
Как же хочет меня вновь сломить.
Вся до капли от боли душа
Утонула и не оживить.
И я сново иду по следам,
И я сново ищу в тебе сны.
Я вернулась к твоим берегам.
Я вернулась, вернулся и ты.
Я брожу сново как по часам.
Может, правда мы встретились там
Чтобы жизнь разделить по частям?
Сколько мимо ветров - а я в плен
Сново в спешке бегу по пятам.
Ты предложишь мне что-то в замен
Или я иду сново не там?
Как прекрасна твоя пустота,
Как же хочет меня вновь сломить.
Вся до капли от боли душа
Утонула и не оживить.
И я сново иду по следам,
И я сново ищу в тебе сны.
Я вернулась к твоим берегам.
Я вернулась, вернулся и ты.
Ну вот и все. Пришел и мой конец.
Вот остановка. Остановите! Выйду.
Окончил срок мой проездной билет,
Что с детства обретает силу.
Ушел мой поезд яркий и шальной,
Уехали все детские обиды.
Не будет кукла разговаривать со мной,
Не будут ночью двери приоткрыты.
И детство все прошло мое. Аривидейрчи...
И отскрипела моя старая капель.
Мой посидел отец и не возьмет на плечи,
А мама не споет мне колыбель.
Ну вот и все закончились пороги,
Которые возможно обойти.
И ждут меня те длинные дороги,
Что в детстве не были нужны.
Вот остановка. Здесь встаю, наверно.
А, может, можно что-то изменить?
Оставь же, детство, адрес хоть примерно.
Живи и помни - я буду приходить.
Вот остановка. Остановите! Выйду.
Окончил срок мой проездной билет,
Что с детства обретает силу.
Ушел мой поезд яркий и шальной,
Уехали все детские обиды.
Не будет кукла разговаривать со мной,
Не будут ночью двери приоткрыты.
И детство все прошло мое. Аривидейрчи...
И отскрипела моя старая капель.
Мой посидел отец и не возьмет на плечи,
А мама не споет мне колыбель.
Ну вот и все закончились пороги,
Которые возможно обойти.
И ждут меня те длинные дороги,
Что в детстве не были нужны.
Вот остановка. Здесь встаю, наверно.
А, может, можно что-то изменить?
Оставь же, детство, адрес хоть примерно.
Живи и помни - я буду приходить.
загрузка
Показать ещё