Фильтр
Классика жанра про забытые вещи на крыше машины.
Едем мы летом с мужем в магазин на прогулку, нам сзади мужчина и моргал и сигналил, несколько раз обгонял и показывал что нам надо припарковаться. Муж сопротивлялся как мог, какой то псих говорит пристал...
В итоге мы все таки остановились, мужчина подбежал, извинился перед нами несколько раз, снял с нашей крыши своего кота и убежал к себе в машину.
Рассказал(а) Настя
Младшему сыну 6 лет исполнилось. Кошек любит до безумия. Деду Морозу каждый год еще заказывает...
Знакомых людей подразделяет по "кошачьему признаку" — у тех шотландская кошка, у этих — белая, а у тех — черепаховая...
Здоровается при встрече так:
— Здравствуйте! Как ваша ко
Кошки


Неродившиеся дети


Кошек упаковали в мешки и просто бросили. Они будут погибать мучительной смертью.


А зачем плодить то, что никому не нужно?


Кошки ни в чем не виноваты, они также имеют право на жизнь, как человек, и на приют, как и любой бездомный…


Дети — не собачки, чтобы, заводя их, думать исключительно о «потянешь материально или не потянешь». И человек ВПРАВЕ думать, даст он это или нет. Приводить в жизнь несчастного человека или не приводить.


По вашему кошки — это ничто? Не живые существа, которых можно легко убивать?


Ничего «безнравственного» в аборте нет! А живой развивающийся организм… это и есть организм и не более… он еще никто… не личность… ни кто-то, обладающи
Про кота
Что и говорить, любят у нас обсудить и покритиковать священников. Поэтому для меня было весьма неожиданным, когда однажды, в ту пору, когда я служил еще в Донском монастыре, ко мне подошел наш прихожанин по имени Николай и сказал:

– Теперь я понял: самые лучшие, самые великие, самые терпеливые и прекрасные люди на свете – это священники!

Я удивился и спросил, почему он вдруг так решил?

Николай ответил:

– У меня живет кот. Очень хороший, умный, замечательный, красивый. Но есть у него одна странность: когда мы с женой уходим на работу, он забирается в нашу постель и, простите, гадит в нее. Мы всячески пытались его отучить – упрашивали, наказывали, все бесполезно. Как-то мы сооруди
Кот в соборе
Шла обычная всенощная под Воскресенье. Пропели “Хвалите”, Святейший прочел Евангелие. Мы подошли к помазанию и ушли в алтарь.

У самой стены в южной части алтаря за фанерной перегородкой было укромное место, где можно было незаметно посидеть, пока не было близко начальства, и два батюшки пошли туда, надеясь побыть в молчании и созерцании. Спокойно зашли и вдруг быстро выскочили обратно. Что случилось?

Какой-то бездомный кот, умудрившийся вырасти до взрослого состояния и остаться диким, забрел днем в священническое убежище отдохнуть, посидел там, а потом побоялся выйти, когда началась служба.

Он–то и зашипел угрожающим рысьим шипом на соборных протоиереев. Они испугались, потом
Если бы я тогда котенку выколол глаз, — говорил он, — и я был бы сейчас без глаза. Видно этому надо было случиться, чтобы напомнить моему недостоинству, как все в жизни от колыбели до могилы находится у Бога на самом строгом учете.

Из комнаты в комнату в старческих келиях ходил неслышной поступью пушистый серый кот. Выйдет старец Нектарий — и кот за ним. Войдет — и он здесь.

Скажет ему что-нибудь батюшка — кот, словно разумный, исполнит: пойдет и сядет, где скажут, сходит в приемную или на крылечко.

Чаще же сидит у теплой печной стены и дремлет. Или, склонив голову, слушает молитвы старца.

Иной раз погладит его отец Нектарий и скажет:

— Преподобный Герасим Иорданский был великий старец,
Если бы я тогда котенку выколол глаз, — говорил он, — и я был бы сейчас без глаза. Видно этому надо было случиться, чтобы напомнить моему недостоинству, как все в жизни от колыбели до могилы находится у Бога на самом строгом учете.

Из комнаты в комнату в старческих келиях ходил неслышной поступью пушистый серый кот. Выйдет старец Нектарий — и кот за ним. Войдет — и он здесь.

Скажет ему что-нибудь батюшка — кот, словно разумный, исполнит: пойдет и сядет, где скажут, сходит в приемную или на крылечко.

Чаще же сидит у теплой печной стены и дремлет. Или, склонив голову, слушает молитвы старца.

Иной раз погладит его отец Нектарий и скажет:

— Преподобный Герасим Иорданский был великий старец,
Один из последних великих старцев дореволюционной Оптиной пустыни Нектарий (+ 1928) до старости не забывал своего детства и рассказывал поучительные случаи из тех далеких времен.

Однажды мать его сидела и шила что-то. А он, тогда еще его звали Колей, играл на полу возле ее ног с котенком. Большие зеленые глаза котенка в полумраке светились. Коля с удивлением обратил на это внимание, это его сильно поразило.

Как-то раз, когда котенок мирно сидел возле него, Коля схватил из маминой иголочной подушечки одну иголку и хотел уже проколоть котенку глаз, чтобы посмотреть, что там такое светится. Но мать заметила это и быстро перехватила его руку: «Ах, ты! — воскликнула она. — Вот как выколешь глаз
Показать ещё