Много раз я убеждалась в том, что близость между людьми не случается вовсе не потому, что они друг друга не понимают, а потому, что как раз очень хорошо понимают.

Понимают непреодолимую разность, понимают как отсутствие своего личного интереса к человеку, так и встречного к себе, понимают нулевое почти физическое влечение, понимают великое множество мельчайших несовпадений, с которыми ничего не поделать...
Вот только кто-то, поняв, способен честно ничего не продлевать и отправиться дальше, а кто-то изначально созависим и потому, тоже всё понимая, начинает биться о другого, как об стену, убеждая себя, будто надо только потерпеть немного, надо изо всех сил работать над отношениями, надо попытаться опровергнуть все сомнения и хоть искусственно, но сгладить то, что вообще никак не разглаживается.
Тут и страх одиночества, и стыд перед нависающими со своими извечными дотошными вопросами, и предчувствие очередной неудачи, и ужас не отыскать больше никого.
И за всем этим ворохом маленьких катастроф невзрачной невидимкой остаётся чисто личная неприкаянность человека, убеждённого, будто стать кому-то нужным надо раньше, чем стать нужным самому себе.
Лиля Град.