КОТЕНОК

Он пришел неизвестно откуда;
вдвое старше, лохматый, седой.
То ли мамкиной вскормленный грудью,
то ли с ним происшедшей бедой.
Но домашняя серая кошка —
третий раз, как счастливая мать — ,
горемыку приметив в окошко,
вышла в сад... и давай целовать;
морду, лапы его облизала,
и, взмахнув своим пестрым хвостом,
без сомнений ему указала
верный путь... и дорогу в свой дом.
А когда собрались её дети,
лег и он, чтоб сосать ее грудь.
В небе выл зачарованный ветер,
люди в доме не смели уснуть.
Перед ним, что вчера, бедолаге,
было крова, еды не сыскать,
замаячили мирные флаги;
появились и братья, и мать.
По чьему же велению кошка,
по какому знаменью в судьбе,
вдруг его заприметив в окошко,
приняла, точно сына, к себе?
И природе такое известно:
приютить заплутавших в пути.
Только людям и в храмине тесно
среди вечных тисков суеты.
Часто верят, что горе заразно,
что никчемен упавший на дно.
И спокойно и благообразно
ходят в гости, в театры, в кино.
Это легче!.. Я в чудо не верю.
Но я верю, что счастье людей —
не закрытые окна и двери,
а открытые сердце и дверь.
А. Ирбе