Христианин, прощай всегда!

Желая знать, сколько раз должно прощать брату, апостол Петр спросил Иисуса Христа: прощать ли до семи раз? И, сказав это, думал, что назначил самую большую меру. Так коротко терпение человеческое! Господь же, применяя Свое долготерпение к нашим немощам, определил: не семь раз, а семьдесят раз по семь (см. Мф. 18, 21–22). Это то же, что сказать: всегда прощай и не думай не прощать.
Всепрощение и будет отличительною чертою христианского духа, так как всепрощение – источник и постоянная поддержка жизни в нас о Господе, от лица Божия. Всегдашнее прощение всем всего есть внешняя одежда христианской любви, которая, по апостолу, долготерпит, милосердствует, не раздражается, все покрывает (см. 1Кор. 13:4–7). Оно же есть самое верное ручательство за прощение и на последнем суде; ибо если мы отпустим, – отпустит и нам Отец наш Небесный (см. Мф. 6:14).
Таким образом, если хочешь в рай, – прощай всем, искренно, от души, чтоб и тени не осталось неприязненности.
* * *
Се, гряду скоро (Откр. 22:7).
«Иначе я не мог поступить…»
Какой бы лед ни был в сердцах людских, любовь, как солнце, все растопит. Истинно деятельная любовь до того сильна, что она способна простираться и на врагов наших.
Но правда ли? Возможна ли любовь к врагу?!
Два рыболова в бурную ночь заняты были своим промыслом. Каждый отдельно поневоле боролся с грозной стихией: между собой они были давние враги. Один с большим уловом благополучно добрался уже до берега. Вдруг он слышит, что кто-то кричит, зовет о помощи: понял он, что тонет его враг. Нисколько не раздумывая, он выбрасывает поспешно весь улов в воду, облегчает лодку и плывет, чтобы спасти утопающего… Дело любви к врагу сделано: тот спасен.
– Для чего ты это сделал? Ведь ты мне враг, и никто не видал, что я тону…
– Иначе я не мог поступить.
– Почему?
– Я христианин!
Вот ответ на недоумение спрашивающих и удивляющихся тому, как это можно любить врага. Можно, значит, можно любить до самопожертвования, до уподобления Христу.
Молись за врагов
«Молиться надо за врагов. Они большею частью сами не ведают, что творят. Да они даже и благодетели наши – нападками своими укрепляют в нас добродетели, смиряют на земле дух наш, а на небе сплетают нам райские венцы. Род человеческий приходит в изнеможение, подвижники ослабевают в силах, и тем только и спасаются, что их гонят и причиняют им скорби» (иеросхимонах Феофил Киевский).
Св. отцы говорили: «Кто хочет, чтобы Бог скоро услышал молитву его, тот, когда станет пред Богом и прострет руки свои к Нему, прежде всего, даже прежде молитвы о душе своей, должен от всего сердца помолиться за врагов своих» (Троицкий листок, № 837).
«Не тот кроток, кто вовсе не способен гневаться, а тот, кто чувствует движение гнева, но укрощает его, побеждает себя. Такая кротость есть плод истинного смирения и сокрушения о грехах» (святитель Иоанн Златоуст. Толкование на Ев. от Матфея).
«Всякий раз, когда вспомнишь оскорбляющих и преследующих тебя, не жалуйся на них, но лучше помолись о них, как о виновниках величайших для тебя благ» (авва Исаия).
Ты чувствуешь недоброжелательство к этому человеку, ты завидуешь ему, ненавидишь. Если хочешь освободиться от ненависти, ищи случаев сделать ему добро. Служи ему – и ты будешь господином своей души, а не слугой диавола.
Благородный купец
Два купца имели между собою продолжительную сильную вражду, возраставшую день ото дня более и более. Жестоко преследуя друг друга, они отыскивали все случаи и все способы ко взаимному вреду.
Наконец один из них, более послушный гласу совести и св. веры, вознамерился посредством великодушия сделать врага другом себе. Что ж он предпринимает для сего? То, на что в наше время едва ли бы какой купец решился. Тех, которые хотели купить у него что-нибудь, он отсылал к своему врагу под тем предлогом, что нет у него требуемых товаров или что у врага они лучше и дешевле. Когда узнал это его враг, то столько был тронут благородством духа своего противника, что тотчас примирился с ним от всего сердца.
Молитва за обидящих
Помилуй, Господи, ненавидящих меня и завидующих мне! Помилуй, Господи, клевещущих на меня и наносящих мне обиды. Ничего злого не сотвори с ними за недостойного раба Своего, но, по неизреченному милосердию Своему и по безмерной благости Своей, ни в этой жизни, ни в будущем веке да не потерпят они зла за меня, грешного! Освяти их милостью Своей, Всеблагий, потому что пред всеми благословен Ты во веки веков. Аминь (преподобный Ефрем Сирин).
О прощении обид
Был в Александрии один вельможа, который, несмотря на все увещевания угодника Божия Иоанна Милостивого, не хотел и слышать о примирении со своим врагом. Раз святитель пригласил его в свою домовую церковь на Божественную литургию. Вельможа пришел. В церкви никого не было из богомольцев, сам патриарх служил, а на клиросе был один только певец, которому вельможа и стал помогать в пении. Когда они начали петь молитву Господню: «Отче наш», запел ее и святитель, но на словах: «хлеб наш насущный даждь нам днесь», – святой Иоанн вдруг замолчал сам и остановил певца, так что вельможа один пропел слова молитвы: «и остави нам долги наши, якоже и мы оставляем должником нашим». Тут святитель обращается к непримиримому вельможе и с кротким упреком говорит: «Смотри, сын мой, в какой страшный час и что говоришь ты Богу: остави мне, как и я оставляю… правду ли ты говоришь? Оставляешь ли?» Эти слова так поразили вельможу, что он весь в слезах бросился к ногам архипастыря и воскликнул: «Все, что ни повелишь, владыко, все исполнит раб твой!» И исполнил: он в тот же день помирился со своим врагом и от всего сердца простил ему все обиды.