На востоке едва забрезжил рассвет. Летняя ночь коротка, вроде, как и нет ее. Прасковья посмотрела на ходики, висевшие на стене - 3 часа. Пора вставать, надо многое успеть до работы: печку истопить, корову подоить, цыплятам корм приготовить(куры найдут себе сами).Да мало ли дел, то одно, то другое. Подошла к Божнице, зажгла лампадку, пусть хоть немного погорит. Обратила взор к Богородице: «Матушка- Заступница, сохрани под кровом своим дочку Нину и сына Василия»  Нина и Василий были на фронте. Нина с первых дней в дивизионном медсанбате хирургической медсестрой, а Василий рядовым в пехоте. Управившись по хозяйству, Прасковья побежала в пекарню, уже много лет там ее рабочее место. Хлопот за последний месяц прибавилось, привезли детишек из блокадного Ленинграда. Больные, худые, в чем душа….Жалко то как их! Кормить и кормить надо. Вот она их хлебушком кормит, печет его и для селян, и для ленинградцев. Замесила тесто. Руки «утонули» в квашонке по самые локти. У нее есть маленькая хитрость, не в ущерб, конечно, общему делу. Тесто, которое прилипает к рукам, она не смывает, не убирает. Оно, прилипшее, потом засохнет, а вечером, когда придет домой, дочка Лида сковырнет его ноготочками,  и, съест эти маленькие крошечки. Все радость девчонке и лакомство. Увидела в окно – подъехала подвода. Как обычно для пекарни привезли дрова. «Сейчас пока не до них. Закончу замес и за дрова примусь» - подумала она. А когда управилась с основной работой, вышла на крыльцо. Посмотрела на кучу дров, сваленных в заулке. И, как кипятком ошпарило Прасковью, даже ноги подкосились. Вместо дров  сегодня привезли…..иконы. Прасковья растерялась, не знает, что и делать «Иконы в печь?» Как можно! Да кто хоть придумал то? Но ведь, кто-то то придумал. А где взяли? Неужели в храме? Или, привезли откуда? – беспорядочные мысли мелькали в голове одна за другой. «Нет, нет, только не это, не поднимется рука святое!» Огляделась по сторонам, и быстро начала убирать иконы подальше от людских глаз. «Чем печку в пекарне топить?»- этого вопроса не стояло. «Схожу домой»- решила она, и принесу» Благо рано еще и на улице никого не видно. Побежала к себе на двор. «У самой то дров -  в обрез. Скоро топить будет нечем. Ну и пусть! Но иконы жечь не дам!» Так и пробегала все утро в суете, в заботах: и печь натопила, и иконы спрятала. Села на лавку передохнуть, сняла платок и закрыла им раскрасневшееся лицо. «Что с людьми делается! Войне не видно конца, столько горя кругом, а они все равно к Богу спиной» Вспомнила детей. Что то давно не было писем. Вздрогнуло сердце. Живы ли? Боже, упаси! Конечно, живы, живы. Вымолю я вас, родные мои.   Пришла домой усталая, за домашние дела принялась: огород, прополка, поливка, сено. Но все мысли о спрятанных иконах. Что с ними делать? Домой нести? А как? Оставит там? Так ведь все равно обнаружат. Ночью не сомкнула глаз. И вдруг осенило, даже привстала на кровати. Подошла к Божнице. «Матушка – Заступница, совершить задуманное». Разбудила дочку: «Одевайся, пойдем» Та захныкала: «Куда такую рань?» - Надо,доча, надо, потом скажу- Взяла мешок и вышли из дома.   Вот они лежат, где спрятала днем. Рассмотрела каждую. «Вот Спас Нерукотворный» - перекрестилась, приложилась. «Вот икона Казанской Божьей Матери, вот Николай Угодник, вот….» И каждый раз, осеняя себя крестом , приговаривала: «Господи, прости нас, неразумных». Потом несколько икон положила в мешок, взвалила на спину и понесла. Лида, прижав к груди, несла маленькие иконки. Спустились по крутому откосу к Шаче, уложили иконы на берегу и пошли за остальными. «Мам, а что мы будем теперь с ними делать? - спросила Лида, когда все иконы были перенесены к реке. «А вот что» - Прасковья взяла самую большую и положила ее на воду. Икона закачалась на мелкой ряби, в одном месте покрутилаь, а потом поплыла дальше. «Они утонут?» - испуганно спросила Лида. «Что ты, Господь не допустит этого. Даст, Бог, попадут они в хорошие руки и снова будут служить людям - успокаивала Прасковья не столько дочку, сколько себя, - а утонут, пусть лучше будут лежать в чистом месте, чем сгорят» А спустя несколько дней по селу прошел слух: по реке, якобы, иконы плыли. Многие не поверили: «Как это? Икона – в реке? На воде?» Прасковья эти разговоры не поддерживала, она продолжала надеяться, что  спасенные ею иконы найдут новых хозяев. Нет, не допустит Господь, чтобы было по-другому. А детей своих она вымолила. Вернулись с войны и сын, и дочка. Услышаны были молитвы этой простой русской женщины Орликовой Прасковьи Васильевны. АВТОР: Ирина Маганова