19 января 1942 года.

Понедельник. 212-й день войны
Западный фронт (Жуков, Георгий Константинович). «19 января поступил приказ Верховного Главнокомандующего вывести из боя 1-ю ударную армию в резерв Ставки. Мы с В. Д. Соколовским обратились в Генштаб с просьбой оставить у нас 1-ю ударную армию. Ответ был один — таков приказ Верховного.»
33-я армия (Ефремов, Михаил Григорьевич). «В состав армии входили 93, 110, 113, 160, 201, 222, 338-я стрелковые и 1-я гвардейская мотострелковая дивизии. 19 января после 3-дневных упорных боёв за город армия освободила Верею. После этого Ефремов получил приказ повернуть войска на Дубну и нанести удар в направлении Вязьмы.»
«К 19 января войска 43-й и 49-й армий вышли на рубеж Шелоки — Даманово — Плюсково и охватили с северо-востока и юга юхновскую группировку врага. Для перехвата её путей сообщения и оказания поддержки войскам, действовавшим на юхново-вяземском направлении, в районе Желанье (40 километров южнее Вязьмы) в периоде с 18 по 22 января с самолётов были сброшены два батальона 201-й воздушно-десантной бригады и 250-й стрелковый полк (всего 1643 человека).»
10-я армия (Голиков, Филипп Иванович). "С середины января на левом фланге 10-й армии развернулись напряжённые бои. Нанося сосредоточенный удар вдоль железной дороги Зикеево — Сухиничи, противник оттеснил растянутые по фронту части 322-й стрелковой дивизии, в которой насчитывалось не более 4500 человек, к северо-востоку и стал продвигаться вперёд.
19 января немцы возвратили Людиново, выбив из города 323-ю стрелковую дивизию. Таким образом, за одну неделю обстановка на левом фланге армии сильно осложнилась. За 8 дней, используя фланговое положение и промежутки в расположении советскимх войск, германский «кулак» продвинулся вперёд на 40-45 км. Дивизии Голикова, попавшие под фланговый удар, вынуждены были приостановить наступление, отойти к северу от Людиново, к северо-западу и северо-востоку от Жиздры и перейти к обороне. Из-за неполных и противоречивых данных, поставляемых разведкой, штаб армии некоторое время не мог разобраться в обстановке и, надеясь справиться с ситуацией самостоятельно, особо тревожных донесений в штаб фронта не предоставлял. Генерал Голиков принял решение окружить и уничтожить противника. Вопрос об организации обороны даже не ставился. Во-первых, его войска обороняться не умели, во-вторых, учитывался моральный фактор: «Как отзовется на настроении наших людей, в том числе на командно-политическом составе, внезапный переход к обороне?…» Организация правильной обороны в то время была для наших генералов малоизвестной наукой и считалась признаком проявления трусости: «Надо было наступать, всемерно борясь за боевую инициативу и навязывая наступающему врагу свою волю. Не менее важным это было и с точки зрения сохранения должного морального состояния личного состава, включая командиров»