Пётр Сидоров рассказывает знакомым истории, одна удивительнее другой. Про кризис, политоту, митинги...
Петя вечно на взводе, у него постоянно кто-то неправ: то начальник, то гаишник, то президент России.
Он постоянно страдает из-за чужих проблем.
Привычка лезть в чужие проблемы заставляет его чувствовать гнетущее бессилие, осознавать, что где-то что-то плохо, а он не может ничего изменить.
Если бы Пете кто-нибудь объяснил, что наш мир устроен несправедливо, и что единственный способ сделать его лучше – начать с самого себя...
Мозги и руки у Пети на месте, энергия из него так и прет. Вот только Петя тратит неистощимую энергию не на созидательную деятельность, а на обличение и наказание людей, которые ведут себя неправильно.
Петя считает, что хорошо приспособлен к жизни: умеет скандалить и стоять на своем, может при случае даже в морду дать.
Друзья же смотрят на Петю с плохо скрываемой жалостью, т.к. Петя постоянно вляпывается на ровном месте то в скандалы, то в драки, то даж...ЕщёПётр Сидоров рассказывает знакомым истории, одна удивительнее другой. Про кризис, политоту, митинги...
Петя вечно на взводе, у него постоянно кто-то неправ: то начальник, то гаишник, то президент России.
Он постоянно страдает из-за чужих проблем.
Привычка лезть в чужие проблемы заставляет его чувствовать гнетущее бессилие, осознавать, что где-то что-то плохо, а он не может ничего изменить.
Если бы Пете кто-нибудь объяснил, что наш мир устроен несправедливо, и что единственный способ сделать его лучше – начать с самого себя...
Мозги и руки у Пети на месте, энергия из него так и прет. Вот только Петя тратит неистощимую энергию не на созидательную деятельность, а на обличение и наказание людей, которые ведут себя неправильно.
Петя считает, что хорошо приспособлен к жизни: умеет скандалить и стоять на своем, может при случае даже в морду дать.
Друзья же смотрят на Петю с плохо скрываемой жалостью, т.к. Петя постоянно вляпывается на ровном месте то в скандалы, то в драки, то даже в какие-то нелепые суды...
Разрушение, а не созидание, увы.
Мы используем cookie-файлы, чтобы улучшить сервисы для вас. Если ваш возраст менее 13 лет, настроить cookie-файлы должен ваш законный представитель. Больше информации
Комментарии 7
Петя вечно на взводе, у него постоянно кто-то неправ: то начальник, то гаишник, то президент России.
Он постоянно страдает из-за чужих проблем.
Привычка лезть в чужие проблемы заставляет его чувствовать гнетущее бессилие, осознавать, что где-то что-то плохо, а он не может ничего изменить.
Если бы Пете кто-нибудь объяснил, что наш мир устроен несправедливо, и что единственный способ сделать его лучше – начать с самого себя...
Мозги и руки у Пети на месте, энергия из него так и прет. Вот только Петя тратит неистощимую энергию не на созидательную деятельность, а на обличение и наказание людей, которые ведут себя неправильно.
Петя считает, что хорошо приспособлен к жизни: умеет скандалить и стоять на своем, может при случае даже в морду дать.
Друзья же смотрят на Петю с плохо скрываемой жалостью, т.к. Петя постоянно вляпывается на ровном месте то в скандалы, то в драки, то даж...ЕщёПётр Сидоров рассказывает знакомым истории, одна удивительнее другой. Про кризис, политоту, митинги...
Петя вечно на взводе, у него постоянно кто-то неправ: то начальник, то гаишник, то президент России.
Он постоянно страдает из-за чужих проблем.
Привычка лезть в чужие проблемы заставляет его чувствовать гнетущее бессилие, осознавать, что где-то что-то плохо, а он не может ничего изменить.
Если бы Пете кто-нибудь объяснил, что наш мир устроен несправедливо, и что единственный способ сделать его лучше – начать с самого себя...
Мозги и руки у Пети на месте, энергия из него так и прет. Вот только Петя тратит неистощимую энергию не на созидательную деятельность, а на обличение и наказание людей, которые ведут себя неправильно.
Петя считает, что хорошо приспособлен к жизни: умеет скандалить и стоять на своем, может при случае даже в морду дать.
Друзья же смотрят на Петю с плохо скрываемой жалостью, т.к. Петя постоянно вляпывается на ровном месте то в скандалы, то в драки, то даже в какие-то нелепые суды...
Разрушение, а не созидание, увы.