Православное кино

,,Разве можем мы забыть Родину? Может человек забыть Родину? Она - в душе.

Я очень русский человек. Это с годами не пропадает''

ㅤ
Иван Бунин - один из самых выдающихся писателей и поэтов XX века, лауреат Нобелевской премии, вынужденно эмигрировавший из России после революции 1917 года
ㅤ

"Чистый понедельник" - это о Воскресении самой России

Ключевой рассказ Бунина надо читать не только как любовную историю. Это рассказ, действительно, масштабный, написанный в 1944 году, когда Иван Алексеевич уже понимал: да, Россия есть не только царство Ленина, остались какие-то черты той, прежней России. И что возможно воскресение. "Чистый понедельник"; впереди - Великий пост... А за постом - Пасха, да? Воскресение... Таким финалом он как раз хотел сказать, что воскресение возможно. Но перед воскресением, конечно, по сюжету героиня вместе с сёстрами всходят на Русскую Голгофу, понимаете? Поэтому, конечно, это рассказ с особой верой Бунина в Россию.
Потому что в "Окаянных днях"... Помните такое произведение, как "Окаянные дни"? Там есть фрагменты, где России - конец; историческая катастрофа разрушила бунинский интеллигентский скепсис. В той книге был подъём религиозного чувства, он считал, что храм - это единственное место, где ещё осталась Россия. Но, тем не менее, в мире тогда была Пасха, весна, а он заканчивает "Окаянные дни" так: "Пасхальные колокола звали к чувствам радостным, воскресным. Но зияла в мире необъятная могила. Смерть была в этой весне, последнее целование". В "Чистом понедельнике" нет такой страшной определённости, хотя вот, видите, героини рассказа всходят на Голгофу... Тем не менее. И дело здесь не только в хронологической разнице изображённых событий, а именно в том, что к 1944 году Бунин, много передумавший и много переживший, разделивший с соотечественниками боли и тревоги страны в её противостоянии с фашизмом, почувствовал и символически запечатлел в рассказе перспективу общего пути, на котором возможно воскресение. То есть, рассказ очень масштабный, и ему удалось так виртуозно всё это воплотить.
Литературовед Наталья Пращерук

...А потом начинался Великий пост - целых шесть недель отказа от жизни, от всех её радостей.

А там - Страстная неделя, когда умирал даже Сам Спаситель...

На Страстной, среди предпраздничных хлопот, все тоже грустили, сугубо постились, говели - даже отец тщетно старался грустить и говеть, - и я уже знал, что в пятницу поставят пред алтарём в рождественской церкви то, что называется плащаницей и что так страшно - как некое подобие гроба Христа - описывали мне, в ту пору ещё никогда не видевшему её, мать и нянька.
К вечеру Великой субботы дом наш светился предельной чистотой, как внутренней, так и внешней, благостной и счастливой, тихо ждущей в своём благообразии великого Христова праздника...
Иван Бунин
"Жизнь Арсеньева"

Мир празднует: 165 лет назад в этот день родился Антон Павлович Чехов

Один из самых выдающихся европейских писателей всех времён прожил всего 44 года, но стал великим человеком и нашим учителем во всём.
За свою короткую жизнь он не только создал блестящие произведения, которые читают во всём мире и ставят в лучших театрах. Он также строил школы, открывал библиотеки и лечил больных крестьян, будучи врачом по образованию. Это был человек добрейшей души и большого сердца, любимый и близкий простому народу.
Ивану Бунину посчастливилось быть близким другом Антона Павловича. Их знакомство началось с писем. Двадцатилетний Бунин, восхищавшийся каждым шедевром Чехова, появлявшимся в печати, обратился к нему с просьбой прочесть его рассказы и дать о них "несколько заключений". Тот любезно согласился: "Очень рад служить".
Впоследствии Чехов стал для Бунина не только старшим товарищем и учителем, но и дорогим другом. Их соединили душевная близость и сходные взгляды на мир, а ещё то, что превыше всего Чехов ставил творческую свободу, что ему никогда не могли простить. Превыше всего свободу мысли ставил и Бунин.
Оба писателя с большим уважением относились к творчеству друг друга. Иван Алексеевич мог назвать без малого пятьдесят любимых рассказов Чехова и до конца своей жизни возвращался к его образу в своих рассказах, книге "Жизнь Арсеньева" и мемуарах. В то же время Антон Павлович перед смертью оставлял наказ: "Бунину передайте, чтобы писал и писал. Из него большой писатель выйдет. Так и скажите ему это от меня. Не забудьте".
Отношение Бунина к гению Чехова особенно демонстрирует как-то обронённая им фраза:

"Такого, как Чехов, писателя ещё никогда не было"

***
САША ЧЕРНЫЙ
АХ, ЗАЧЕМ НЕТ ЧЕХОВА НА СВЕТЕ...
Ах, зачем нет Чехова на свете!
Сколько вздорных - пеших и верхом,
С багажом готовых междометий
Осаждало в Ялте милый дом…
День за днем толклись они, как крысы,
Словно он был мировой боксер.
Он шутил, смотрел на кипарисы
И прищурясь слушал скучный вздор.
Я б тайком пришел к нему иначе:
Если б жил он, - горькие мечты! -
Подошел бы я к решетке дачи
Посмотреть на милые черты.
А когда б он тихими шагами
Подошел случайно вдруг ко мне -
Я б, склонясь, закрыл лицо руками
И исчез в вечерней тишине.

105 лет назад из Одессы отчалил пароход "Спарта", на котором Иван Бунин навсегда покинул Россию.

Вернуться на родину будущему лауреату Нобелевской премии уже было не суждено.
Промозглое январское утро. Многоголосая, объятая паникой одесская гавань. В толпе кричащих, плачущих и растерянных людей с чемоданами и баулами, укрываясь от ледяного ветра, стоит супружеская пара. Это - Иван Алекссеевич Бунин с супругой Верой. После Октябрьской революции 1917 года жизнь в стране посреди отчаянных зверств, где "три четверти народа за подачки, за разрешение на разбой, грабеж отдает совесть", казалась ему немыслимой. Он ненавидел Ленина и его соратников, считая их разорителями величайшей, по его словам, страны в мире.
Кого лишилась Россия? Писателя-наследника классической традиции, начатой Пушкиным и Лермонтовым, писателя, чей талант уподобляли "матовому серебру", а язык - "ледяной бритве". Лев Николаевич Толстой восхищался его дарованием. Антон Павлович Чехов перед смертью просил передать своему младшему другу, что из него "большой писатель выйдет". Максим Горький называл его "первейшим мастером в современной литературе". Со временем Иван Бунин вырос в одного из наиболее выдающихся писателей Европы, чей талант был признан Нобелевским комитетом (правда, не без политической подоплеки). Бунин вырос в писателя, создавшего, возможно, лучшую книгу во всей русской литературе XX века - "Жизнь Арсеньева", воплотившую в себе образ утерянной дореволюционной России... Был он и большим мыслителем, воспевавшим истинно гуманистические и природные ценности, дерзко обличавшим агрессивные формы социализма, капитализма и материализма, чуть не погубившие XX век и отравляющие век нынешний...
После побега из Москвы, где Бунины ночи напролет поочередно дежурили у входа в свою квартиру на Поварской, прибытие в Одессу летом 1918 года казалось облегчением. Но жизнь здесь оказалась не менее тяжелой. Погромы, грабежи, насилие - все это происходило регулярно. В городе то и дело менялась власть. Все полтора года одесской жизни Бунины провели у художника Евгения Буковецкого. Этот дом был хорошо знаком писателю. Здесь он всегда был желанным гостем своих близких друзей Буковецкого и художника Петра Нилуса. Когда Бунины только прибыли в Одессу, город был занят австрийскими и германскими войсками. Писателя угнетало положение наблюдателя. В марте 1919 года жена писателя записала в дневнике его признание: "Я все больше и больше думаю, чтобы поступить в Армию Добровольческую и вступить в правительство. Ведь читать газеты и сидеть на месте - это пытка, ты и представить не можешь, как я страдаю…". К тому же, у них не было средств к существованию. Единственное, что скрашивало тяжелые годы - жизнь в окружении друзей. Весной 1919 года в Одессу вошла Красная армия, и им вторично после Москвы пришлось оказаться под советской властью - все это описано в "Окаянных днях"...
Но в августе город был вновь отвоеван Добровольческой армией деникинцев. Бунин поступает на службу в Отдел пропаганды при правительстве Вооруженных сил Юга России, становится редактором газеты "Южное слово". В советское время этот факт биографии затушевывался. А он говорит о том, что Бунин - участник Белого движения. Свои взгляды он выражал в Одессе публично, на страницах газеты и в лекциях. Но именно тогда писатель с супругой и стали задумываться об отъезде. Иллюзий насчет перспектив Белого движения на юге России у четы Буниных не было: они понимали, что положение белых было шатким, большевики наступают и полный разгром неминуем. Жить становилось все тяжелее, мысли об отъезде не покидали Буниных. Дальнейшее пребывание в России грозило им расправой и смертью из-за исповедуемых ими взглядов, происхождения, к тому же, ему не сошла бы с рук его "контрреволюционная" деятельность в качестве публициста, сотрудничавшего в антибольшевистских газетах. Но Иван Алексеевич до последнего не мог определиться, что делать дальше. Только в декабре 1919 года Вера Бунина запишет в дневнике:Наконец, в начале 1920 года, после долгих уговоров близких и друзей, Бунин принимает тяжелое для себя решение уехать. Накануне отъезда жена писателя с горечью отметила в дневнике: "На сердце очень тяжело. Итак, мы становимся эмигрантами. И на сколько лет? Рухнули все наши надежды". Но эмиграция была для них очевидной неизбежностью. Дальнейший ход событий после входа красных в Одессу подтвердил самые худшие опасения: бессудные расправы, расстрелы, издевательства - вот что выпало на долю тех, кто не смог эвакуироваться. В день отьезда Буниных стрельба в городе становилась все громче. Прошел слух, что в Одессу ворвалась конница Григория Котовского, и обыватели со страхом ждали, что вот-вот краснозвездные всадники появятся у причала…
Наконец, пароход поднимает якорь и дает прощальный гудок. Бунин провожает долгим взглядом тающие вдали берега. "Вдруг я совсем очнулся, вдруг меня озарило: да, так вот оно что - я в Черном море, я на чужом пароходе, я зачем-то плыву в Константинополь, России - конец, да и всему, всей моей прежней жизни тоже конец, даже если и случится чудо и мы не погибнем в этой злой и ледяной пучине! Только как же это я не понимал, не понял этого раньше?", - напишет потом Иван Бунин в рассказе с символичным и предсказуемым названием - "Конец". Сколько людей, покидающих родину на поездах, пароходах, думали также! Их сердца готовы были разорваться от мысли, что они больше никогда не увидят родину...
"Спарта" направлялась в Константинополь. Погода портилась. Волны все мощнее и мощнее били в скрипящие, готовые в любое мгновение разлететься в щепки борта. Пароход, на котором едва помещались люди, объятые страхом и ужасом, несколько дней превозмогал течение неспокойного зимнего моря. В каюте Буниных было тесно, на своей верхней полке им приходилось спать по очереди... На пятый день плавания судно попало в минное поле. Капитан-албанец плохо знал лоцию и к тому же был постоянно пьян. Целые сутки "Спарта" плавала среди мин и только чудом не подорвалась. В этом черном море - именно так, без большой буквы, - в настоящем мраке, рождается какой-то другой Бунин - какая-то новая душа, новый человек. Впоследствии, когда окажется во Франциии, он даже изменит имидж: исчезнут его знаменитая бородка, усы, испаньолка, он станет бриться - станет похож на римского патриция... На седьмой день пароход вошел в Босфор, прошел мимо военных фортов и, наконец, - Константинополь. Толпы требующих визу на выезд в различные европейские державы заполнили двор русского посольства, проникли в приемную и пытались взять штурмом кабинет начальника пункта генерал-лейтенанта Н. Е. Агапеева. Несмотря на трудности, получить дальнейшие визы удалось.
Из Константинополя чета Буниных прибыла в Софию. Они поселились в прокуренном, грязном отеле "Континенталь" и пробыли там три недели: не было разрешения на выезд, средств... Некто по фамилии Рысс пригласил Бунина поучаствовать в политической дискуссии, предложив достойный гонорар. Накануне этого мероприятия Иван Алексеевич совершенно случайно попал в гости. Местный поэт, содержавший еще и трактир, пригласил Бунина "на чай". В этом веселом заведении, заедая красное вино свежим сыром, он задержался надолго - вернулся в отель только на рассвете и не совсем трезвый. Проснулся в одиннадцать часов утра, вскочил с постели, с ужасом вспомнив, что лекция должна была начаться в девять. Он сидел и размышлял, ехать на лекцию или нет, пока кто-то вдруг не постучал в дверь. Бунин решил, что это жена, занимавшая такой же крошечный номер напротив него. Он выглянул в коридор, но там никого не было. Не заперев номер на ключ, Бунин постучался к жене. Вера Николаевна очень удивилась, увидев мужа, ведь в это время он должен был быть на лекции. Когда писатель вернулся в свой номер, то обнаружил, что его чемодан, в котором хранилось все самое ценное, в том числе и сумочка с драгоценностями, был ограблен. Но не случись этой истории, могла бы быть другая, более страшная. За минуту до начала лекции, на которую Бунин не попал, под эстрадой взорвалась "адская машина". Несколько человек из первого ряда, где должен был сидеть Бунин, были убиты...
Болгарское правительство за свой счет отправило Буниных в вагоне третьего класса в Белград. Там вагон загнали на запасные пути. В этом железнодорожном тупике они и жили, тратя последние гроши, которые выделило болгарское правительство. Спасла их положение телеграмма, пришедшая из Парижа. Мария Цетлина выхлопотала для Буниных визу во Францию и выслала тысячу франков.
28 марта 1920 года Бунины прибыли в Париж.
***

У ПТИЦЫ ЕСТЬ ГНЕЗДО, У ЗВЕРЯ ЕСТЬ НОРА...

У птицы есть гнездо, у зверя есть нора.
Как горько было сердцу молодому,
Когда я уходил с отцовского двора,
Сказать прости родному дому!
У зверя есть нора, у птицы есть гнездо.
Как бьется сердце, горестно и громко,
Когда вхожу, крестясь, в чужой, наемный дом
С своей уж ветхою котомкой!
1922

Что изменилось у вас за последние два года?

- Работал. Написал одну большую вещь, несколько маленьких. Большая ["Сны Чанга"] - по тону имеет отдалённое сходство с "Господином из Сан-Франциско". Но, в общем, работал меньше. Происходящее [третий год идёт Первая мировая война] как-то подавляет. Живёшь, в сущности, от утра до утра, от газет до газет. Одно постоянное ожидание чего стоит! Развернулось ведь нечто ужасное. Это первая страница из Библии. Дух божий носился над землёй, и земля была пуста и неустроенна. Это подавляет!.. И кажется, что слово вообще не может дойти до человеческого сердца…
Из интервью 1916 года