Очень интересную информацию обнаружил Галенин Борис Глебович, кандидат технических наук, писатель, историк и публицист ( Борис Глебович родился 10 октября 1947 года в Москве.
В 1970-м окончил механико-математический факультет МГУ им. М.В. Ломоносова, кандидат технических наук).
Влияние Витте на гибель печально известного Порт-Артура оказывается неоспоримо и всецело. Приведем здесь его большую цитату:
Занимая относительно выгодное положение, Порт-Артур был плохо оборудован как база для Военно-Морского флота: внутренняя гавань для стоянки кораблей была тесна и мелководна и имела всего один выход, причем очень узкий и мелкий. Внешний рейд, совершенно открытый, был опасен для стоянки кораблей. Не хватало доков и складов.
Кроме того, Порт-Артур не был достаточно защищен с суши и с моря.
Устройство в Артуре сухопутной крепости с солидными сооружениями и сильным гарнизоном, которая могла бы быть оплотом всей нашей тихоокеанской эскадры, и была бы способна выдержать продолжительную осаду превосходных сил противника, было решено принципиально вслед за занятием этого пункта, в марте 1898 года.
Проект обороны Порт-Артура трижды урезали и сокращали.
Линию укреплений, настоянием Военного Министра Куропаткина все приближали к городу, а значит к военно-морской базе. По самому экономному проекту обороны на строительство укрепрайона требовалось 15 млн. рублей и требовалось их освоить не позже, чем к 1903 году. К 1904 году Министр Финансов Витте счел возможным выделить из этих средств меньше трети, растянув при этом строительство сооружений до 1910 года.
Усилиями Витте и Куропаткина морская база и крепость строились чрезвычайно медленно. К февралю 1904 года на приморском фронте было возведено всего 9 батарей долговременного типа и 12 временных. Еще хуже обстояло дело со строительством на сухопутном фронте. Там были окончены только один форт, три временных укрепления, три литерные батареи и находились в процессе постройки три форта, одно укрепление и одна литерная батарея.
Строительство остальных объектов не было даже начато. К началу войны крепость имела на вооружении готовых к действию всего 116 орудий, в большинстве своем устарелых образцов, из них на морском направлении 108, а на сухопутном только 8!
Вместо 542 орудий по табели.
Но самое главное: в структуру крепостных укреплений усилиями того же Витте была, как бы вмонтирована изначально «ахиллесова пята» Порт-Артура.
Инженер-полковник Константин Величко, автор проекта оборонительных сооружений Порт-Артура, представил смету на сооружение крепостных верков, рассчитанных на 11-дюймовый калибр (279 мм).
Министр Финансов Витте приказал сократить эту смету почти вдвое − и ограничиться укреплениями, рассчитанными на 6-дюймовый калибр. Военный Министр генерал Куропаткин не возражал.
Действительно, зачем такая перестраховка? При тех дорогах, которыми располагала на 1900 год потенциальная армия вторжения и осады Порт-Артура, орудия тяжелее 6-дм подвести к линии обороны крепости было не реально. Разрушить же форты и расстрелять эскадру, калибром в 6-дм было технически невозможно, на что и упирали господа Витте и Куропаткин, мотивируя для Государя приближение линии обороны к городу и базе, и сокращение толщины стен порт-артурских фортов и дотов.
Дело в том, что 11-дюймовые орудия − это целые инженерные сооружения невероятной тяжести и абсолютной нетранспортабельности. Доставить к Порт-Артуру даже чисто теоретически можно было только следующим путем: сначала морем из Японии, или откуда там еще. Выгрузить их на хорошо оборудованные глубоководные причалы, и далее − только железнодорожным путем.
Поскольку в 1900 году, когда был утвержден Государем проект Величко, ближайшие порты и железные дороги, которыми могли воспользоваться японцы были только в Корее и даже до ее северной границы с нами близко не доходили, вероятность доставки их к предполагаемому месту боевых действий граничила с нулевой. И в принципе ее можно было не учитывать.
Поэтому все предыдущие действия Министров Военного и Финансов, при всей вредоносности и злонамеренности, решающей роли в падении Порт-Артура бы не сыграли. От 6-дюймовок русский солдат и матрос отбились бы. Стояли, если бы приказано было, хоть до сих пор.
Но именно 11-дюймовым японским снарядом, пробившим на форте № 2 бетонную плиту, рассчитанную на 6-дюймовый снаряд, был убит 2 декабря 1905 года главный защитник Порт-Артура генерал Роман Исидорович Кондратенко.
Именно 11-дюймовые снаряды гигантских японских мортир, установленных на высотах, окружающих русскую Военно-Морскую базу, потопили могучие русские броненосцы, запертые в ловушку Порт-Артурской гавани.
Трагедией для Порт-Артура стало то, что к началу войны порт, с глубоководными, прекрасно оборудованными по последнему слову техники причалами построен был!
В непосредственной близости от него.
В 35 верстах к северу от Порт-Артура усилиями Министра Финансов Российской Империи С.Ю. Витте возник коммерческий порт и город Дальний, который Антон Керсновский назвал убийцею Порт-Артура.
Строительство Дальнего обошлось казне по разным оценкам от 20 до 43 миллионов рублей!
Последнюю цифру, как наиболее правдоподобную указал журнал «Морской сборник» в 1922 году. Почти эту же цифру приводит в своих дневниках многознающий Суворин, добавляя при этом, что немалую сумму из них положил себе в карман родственник второй жены Витте, некий инженер Югович: “Дальний стоил 42 миллиона”.
Деньги брались из урезанных кредитов на армию и флот. Только на тех же фортах и редутах Порт-Артура, хозяйственный Витте сэкономил из отпущенных пятнадцати − десять миллионов рублей!
Но самое любопытное, что экономически Дальний себя никоим образом не оправдал. Как не оправдал себя в свое время перенос павильона-звезда.
Вот что пишет о Дальнем Б.В. Норригаард, представитель лондонской газеты «Дэйли Мэйл» в осаждающей Порт-Артур японской армии, автор известной книги «Великая осада. Порт-Артур и его падение»: «Дальний вырос вполне готовым к жизни гораздо скорее, чем вырастающие как грибы американские города.
Дальний на рубеже 19-20 вв. Очень миленький городок и для наших дней. Не сравнишь с Порт-Артуром
Город был основан по мысли одного человека и выстроен по одному его слову. Несколько рабочих лачуг в первом году, хаос леса, кирпичей и известки в течении второго года, а в конце третьего − красивый город с отлично распланированными и хорошо вымощенными улицами.
В нем появились сады и парки, водопроводы и электрическое освещение, уютные, чистенькие виллы и монументальные казенные здания, две хороших гостиницы, собор, доки, молы и гранитная набережная; таков стал Дальний − … какой-то вихрь жизни, искусственный рост, какого не знает история…».
Только стоимость волнолома для защиты судов от волнения составила, по словам Норригаарда, три миллиона фунтов стерлингов! В переводе на русские деньги − 19 млн. рублей золотом!
В четыре раза дороже, чем стоили все неоконченные укрепления Порт-Артура!
И при этом город был пуст. Собственно это и по фото видно. Вся торговля, по-прежнему шла через Порт-Артур. Норригаард объясняет это нерасчетливостью и мечтательностью товарища Витте. Его экономической, так сказать, бездарностью!
Вот так. Стоял себе шикарный свежеотстроенный город с 19 миллионно-рублевым молом и чего-то ждал. И дождался, конечно.
Хороший экспромт должен быть тщательно организован!
Когда Антон Керсновский говорит, что Дальний убил Порт-Артур, то это имеет не фигуральный смысл и не метафорическое значение.
11-дюймовые монстры, превратившие в бетонную пыль форты и редуты Порт-Артура, и прицельно расстрелявшие с окружающих город и порт высот 1-ю Тихоокеанскую эскадру были доставлены к Порт-Артуру именно благодаря использованию прекрасно оборудованных, снабженных всем необходимым погрузочно-разгрузочным оборудованием, глубоководных причалов Дальнего.
Загодя возведенных стратегическим тщанием графа Витте.
Умные люди − все продумывают загодя. Особенно такого математического ума, который все отмечали у блестящего и незаурядного Министра Финансов.
Хороший экспромт должен быть тщательно организован!
Оценка личности С. Ю. Витте современниками и историками противоречива.Когда он скончался, вопреки традиции не говорить о покойном ничего плохого, близкая к царю газета “Русское знамя” заявила, что одним вредным для России человеком стало меньше. Историк В. М. Островцев сетует на то, что люди до сих пор не могут понять логику Николая II, направившего на переговоры с японцами Витте, а не кого--то другого. Получивший титул графа именно за результаты этих переговоров с японцами, хотя он всего-навсего выполняя жесткую инструкцию Николая II, предписавшего ни в коем случае не отдавать японцам часть Сахалина и не соглашаться на выплату контрибуции, а сам даже убеждал царя пойти на уступки. К тому же Витте масон, симпатизировал евреям, был женат второй раз на иудейке Н. И. Лисиневич, которую так и не признала знать, во всяком случае, двором она принята не была, и Витте очень был огорчен эти фактом. Русские газеты писали, что он и сам полуеврей, но это сомнительная версия — у него голландские корни, а вот, что установил тесную связь с Яковом Шифом, который щедро финансировал японцев, известно доподлинно.
«Витте резко изменился, теперь он хочет всех вешать и расстреливать. Я никогда не видал такого хамелеона».
Это цитата из письма Николая II к своей матери Марии Федоровне.
Его подчиненный С. Е. Крыжановский дает о нем следующий отзыв:
“В голове его был хаос, множество порывов, желание всем угодить, и никакого определенного плана действий. Вообще вся его личность производила впечатление, не вязавшееся с его репутацией. Может быть, в финансовой сфере, где он чувствовал почву под ногами, он и был на высоте, но в делах политики и управления производил скорее впечатление авантюриста, чем государственного деятеля.
Обиженный на царя за отставку, за неприятие его супруги двором и аристократией, за отказ императрицы в пособничестве этому Витте награждает их в своих "Воспоминаниях" самыми нелестными качествами. И теперь, благодаря ему, неокоммики всех мастей первым делом размахивают этими "Воспоминаниями" перед монархистами как знаменем истины. Абсолютно ложной истины.
Почему? Потому что его мемуары носят сугубо личный характер. Он не опирался ни на какие документы.
Об существовании самих мемуаров, которые Витте писал уже в 1910-х, незадолго до смерти, русская печать сообщила вскоре после его кончины, в марте 1915 года. Попытки полиции и русского посольства в Париже найти и изъять мемуары оказались безуспешными (обыски были произведены в его особняке на Каменноостровском проспекте и в его заграничной вилле в Биаррице).
Рукопись мемуаров хранилась в одном из парижских банков на имя его жены и незадолго до его смерти была переправлена в Байонну на имя другого лица; затем попала в руки созданного в Берлине весной 1920 года книгоиздательства «Слово».
Рукопись мемуаров хранилась в одном из парижских банков на имя его жены и незадолго до его смерти была переправлена в Байонну на имя другого лица; затем попала в руки созданного в Берлине весной 1920 года книгоиздательства «Слово».
Член правления «Слова» и одновременно редактор эмигрантской газеты «Руль» Иосиф Владимирович Гессен первым начал публикацию в своей газете отрывков; а в 1921 году вышел из печати первый том «Воспоминаний» издательства «Слово»; в том же году, несколько раньше, вышло однотомное издание мемуаров на английском языке.
В 1923 году русский текст «Воспоминаний» с предисловием академика Михаила Николаевича Покровского и вступительным замечанием И. В. Гессена вышли в РСФСР (точная перепечатка текста берлинского издания); издание выполнено как научное и снабжено подробным алфавитным указателем.
По указанию Большой Советской Энциклопедии, мемуары графа:
«дают ценнейший материал для характеристики самого Витте и являются настоящим рудником не всегда вполне достоверных анекдотов o жизни высшего общества, бюрократии и двора последних трех Романовых».
Как мило, всего лишь анекдот...
Эмигрантский политик Владимир Иосифович Гурко, отмечая крайний субъективизм и сумбурность текста «Воспоминаний», также призывал относиться к этому источнику с осторожностью:
«Отличительной особенностью воспоминаний является то самовосхваление, которым они дышат, можно сказать, от первой страницы до последней. В результате получается неизгладимое впечатление, что самая цель составления записок состояла исключительно в возвеличении себя и, увы, в принижении всех прочих современных ему русских государственных деятелей».
Комментарии 2