Церкви расписывали не сразу, а давали ей выстоять от 2 до 10 лет.

За это время подготавливали левкас – основу для живописи, штукатурку более высокого качества.
Для этого брали старую гашёную известь, засыпали в большие деревянные ёмкости (творила), заливали водой и периодически перелопачивали. Воду меняли каждые 5-6 часов КРУГЛЫЕ СУТКИ. И так ВСЁ ЛЕТО!
Осенью эту известь складывали в огромные кучи, закрывали мешковиной и оставляли вымораживаться, а весной промывку продолжали ДВА МЕСЯЦА, чтобы вывести всю едкую часть - емчугу.
Чтобы сделать известь эластичной, её ещё два месяца били дубовыми пестами, иногда добавляли перетертую солому или мелко иссеченный лён для прочности.
Черновую штукатурку в храме сбивали, вколачивали железные, кованые гвозди с широкими шляпками (чтоб новый слой хорошо держался), наносили штукатурку, заглаживали железной лопаткой и полировали куском кожи.
Вообразите, какой гладкой становилась поверхность стен!
Художников было много. Были личники (писавшие лики и обнаженное тело), доличники (ризы и облачения), палатники (здания), травщики (пейзажи), уставщики (надписи), а также позолотчики (понятно для чего) и терщики красок. Последние просеивали и перетирали пигменты минерального происхождения с яичным желтком или известковым молоком. Чем дольше их перетирали, тем мягче и лучше была краска.
Рисунок наносили так: сначала по сырой штукатурке намечали основные его части, потом прорисовывали детали. Когда рисунок высыхал, наносили его ещё раз, чтобы краски были яркими. А чтобы он в процессе росписи не пропал и не осыпался , его процарапывали специальной иглой с деревянной ручкой.
Левкас и роспись мастера делали по теплу, чтобы “письмо было крепко и цветно”. И на века. Мастера умерли давным-давно. А рисунок остался. И дальше будет существовать.
Фото отсюда: http://sobory.ru/photo/106461