БАШҠОРТ АЙМАГЫ

Северо-западный диалект башкирского языка Пожалуй, одним из главных факторов, способствовавших утрате национальной идентичности у западных башкир, был лингвистический вопрос. На протяжении веков литературным языком башкир был урало-поволжский тюрки, основанный на чагатайской письменной традиции. Он в равной степени был распространен среди башкир и «татар» .Данный термин ставится в кавычки по причине его неоднозначности. Вплоть до конца XIX в. он не использовался в качестве самоназвания, являясь экзонимом (аллоэтнонимом и сословным назва- нием), то есть внешним обозначением мусульман Среднего Поволжья. . Однако нужно отме- тить, что для первых он был естественным продолжением народной речи, а у вторых стал доминировать в довольно позднее время (XV–XVI вв.). До этого мусульман- ское население Казанского края, имено- вавшееся чувашами5 , говорило на диалек- те, близком к современному чувашскому языку. Об этом красноречиво говорят, на- пример, эпитафии Булгара, в большин- стве своем несущие печать палеотюркско- го (булгаро-чувашского) наречия6 . Таким образом, современный татарский язык сформировался в результате языковой экс- пансии из тюркской степи, в том числе из Башкирии в Среднее Поволжье. Правящая элита Казанского ханства, определившая культурные предпочтения покоренного булгаро-чувашского податного населения, была представлена кланами тюрко-мон- гольского происхождения, которые и до- ныне сохранились у башкир (род барын, кыпчак, минг, табын и др.), а также казахов (аргын, тама) и ногайцев (мангыт). На этом языке в XIII–XX вв. писали такие поэты и писатели башкирского происхождения, как Кул ‘Али, Салават Юлаев, Тадж ад-дин Ялчыгул, Мифтах ад-дин Акмулла, Шамс ад-дин Заки, Мухаммад-‘Али Чукури, ‘Ари- фулла Кииков, Мухаммед-Салим Уметбаев, Риза ад-дин Фахреддинов, Шейхзада Бабич и др. В 20-е гг. XX в. были разработаны нор- мы современного литературного башкир ского языка, которые основывались на юго-восточных диалектах народной речи. В то же время говоры северных и западных башкир, фонетика которых была близка к татарскому языку, были проигнорированы. Результаты этого ошибочного решения не замедлили сказаться при проведении со- ветской переписи 1926 г., когда понятия об этнической (национальной) идентич- ности и родном языке были разведены в разные категории. Восторжествовал прин- цип лингвистического национализма, при- сущий Европе в XIX в.: «Я являюсь пред- ставителем той национальности, на чьем языке разговариваю». Если в 1897 г. тюрк- ское население западной и северной частей исторического Башкортостана (южные уез- ды Пермской и Вятской губерний, Бугуль- минский, Бугурусланский и Мензелинский уезды Самарской и Уфимской губерний) в большинстве своем посчитало родным языком башкирский, то в 1926 г. таковым объявило татарский, как лингвистически наиболее близкий к дореволюционному тюрки. Таким образом этническая ассимиля- ция северо-западных башкир, в том числе рода Еней, стала следствием ряда объек- тивно сложившихся причин, о которых было рассказано выше. Однако этот про- цесс в ряде случаев подстегивался созна- тельно, уже начиная с конца XIX в. Одной из целей политического проекта «татарско- го миллета», как более высокой, по мысли его авторов, стадии развития локальных идентичностей, были поглощение и пол- ная ассимиляция башкир, тептярей, ми- шарей, кряшен и др. Определенные круги научного сообщества Татарстана и сегодня прилагают усилия по демонтажу башкир- ской этничности. К примеру, в некоторых публикациях отрицается факт существо- вания башкирского этноса, мол, это было всего лишь сословие, хотя оснований сомневаться в историчности татарской идентичности несравненно больше. Необ- ходимо отметить, что сегодня ассимиляци онный процесс, затронувший башкирский народ, в значительной степени остановлен. Благодаря открывшемуся доступу к архив- ным документам и распространению исто- рических знаний все большее число этни- ческих башкир, считавшихся до недавнего времени татарами, узнает правду о своем настоящем происхождении. В то же время язык перестает быть главным маркером на- циональной идентичности, то есть татаро- язычность уже не является препятствием для башкирской самоидентификации. 1 Данный термин ставится в кавычки по причине его неоднозначности. Вплоть до конца XIX в. он не использовался в качестве самоназвания, являясь экзонимом (аллоэтнонимом и сословным назва- нием), то есть внешним обозначением мусульман Среднего Поволжья. 2 Халиков А. X. Происхождение татар Поволжья и Приуралья. Казань, 1978. С. 14. 3 Асфандияров А.3., Абсалямов Ю.М., Роднов М.И. Указ. соч. С. 21. 4 Галяутдинов И.Г. Основные этапы развития башкирского литературного языка // Ядкар. 1995. № 1. С. 141. 5 Исхаков Д.М. От средневековых татар к татарам Нового времени. Казань: Мастер Лайн, 1998. С. 96. 6 Юсупов Г.В. Введение в булгаро-татарскую эпиграфику. М.; Л.: Издательство АН СССР, 1960 https://yadi.sk/mail/?hash=CAFLcA2s0RJwSv%2B2OMG72HFeYLNgfQFn8olNpIihjf8%3D #БашкирскийЯзык #БашкирскаяПисьменность