«Язык сломаешь!» – нередко говорим мы, когда не можем с первого раза произнести то или иное слово. Например, когда в нём встречается стечение трёх и более согласных: гигаНТСкий, леСТНица, соЛНЦе. Не «дружит» наш речевой аппарат с такими сочетаниями, поэтому приспособился и просто «игнорирует» некоторые звуки в них (так действует закон речевой экономии). Потому эти согласные и получили название непроизносимые: они пишутся в слове, но не произносятся в речи. Истоки этого противоречия следует искать в принципах русской орфографии.
Один из них (и основной) морфологический. Суть его в том, что несмотря на разницу в произношении части слова – корень, приставка, суффикс и окончание – передаются на письме одинаково. Для проверки мы подбираем такой вариант, где согласный отчётливо слышится или не слышится: агентство – агент, страстный – страсть, счастливый – счастье.
И вроде бы всё понятно, всё логично... до тех пор, пока мы не спотыкаемся, к примеру, о слово треснуть и однокоренное ему треск. Куда в глаголе девается -к- из корня? Если треск, то должно же быть треСКНуть – согласно морфологическому принципу русской орфографии. А дело в том, что в некоторых случаях сочетания -скн- и -стн- исторически упростились и превратились в -сн-: лосниться, хотя лоск; блеснуть, хотя блестеть. А ещё в русском языке есть скатёрка с однокоренным скатерть (в этом случае действует фонетический принцип орфографии, когда написание должно соответствовать произношению).
Дальше – больше: вспомним о словах, где непроизносимые согласные пишутся, но проверить их однокоренными, следуя морфологическому принципу, мы не можем. Здесь вступает в силу ещё один принцип русской орфографии – традиционный. Чтобы понять, почему слово пишется так, а не иначе, нужно обратиться к его этимологии (происхождению).
Например, к слову лестница вы не подберёте ни одного однокоренного, в котором бы ясно звучал -т- в сочетании -стн-, более того, есть слово лесенка в котором -т- уж точно никуда не вставить. Откуда здесь эта буква? Она сохранилась в слове со времён общеславянского периода языка (это когда он ещё не разделился на три ветви: западно-, южно- и восточнославянскую, приблизительно начало III тысячелетия до н. э. – середина I тысячелетия н. э.). Лестница восходит к общеславянскому lězti – лезть. Эти два слова связаны так же, как бритва и брить: лестница – это то, с помощью чего лезут. И эта древняя глагольная «т» с нами до сих пор. Даже притом, что не выдерживает проверку лесенкой.
Интересна история слова пожалуйста, которое мы произносим без согласного -й-, однако на письме он нужен. Дело в том, что оно образовано от пожалуй и ста –исторической усилительной частицы, грамматически обозначавшей формы глагола стать (быть) для второго и третьего лица. Когда то в русском языке существовали и спасибоста, и здоровоста, но вышли из употребления, а пожалуйста осталось.
А вот слово чувство – это производное от чувъ, что означало способность чувствовать и в свою очередь было образовано от глагола чути, то есть чувствовать, ощущать. Загадочная буква -в- в данном случае – это исторический суффикс, тот же, что и в словах нрав и гнев. В диалектах сохранились глаголы учувать, чувать, в которых звук -в- прекрасно произносится
Нет комментариев