"Тихий Дворик"

В открытом кафе две дамы обсуждали третью. Та не слышала, далеко сидела. Пила чай и наслаждалась видом на море. Две дамы пили напитки покрепче. И смотрели не на море, а вот на эту женщину. И обсуждали её. Она такая толстая! Нет, ты на ноги посмотри! Такие ноги, как у слона. И нос картошкой. Неужели не стыдно с таким носом ходить, как будто нет пластической хирургии. Фу, вся в веснушках. И такой безвкусный сарафан. Не брендовый, дрянь. Дамы осуждали полненькую женщину и упивались своим превосходством. У них и носы были сделаны, и губы, и брови. Что делало их ещё старше, если честно. Как писал Пушкин: «яркая заплата на ветхом рубище певца», вот так это выглядело. «Клуша», «тумба», - всякое они говорили. Хотя рядом плескалось синее море и солнце сияло. И плыл вдалеке белый корабль… И подъехала белая машина, большая, как корабль. Вышел большой мужчина, красивый и широкоплечий. Как русский богатырь. А с ним вышли детишки, трое. И между столиками пробрались к той «клуше», что-то радостно крича. И богатырь подошел, приобнял «клушу» за полные веснушчатые плечи. Расплатился с подошедшим официантом. И вся семья пошла к машине, обсуждая покупку дома. Все получилось! Ура! А две дамы остались за столиком. И одна мрачно сказала: «Ну почему таким все достаётся? А мне - ничего? И тебе, кстати, тоже!», - добавила она быстро и злобно. А море было совсем рядом. И можно черпать из моря счастье, любовь, радость, любоваться и наслаждаться. Но некоторые не могут. Им обязательно надо в море плюнуть. Или в кого-нибудь. Счастья это не добавляет. Вот это точно. А морю всё равно. Оно неисчерпаемо и прекрасно…// Анна Кирьянова// Автор поста: Лариса Руди

Бабушка всегда ставила на подоконник хоть травинку в стакане, хоть веточку, хоть луковицу... И всё росло... Она шустро сновала по кухне, сухонькая, седая, успевая молниеносно нашинковать капусту, наладить квас с пережжённым сухариком, распотрошить курицу... Пела при этом... Но иногда брала в руки стакан с травинкой и долго смотрела на него... Когда я спросила, почему она так любит это делать, бабушка просто ответила: - Так я набираюсь силы жить... Вижу цветок, былинку, зелёную стрелку лука, и тянусь, как и они, ухватить свой кусочек света... Кусочек света, поднимающий вверх хрупкую травинку... Так устроена жизнь... Тянитесь к свету... Всегда...// © Лиля Град//Автор поста:Лариса Руди

Она просто принесла ему хлеб… но посмотрите, как он его ест Картина «Свидание» написана Владимиром Маковским в 1883 году. Размер небольшой — всего 40 на 31,5 сантиметра . Сегодня она хранится в Государственной Третьяковской галерее в Москве. Это не про встречу. Это про разлуку, которая никуда не делась даже в тот момент, когда они оказались рядом. Перед нами мать и сын. Она приехала из деревни — видно по одежде, по усталости, по котомке и палке у ног . Он живёт в городе, отдан в подмастерья. Многие крестьянские семьи тогда так делали: не хватало денег, и ребёнка отправляли «в люди», чтобы он хоть как-то кормил себя сам. Мальчик стоит босиком на грязном полу и жадно ест калач. Не от радости — от голода. Он буквально вцепился в него зубами, словно боится, что еду могут отнять . Его лицо вдруг кажется взрослым: сосредоточенным, даже жёстким. Художник писал его с натуры — это был реальный мальчик-подмастерье, которого Маковский встретил в одной из московских мастерских. Мать сидит рядом и просто смотрит. Без объятий, без слов. В её лице — не только жалость, но и понимание: иначе нельзя было. Возможно, дома ещё дети, и выбора у неё не было. В комнате почти пусто. Всё здесь — бочка, кувшин, тёмные стены — говорит о том, что денег нет. Свет падает только на лица, и ты невольно смотришь именно туда, где больше всего боли. Кстати, картина сразу получила признание. Критик Владимир Стасов отмечал «полные чувства и сердечности глаза» матери . А Лев Толстой, увидев «мальчика с калачом», был глубоко впечатлён . Картину часто сравнивают с рассказом Чехова «Ванька», написанным чуть позже, в 1886 году . И правда, очень похоже: тот же голод, та же тоска, тот же ребёнок, которого детство обошло стороной. Как вам кажется, о чём мать думает в этот момент: жалеет, что отпустила, или убеждает себя, что это было правильно?// Автор поста: Лариса Руди

Пётр Глебов из "Тихого Дона": был дворянином из рода Трубецких, фронтовиком, однолюбом и двоюродным братом Сергея Михалкова. 14 апреля 111 лет со дня рождения Петра Глебова - советского и русского актёра театра и кино; народного артиста СССР. Лауреата Государственной премии РСФСР им. братьев Васильевых. Кавалера ордена Ленина.

Однажды, собирая клюкву, заблудился и вышел из ряма у незнакомой деревни. А тут еще дождь пошел, промок насквозь. Делать нечего, зашел в ту деревню. Было около десяти вечера. «Надо срочно обсушиться, - думаю, - иначе можно и заболеть». Вдруг слышу: кто – то зовет. Оглянулся, на лавочке у дома - развалюхи сидит сухощавая бабушка в белом платке. - Что, мил человек, никак промок, что ли? – спрашивает меня та бабушка. - Где так устряпался - то? Я остановился. - До ниточки промок… Из ряма вот иду. Заходил со стороны увала, а вышел куда - сам не знаю. - Со стороны увала, говоришь? Это ты лишку хватил. Совсем в другую сторону ты, мил человек, вышел, - усмехнулась она, - что же на солнце – то не смотрел, когда в рям заходил? - Как - то сразу не сообразил… - Беда с вами, городскими, - она стала подниматься. - Звать меня Еленой Кузьминичной. Заходи, гостем будешь. А я только вышла за ограду, вижу, месишь грязь. Взяла трость и пошла к калитке. - Банька еще не остыла, иди погрейся. Я не поверил услышанному: - И попариться можно? - Знамо дело... Вот только поленьев подброшу. Через час уже сидел за столом и пил чай из самовара, слушая Елену Кузьминичну. В комнате пахло только что вымытым полом и лекарствами. - Да уж, повезло так повезло тебе, мил человек, что встретил меня. У нас в деревне – то теперь, в основном, только дачники из города живут. Отгородились все высокими заборами, овчарки прямо спать не дают ночью. Теперь ить чужих не пускают. - Как вы живете? – я с опаской посмотрел на потолок. - Завалится ведь. А ремонтировать не пробовали? - На какие шиши? – она вздохнула. – Перебьюсь. Мне не привыкать, хотя сейчас – то жить можно. Вот мама моя хватила лиха, так хватила... Елена Кузьминична принесла потрепанный фотоальбом. Стала листать страницы. - Испытания маме выпали большие: росла сиротой, с малолетства гусей пасла у богатых, оглохла из - за простуды… На одной из пожелтевших фотографий я увидел красивую женщину в окружении детей. - Двадцати пяти лет вышла мама замуж за вдовца с четырьмя детьми, не побоялась. Приданого у нее никакого не было. Мужик был работящий. - А общие дети - то у них были? - Не поверишь? Родила ему еще восьмерых. Жили - то душа в душу, справно. Мама мне говорила: "Никогда, Леночка, не пытайся мужа перевоспитывать - это бесполезное, дочка, занятие". - А это правду говорят, что в эти места кулаков ссылали? – перебил я ее. - Да уж, известное дело. Наша семья две коровы держала, овечек, кур. Затем стали заставлять в колхоз вступать. Утерлась передником, вздохнула: - Куда деваться? Пришлось всю скотину в общее стадо гнать, другого выхода не было… Из - за того, что согласились идти в колхоз, записали «маломощными середняками», это и спасло от ссылки на болота. Она замолчала и долго о чем – то думала. Было слышно, как тикают часы в горнице. - А что было потом? Елена Кузьминична встрепенулась, как ото сна. - Потом? – она отхлебнула чай из чашки. – Случилось страшное - кормилец скончался. - Когда? - А в тридцать седьмом. Приехал на похороны его старший сын Иван. - Поправила платок и горько усмехнулась: - Представляешь? Прямо с похорон и забрали его. - За что? - Пес их разберет. Сказывали деревенские, что, мол, «по линии НКВД». Больше никто не видел. Поговаривали, что жил неплохо: труженик был, твердый середняк. Вот такая была жизнь здесь… - А вам сколько в то время было лет? - Мне к началу войны всего четырнадцать лет было. Мама рано утром будит: "Вставай, Леночка, пора на рынок" - Положит в корзину яиц, масла в горшок - вот и бегу рано утром к переезду вместе со своими друзьями. И сейчас помню, что в ту корзину входило ровно двести яиц. На переезде товарняк скорость сбрасывал, запрыгивали на ходу в тот поезд и так ехали восемнадцать километров до станции. Перед самой станцией машинист снова сбавлял ход, чтобы мы спрыгнуть могли. На самой станции ведь могла милиция арестовать. Жалко ему было детей, с пониманием относился. На станции был рынок, где хорошо продукты раскупались. Домой возвращались снова на товарняке. И так частенько приходилось мне ездить. Она ушла к печи, принялась возиться с чугунками. - А как по - другому? Выживать надо было... Ведь дома ждали больная мама, братишки и сестренки. Не было ничего страшнее для меня, как смотреть в их голодные глаза. - Как со здоровьем - то сейчас? - Болею сильно, с руками вот замаялась. Показала свои темно - коричневые сморщенные ладони: - Ноют, ох ноют... Ночью встану, на улицу выйду и руками машу из стороны в сторону. Они, как плети, висят - хоть обрывай. Порой криком кричу - так больно. Лекарства покупаю - не помогают. Дояркой работала, вот и сказывается все теперь. Выйдя из горницы, долго разыскивала в альбоме какую - то фотографию. - Вот так и прожила свою жизнь - в одиночку билась с нуждой. Мой парень ушел служить танкистом в сорок пятом, погиб на войне с японцами. Осталась лишь фотокарточка, где он из башни танка выглядывает. Наконец - то нашла то, что искала. Протянула фотографию мне. - Своих детей не было, так всегда, когда приезжала с вечерней дойки, обязательно везла соседскому мальчишке Ване то пучок саранок, то пиканов сладких... А он как радовался! Ждал всегда моего приезда у калитки. Пошла в горницу и стала стелить мне кровать, сама рассказывает: - Вырос Ваня, выучился, стал предпринимателем. Рядом с моей развалюхой выстроил коттедж. Сейчас все больше бегом бегает мимо меня, порой, забывая и поздороваться. - Ну, а как мамина судьба? - поинтересовался я, перед тем, как заснуть. - Зимой сорок четвертого маму парализовало. Обступили мы ее кровать, орем дурнинушкой, а она ничего сказать не может, лишь слезы из глаз катятся. Через три дня ее не стало. Пошла я в правление просить лошадь, а мне говорят: "Лошади днем заняты, можем только вечером выделить подводу" Было видно, что Елена Кузьминична еле сдерживает слезы: - Так и пришлось в темноте мамку хоронить... Вот такая встреча произошла у меня с Еленой Кузьминичной, доживающей свою жизнь в далеком сибирском поселке. Утром она проводила меня до разъезда. Моросил мелкий дождь. Я возвращался в город на попутке, а в голове все вертелись слова Николая Некрасова: " Есть женщины в русских селеньях..." Автор: Леонид Беспамятных// Автор поста: Лариса Руди

"Чужих детей не бывает". (Рассказ основан на реальных событиях.) Алексею было двадцать шесть, когда он встретил Арину. Кареглазую красавицу с тонкой талией и пышными вьющимися волосами. Молодой человек быстро потерял голову от знойной красавицы и решил, что должен во что бы то ни стало добиться её расположения. И его совершенно не смущали ни разница в возрасте, Арина была на шесть лет старше, ни наличие у женщины двоих детей. К моменту знакомства с Алексеем Арина вот уже три года как была вдовой. Её муж Пётр погиб в драке, оставив молодую жену с двумя маленькими детьми… Не сразу Арина открыла своё сердце Алексею, долго присматривалась к нему, думая, что слишком уж он молод для неё и его чувства – это просто блажь, которая скоро пройдёт. И всё же молодому человеку удалось доказать Арине, что намерения его самые что ни на есть серьёзные… И тогда счастливый Алёша сделал любимой предложение. - Одумайся, сынок, - пыталась вразумить сына мать, Людмила Алексеевна. – Мало тебе девок молодых, что ли? Зачем тебе нужна эта вдовушка горемычная? - Нужна! – твёрдо заявил сын.– Люблю я её, мама, и точка! - А дети? Ты готов взять на себя ответственность за чужих детей? - Готов. Дети любимой женщины мне не чужие… Выращу как родных. - Эх, - покачала головой Людмила Алексеевна, понимая, что не сможет переубедить сына… Впрочем, и сама Арина перед тем, как идти в ЗАГС снова спросила у Алексея, не пожалеет ли он после о том, что решил жениться на ней. - Ты знай, я обиду на тебя держать не буду, - сказала женщина. – Ты мужчина молодой, видный. Столько девушек вокруг. Может, зря это всё? - Что зря, Аринка? - Зря ты женишься на мне. Я же знаю, что и маме твоей не по душе пришлась, она меня вдовушкой горемычной называет… - Откуда ты знаешь? – удивился Алёша. - Маленький у нас городок, люди добрые донесли… - А ты никого не слушай, - Алексей крепко обнял Арину. – Меня только слушай и верь мне! Слышишь, как сердце моё стучит? Для тебя оно стучит, без тебя мне ничего не мило… Я тебя в обиду не дам, и сам никогда не обижу. - Ну хорошо раз так, - улыбнулась Арина, слушая биение сердце Алексея. Она уже успела крепко полюбить Алёшу и очень боялась его потерять, но и силком держать возле себя не хотела. Но если, он, действительно, любит, то пусть будет рядом. Ей было хорошо и спокойно с ним. Несмотря на молодость, Алексей был серьёзным, надёжным и уверенным в себе человеком. Настоящим мужчиной, на которого было не страшно опереться. С покойным мужем Арина большого счастья и не видела. Это все в городке знали. Пётр был гулякой, выпивохой, а когда пил, то поколачивал жену. Потом прощение просил, обещал, что исправится, но надолго его не хватало. А Арина терпела, считая, что у неё нет выбора. Да и идти ей было некуда, пожаловаться некому. Мама несколько лет назад умерла, отца своего девушка и не знала. Из родных у неё была только сестра Ольга, которая жила теперь в другом городе и поэтому сёстры нечасто виделись. А Алексей окружил Арину и её детей таким вниманием и заботой, о которых она и мечтать не смела… И поэтому очень боялась, что когда-нибудь Алёша уйдёт, осознав, что ошибся и на самом деле его чувства были ненастоящими. Почему-то ей казалось, что недостойна она такого счастья… Хотя Алексей своими поступками постоянно доказывал ей обратное. Вскоре после того, как Арина и Алексей поженились, молодой человек начал строить дом. Ему всегда хотелось жить в собственном доме, а не в квартире. Арина поддержала эту затею, призналась, что тоже всегда мечтала о доме, своём участке, где можно было бы выращивать овощи и зелень, а, может быть, даже и небольшое хозяйство завести. Курочек, например. Людмила Алексеевна какое-то время приглядывалась к невестке, относилась к ней с прохладцей, но со временем смирилась с выбором сына. Видела, что её Алексей на самом деле счастлив с Ариной. И сердце матери успокоилось. Тем более, что невестка была приветливой, хорошей хозяйкой, но и советы свекрови охотно принимала, сама советовалась и прислушивалась к мнению матери Алексея. Однажды Людмила Алексеевна даже поссорилась с двоюродной сестрой из-за Арины. Татьяна приехала в их городок навестить пожилых родителей и ехидно спросила у Людмилы при встрече: - Правда что ли твой сынок на вдовушке женился? Старше себя на десять лет и к тому же с двумя детьми? - Ну, во-первых, не на десять, а на шесть, - поправила Людмила. - Ой, ну это, конечно, сильно меняет дело, - скривилась Татьяна. – Сочувствую тебе, Людочка, от всего сердца. Я бы с ума сошла, если бы кто-то из моих сыновей приволок в дом бабу с двумя детьми, да ещё и старше себя. - Мой сын никого не приволакивал - это раз! Они живут отдельно и дом строят – это два! А в-третьих, у меня замечательная невестка. А твои сыновья, насколько я знаю, до сих пор не женаты, хотя обоим уже за тридцать перевалило… И неизвестно ещё какие тебе невестки достанутся. - Да уж лучше в холостяках ходить, чем на вдове с двумя спиногрызами жениться, - прокричала вслед уходящей Людмиле Татьяна… Прошло три года. Алексей и Арина достроили дом и отпраздновали новоселье. Всё у них было ладно, лишь одно обстоятельство расстраивало женщину. Очень ей хотелось, чтобы у них с Алёшей был совместный ребёнок. Она видела, как тепло относится муж к её детям, дочка Анечка его папой называла. Сынок дядей Лёшей звал, но отношения у них с отчимом были хорошие. Алексей одиннадцатилетнего Володю и на рыбалку брал, и уроки с ним делал, и инструментами разными учил пользоваться, а Арина радовалась, что её сыну есть с кого брать пример… Но, конечно, она понимала, что как бы ни любил Алёша её детей, а всё равно своего ребёночка ему хочется… Но у неё никак не получалось забеременеть… А вскоре грянула беда. Младшая сестра Арины Ольга вместе с мужем попали в аварию и погибли. У пары осталось двое детей… Пятилетний сын и семилетняя дочь. Арина была единственной близкой родственницей для своих племянников. У мужа сестры вообще никого не было, он вырос в детском доме. - Алёша, если ты уйдёшь, я всё, пойму и не стану осуждать. Ты не обязан взваливать на себя эту ношу… - начала непростой для неё разговор Арина. - Какую ношу? Ты о чём? – не понял Алексей. - Я о Саше и Вике, Олиных детях. Если я не оформлю опеку над ними, они окажутся в детском доме. Я не могу этого допустить… - Неужели ты думаешь, что я брошу тебя, если с нами будут жить твои племянники? - Ты не обязан… - Да что ты заладила: не обязан, не обязан… Давай я сам буду решать за себя, ладно? Конечно, мы не допустим, чтобы дети твоей родной сестры оказались в детдоме, они будут жить с нами и точка. Вырастим! Не зря же мы большой дом построили, места всем хватит! - Правда? – еле сдерживая слёзы, спросила Арина. - Ну, конечно. Разве похоже, что я шучу? Не переживай, мы справимся. – Алексей обнял жену, а Арине не верилось, что ей так повезло с мужем… - Твой Лёшка совсем дурак! – сказала Людмиле Алексеевне одна приятельница, узнав о случившемся, - мало того, что женился на вдовушке с двумя детьми, так теперь ещё двоих чужих детей будет тянуть. Малахольный он у тебя какой-то! - Сама ты малахольная, - ответила Людмила, не желая ничего объяснять и продолжать этот разговор. Конечно, и ей не очень нравилось, что сын теперь воспитывает уже четверых детей, которые по крови ему чужие. Но она знала, что по-другому поступить её Алексей не может. Он любит Арину и готов разделить с ней все тяготы и удары судьбы… А через год в жизнь Арины и Алексея пришла большая радость. Арина родила девочку, которую решила назвать Ольгой в память о погибшей сестре, которую она очень любила… Так и живут они теперь большой и дружной семьёй, и теперь уже все дети называют Алексея папой, а он и не против. Для него они все – его дети. Любви в его большом и добром сердце на всех хватает. И ему совершенно всё равно, что говорят и думают люди, потому что это его жизнь, и она ему очень нравится. Автор: Яна Н. Художник Burton Silverman// Автор поста : Лариса Руди

У приятельницы мама «учудила». Сдала свою трешечку, прибавила пенсию и свалила жить в теплые страны. Пока что –в Абхазию, но в планах у нее еще Болгария и Турция, как самые дешевые. Возможно, еще северный Кипр. Там тоже, говорят, нашим пенсионерам можно прожить, причем прожить так, что «проживание» будет жизнью, а не унылым существованием. — Это мерзко! — сказал муж приятельницы. — Она же старая, куда ей по миру шляться, только позориться. — О вас могла бы подумать! — поджала губы его мама. — Она еще и намекнула, типа, яблоко от яблоньки недалеко катится, — разрыдалась в трубку сама приятельница. — Типа, раз я ее дочь то тоже под старую опу уйду в загул и буду позорить семью. — Мне Димка всю плешь проел, мы за его машину кредит отдать не можем, просрочка три месяца, а мама по курортам шатается, — плачет ее дочка, уверенная: мама почему-то должна бы помочь выплатить кредит за машину, взятую в кредит для мужа. — Свекровь каждый день напоминает, что мы у нее живем, а мама квартиру взяла и сдала! Она (дочка) надеется на сочувствие, и, в общем –то, его получает, ведь каждому известно: женщина на пенсии больше не принадлежит себе. Она — бесплатное приложение ко внукам, ее жилье — не для нее, а для детей, да и вообще, на что она рассчитывает, старая? Хотя, по сути, дети, которые практически моего уже возраста, могли позаботиться о жилье для себя сами, а не рассчитывать на мамино или, тем более, не тусоваться пятнадцать лет в свекровиной квартирке. — Мы с Димой надеялись, ну, доработает она, уедет в деревню, — оплакивает несбывшиеся надежды дочка. Ну вот скажи, не бессовестная ли? — Она у тебя еще и замуж выйдет, — с каким-то тайным злорадством пообещала я, — За турка. Была у наших знакомых такая история, благоприличная бабушка вернула внуков и “ пустилась во все тяжкие», закончившиеся образованием новой ячейки общества в далеком Стамбуле. Там родня, озаботившаяся судьбой однокомнатной квартирки, устроила показательную истерику с громкими требованиями признать даму недееспособной. Обломались, правда. Та, которая здесь считалась бабулей, до сих пор счастливо проживает в Стамбуле со своим лысым дедулей. Имеет в распоряжении достаточно большой дом, и никого — вы понимаете, никого! — не приглашает в гости, нехорошая. А эта матушка постит в «Одноклассниках» фотографии свои, пусть еще не с таких теплых берегов, как ей мечтается, но с подписями, что в шестьдесят жизнь только начинается. Я — полайкала. Потому что она — права. А все эти собирающиеся сесть на шею, утверждающие, что раз возраст, то пора перестать о себе думать.пусть они идут лесом, полем и морем. Они-то как раз и есть — бессовестные...//Автор поста: Лариса Руди

Почти всю ночь Галина не спала…

Женщина, у которой нет друзей или маленький круг общения, — это очень очень уверенная в себе женщина. Поверьте мне. Она поняла, что качество важнее количества. Ей не нужна толпа, чтобы подтвердить свою состоятельность. Её уверенность исходит изнутри, а не от одобрения других. Она не боится остаться в одиночестве, потому что знает свою силу. Она избирательно относится к своей энергии и к тем, кого пускает в свою жизнь. Она видела фальшивую дружбу, драмы и сплетни, и она ушла от всего этого. Она построила мирную и свободную от драм жизнь и от этого стала счастливее. Ей не нужно быть в окружении людей, чтобы чувствовать себя полноценной, — ей комфортно в своей собственной компании. Она знает, что настоящие друзья встречаются редко, и она предпочла бы иметь несколько настоящих друзей, а не кучу фальшивых. Её небольшой круг состоит из людей, которым она может по-настоящему доверять. Людей, которые доказали свою преданность. Она не тратит время на бессмысленные отношения, её время драгоценно и она тратит его с умом. Она — женщина, которая знает, чего хочет, и на меньшее не согласится. Потому, если вы встретите женщину, у которой нет друзей или очень маленький круг общения, не стоит её недооценивать. Она спокойна, уверена в себе и знает себе цену. Она — женщина, которая не нуждается в одобрении со стороны других, потому что уже самоутвердилась.// © Энтони Хопкинс// Автор поста: Лариса Руди

Наша жизнь настолько мимолетна, что «завтра» - самое нестабильное, что у нас есть. Мы умудряемся тратить драгоценные минуты на обиды, ссоры, ранящие сердце слова, гордость. Мы забываем сказать друг другу, что любим. Просто сказать. Проснуться утром и поблагодарить жизнь за то, что беда обошла нас стороной.// Автор поста: Лариса Руди