Как
свеча упокойная в храме,

Иль
поэт, что несчастно влюблён,

Месяц,
где-то вдали от окраин,

Бродит
хмурым средь звёзд бобылём.

Никогда,
может быть, не читали вы,

Разве
что в книге старой, поди,

Чтоб
поэт был бы стервью отъявленной,

Чтоб
стихами был так обезглавленный,

Странно
сердцем сие уместив.

Согласитесь,
что жизнь ненавидя,

И
по-своему, где-то, не в ней,

Всяк
души своей видел погибель,

В
поединках с ничтожеством дней.

Что,
дразнясь чьим-то взглядом палящим,

Заглушая
тяжёлый искус,

Не
всегда знали мы: что же слаще –

Предвкушение
или сам вкус.

Это
нынче взахлёб я читаем,

Пусть
чуть вздорный и падкий на шмаль*,

Презираемый
и обожаемый,

Неприкаян,
с того осуждаемый,

Стервью
стал, подломившим мораль.

Только
б если спросил меня ветер,

Не
по злобе, что в людях иных:

«Что
ты ждёшь для души?», я б ответил:

«Тишины,
чёрт возьми, тишины».

И
кому-то, пускай, чужд я рожей,

Мне
плевать поверх
жалкой возни:

Ведь
поэт должен делать, что должен -

И
ласкать, и жалеть, и… казнить.

                                                                                                   *Шмаль (сленг) - слабое
наркотическое вещество растительного происхождения.