Книга Животных

Я вышла замуж за богатого дедушку своей подруги ради его наследства — и в первую брачную ночь он посмотрел на меня и сказал: «Теперь, когда ты моя жена… я могу наконец открыть тебе правду». Я никогда не была той, на кого обращают внимание. Ни в школе, ни где-либо ещё. Та самая девушка, которую замечают разве что для насмешек. Неровная улыбка, скованная осанка, вечная неловкость — либо слишком тихая, либо не вовремя слишком заметная. К старшим классам я уже смирилась: никто никогда не влюбится в меня. Но Вайолет осталась. Она никогда не смеялась надо мной. Мы прошли вместе через школу, потом поступили в один университет и даже снимали небольшую квартиру. После выпуска она собиралась вернуться домой. А у меня не было дома, куда можно было бы вернуться. Моя семья дала это понять ещё много лет назад. Поэтому я поехала за ней. Нашла работу в её городе. Сняла небольшую квартиру неподалёку — лишь бы не потерять единственного человека, который по-настоящему остался в моей жизни. Так я познакомилась с её дедушкой. Рик. Семьдесят шесть лет, проницательный, внимательный и совсем не такой, каким я его себе представляла. Сначала мы просто разговаривали за ужином, потом беседы становились всё длиннее. И каким-то образом он слушал меня внимательнее, чем кто-либо когда-либо. А однажды вечером он сделал предложение. Жениться. Он был богат. Очень богат. И впервые в жизни… я увидела для себя выход. Больше не нужно беспокоиться об оплате жилья. Не нужно считать каждую копейку. Когда я рассказала об этом Вайолет, она посмотрела на меня так, будто перед ней стоял чужой человек. «Я не думала, что ты способна на такое», — сказала она. И в тот же день прекратила со мной общение. Чувство вины осталось. Но недостаточно сильное, чтобы меня остановить. Свадьба была скромной. Только семья Рика. Со стороны невесты не было никого — меня это не удивило. Церемония прошла в тихом, дорогом зале. Всё выглядело идеально. Как жизнь, в которую я просто вошла, не заслужив её. После мы поехали в его поместье. И когда я, всё ещё в свадебном платье, вошла в спальню— Рик зашёл следом. Закрыл дверь. И сказал: «Теперь, когда ты моя жена… я могу наконец рассказать тебе правду. Отступать уже поздно»...продолжение... 

Свекровь пришла выселять невестку из её же собственной квартиры — В своей квартире будешь командовать, а из жилья моего сына выметайся! Ася вышла из кабины лифта на своём этаже и просто не поверила глазам. Прямо на бетонном полу лестничной клетки валялся её зимний пуховик. Тот самый, тёмно-синий, купленный в конце прошлого сезона на распродаже. Чуть дальше, возле электрического щитка, сиротливо лежал спортивный рюкзак. Из полуоткрытой молнии жалко торчал рукав домашней серой кофты. Из открытой двери квартиры спиной вперёд тяжело вывалилась Раиса Петровна. Свекровь громко дышала. Она волокла по плитке тамбура картонную коробку с осенней обувью невестки. — Какого чёрта здесь происходит? Раиса Петровна вздрогнула, выронила коробку и тяжело оперлась рукой о дверной косяк. Накрашенные бордовой помадой губы скривились. — Выселяю тебя! — Что? — Раз ты семье помогать не хочешь, то и жить здесь не будешь! Ася перевела взгляд с разбросанных туфель на раскрасневшееся лицо свекрови. Ситуация была настолько дикой, что злость даже не сразу пробилась сквозь усталость после долгого рабочего дня. Всё началось ещё утром. Раиса Петровна позвонила невестке прямо посреди важной планёрки. У Жанны, младшей сестры Юрки, через пару недель намечалась свадьба. Денег у семьи жениха не было. У Раисы Петровны водилась только пенсия. Но ресторан требовался с размахом, чтобы перед дальней родней не опозориться. Свекровь каким-то чудом прознала, что у Аси на накопительном счету лежит приличная сумма, и прямо потребовала её перевести. Ася тогда ответила жёстким отказом. Сослалась на занятость, попросила больше с такими идеями не звонить и сбросила вызов. И вот, отпросилась пораньше из-за ноющей мигрени, а тут такое представление у мусоропровода. — А ключи у вас откуда? — Мой Юрочка дал! Свекровь одёрнула подол вязаной кофты. — Ещё по весне дал. Чтобы я цветы поливала, пока вы на даче у твоей матери торчите. Вот и пригодились. Давай, собирай свои манатки и чеши к родителям! Раиса Петровна пнула лежащий на полу рюкзак. Тот глухо звякнул фурнитурой. — Вы вообще в своём уме? Ася шагнула к двери, оттесняя свекровь в сторону лестницы. — Я-то в своём! Пожилая женщина повысила голос, явно рассчитывая привлечь внимание соседей по площадке. — У Жанночки свадьба на носу. На нормальный стол не хватает. Перед людьми стыдно будет! Юра сказал, у тебя на счету полмиллиона болтается. Для кого бережёшь? Эгоистка! — Это мои личные деньги. — Ты живёшь в квартире моего сына! Раиса Петровна ткнула пухлым пальцем с перламутровым маникюром в сторону открытой двери. — Пользуешься его техникой! Спишь на его кровати. Воду льёшь кубами, свет жжёшь сутками! Могла бы хоть каплю благодарности проявить за то, что он тебя приютил. Семья должна помогать друг другу. Ася прислонилась плечом к стене. Головная боль вдруг резко отступила, уступив место ледяной ясности. Она посмотрела вглубь прихожей. Там, на полке для обуви, стояли начищенные брендовые кроссовки Юрки. Муж всегда любил пустить пыль в глаза. Рисоваться перед друзьями, покупать дорогие гаджеты с кредитки, угощать приятелей в баре, а потом занимать у коллег до зарплаты на бензин. — В квартире вашего сына? — Именно! Свекровь нервно поправила сбившуюся на груди кофту. — Он её до брака купил! Сам горбатился, на двух работах жилы рвал, недоедал, во всем себе отказывал. А ты пришла на всё готовенькое. Хвостом вильнула, прописалась тут, а теперь копейки для родной золовки жалеешь!...ЧИТАТЬ ПОЛНОСТЬЮ 

Я стала суррогатной матерью для своей сестры и её мужа — когда они увидели ребёнка, они воскликнули: «ЭТО НЕ ТОТ РЕБЁНОК, КОТОРОГО МЫ ОЖИДАЛИ! МЫ НЕ ХОТИМ ЕГО!» Это должен был быть трогательный момент, новое начало для нашей семьи. Мы с сестрой Рэйчел всегда были очень близки. Она и её муж, Джейсон, пробовали всё, чтобы завести ребёнка, но ничего не получалось. А у меня уже было четверо здоровых мальчиков. Поэтому, когда они обратились ко мне, чтобы я стала суррогатной матерью, я не задумывалась ни на секунду. Беременность прошла гладко, и мои мальчики были в восторге от появления нового кузена. Я испытывала глубокое удовлетворение, помогая Рэйчел и Джейсону построить семью, о которой они мечтали. Но всё изменилось в тот момент, когда я родила. Рэйчел и Джейсон отсутствовали в больнице. Проходили часы, а их всё не было. После родов они наконец приехали. Рэйчел быстро посмотрела на ребёнка, потом повернулась ко мне с глазами, расширенными от шока. «ЭТО НЕ ТОТ РЕБЁНОК, КОТОРОГО МЫ ОЖИДАЛИ! МЫ НЕ ХОТИМ ЕГО!» — закричала она. Я смотрела на неё в изумлении. «Что?! Что ты имеешь в виду?!»...продолжение...