таня маренко

Есть вещи, которые невозможно объяснить тем, кто этого не застал. Можно показать фотографии. Можно рассказать. Можно даже попытаться описать словами. Но всё равно будет не то. Потому что это нужно было прожить. Я недавно перебирала старые школьные тетради. Толстые, пожелтевшие листы. С аккуратными полями, выведенными красной ручкой. И вдруг поймала себя на том, что улыбаюсь. Не потому что там были идеальные оценки — вовсе нет. А потому что каждая страница напоминала целую эпоху. Утро в советской семье было особенным. Не было будильников в телефоне. Не было «ещё пять минут». Был голос мамы из кухни: — Вставай, в школу опоздаешь! За окном — зима или осень, неважно. Всегда казалось, что вставать слишком рано. Форма, поглаженная с вечера. Белые банты или строгий воротник. Ранец, который казался тяжелее самого ребёнка. И обязательно — проверка дневника перед выходом. — Всё взяла? — Взяла… И только на улице начиналось настоящее «пробуждение» — мороз, друзья у подъезда, быстрые разговоры на б