Стихи и песни Владимира Высоцкого

"Поделишься своей кралей?", - пьяно отрыгивая, наклонился над Володей посетитель ресторана. Высоцкий, хоть и был меньше на три головы, не стушевался. "Посиди, Люся", - сказал негромко, закатывая рукава рубашки. Семью Абрамовых считали чуть ли не образцовой. Коренные москвичи, потомственные научные сотрудники — высокообразованные, благородные, воспитанные. Отец, Владимир Аркадьевич Абрамов, трудился редактором в издательстве «Химия», а мать, Наталья Николаевна Абрамова (в девичестве Щербиновская), являлась сотрудником Военного института иностранных языков. Люся появилась на свет 16 августа 1939-го, за два года до того, как грянула Великая Отечественная война. Абрамовы занимали просторную квартиру в центральном районе Москвы. Жили большой и дружной семьей: Люся, её родители, сестра, а также бабушка и дедушка по материнской линии. Мама с папой много работали, так что Люся гораздо больше времени проводила с дедом и бабкой — людьми необычайно колоритными и примечательными. Николай Сергееви

Часто в биографиях великие люди рассказывают о своём становлении, часто вспоминают учителей, друзей и возлюбленных, но гораздо реже – тех, кто стоял рядом в самые обычные годы, воспитывал, поддерживал. Между тем именно такие люди нередко оказывают на судьбу человека решающее влияние. В жизни Владимира Высоцкого была женщина, которая стала для него настоящей опорой. Он называл её «мама Женя», делился с ней сокровенными мыслями и чувствовал её поддержку в самых важных моментах своей юности. Речь идёт о мачехе поэта – Евгении Мартиросовой-Лихалатовой. Её судьба оказалась не менее драматичной, чем судьбы героев многих песен Высоцкого. Евгения Мартиросова родилась в 1918 году в Баку в семье рабочих. Детство пришлось на непростые годы после революции – страна переживала голод, разруху и политические потрясения. Когда девочка была ещё совсем маленькой, умер её отец. События Гражданской войны семья переживала в Астрахани, где Евгения начала ходить в школу и увлеклась музыкой. Трудности на её

И вот спустя несколько месяцев в «Прогрессе» взяли текст на редакцию с обещанием позвонить Юле через неделю. Звонок раздался на следующее утро: «Кни­га хорошо читается по-русски, ни одной стилистической правки. Несомненная уда­ча» Уже потом, в разговоре с Мариной Влади, редактор, этот предельно сдержан­ный на вид человек, признался, что при чтении и у него временами перехватывало горло. Меня занимает тот же вопрос, и я спрашиваю Юлю: как получилось, что эту книгу стала переводить именно она? —- В начале октября прошлого года Ма­рина привезла в Москву сигнальный эк­земпляр. А через два дня книга должна была выйти в Париже... Марина предло­жила мне переводить. Однако решиться на это было очень трудно. Я сказала тог­да, что у меня нет опыта литературного перевода и я не хочу получить такую работу «по блату». Она ответила просто: «Ты знаешь, как мы жили. Ты видела, Ты все помнишь. Чужому человеку мне будет сложно объяснить. И еще — ты хорошо знаешь французский...». «Блат», который имеет

Эти двое были кумирами миллионов, но их встречи долгие годы держали в секрете — слишком разными были их роли в глазах власти. В советской истории было два человека, которых обожала вся страна. Один — улыбчивый покоритель космоса, официальный герой и образец для подражания. Другой — хриплый голос эпохи, бард и актер, чьи песни учили наизусть, но старались не упоминать в газетах. Сегодня мало кто знает, что Юрий Гагарин и Владимир Высоцкий не просто знали друг друга, но и искренне дружили. Правду об их отношениях скрывали десятилетиями. И только случайные обрывки магнитофонных пленок да свидетельства очевидцев позволили приоткрыть эту завесу. Роковым для их знакомства стал 1961 год. Тогда вся планета рукоплескала первому полету человека в космос. Гагарина носили на руках, а Высоцкий, который был всего на три года младше, только начинал свой тернистый путь. Он перебивался эпизодическими ролями в кино, которые впоследствии стеснялся вспоминать, и никак не мог найти свое место в театральной