Звёзды сошлись

Какая милая пара💐 Олег Масленников-Войтов с супругой Алиной

Татьяну Орлову нередко сравнивают с самой Фаиной Раневской – и не зря! Настоящая самобытная актриса. Природа щедро одарила её и яркой внешностью, и голосом, который ни с кем не спутаешь – узнаёшь сразу, издалека. Фильмы с её участием – это всегда что-то особенное: с искрометным юмором, тонкой иронией и такими героями, что остаются в памяти надолго, дорогие зрители!

Дмитрий Певцов и ценз на прошлое в Школе-студии МХАТ В списке потенциальных руководителей Школы-студии МХАТ Дмитрий Певцов соседствовал с Сергеем Безруковым и Евгением Писаревым ещё до того, как кресло занял Константин Богомолов. Но Певцов выстроил защиту ещё до нападения. В его понимании ректорство — это не просто менеджмент, а своего рода возрастной и образовательный ценз. «Убежден, что ректором школы-студии МХАТ должен быть только выпускник оной, закончивший школу-студию лет 20-40 назад», — отрезал артист. Любопытно, как точно очерчены границы: если вы выпустились 19 или 41 год назад, вход в кабинет, видимо, закрыт. Сам Певцов при этом окончил ГИТИС, что технически вычеркивает его из собственного списка идеальных кандидатов, несмотря на наличие личной студии «Певчие дрозды». Впрочем, логика «свой-чужой» здесь первична. Для театральной среды, где традиции ценятся выше новаторства, диплом именно этого вуза — как группа крови. Публика, возможно, не сразу вспомнит лицо профессора Евгения Писарева, но внутри системы он считается «плоть от плоти» МХАТа. Сергей Безруков и вовсе закрывает все пункты анкеты: и выпускник, и состоявшийся худрук Губернского театра. Удивительно, как быстро система отторгает инородные элементы. Константин Богомолов, чей приход студенты и актеры встретили коллективным протестом, продержался в роли и. о. ректора всего три недели. Режиссер пытался апеллировать к опыту работы с Олегом Табаковым и обещал совмещать три руководящих поста сразу, включая театры на Малой Бронной и «Мельников». «Я попросил министра культуры освободить меня от исполнения обязанностей», — так завершился этот двадцатидневный эксперимент. Похоже, амбиции разбились о нежелание вуза превращаться в филиал авангардной сцены. Коллективные письма оказались эффективнее былых заслуг и покровителей. Как вы считаете, кто в этой ситуации оказался в наибольшем выигрыше: школа, сохранившая статус-кво, или Богомолов, избавившийся от бюрократической нагрузки? Автор текста: Марина Соколова Фото: Анатолий Антонов / PhotoXP

Елена Яковлева: сорок лет рядом с одним человеком «Нервы, кажется, что терпеть больше уже не можешь. Выпады какие-то эмоциональные: два артиста в семье». Эту фразу Елена Яковлева произносит так, будто описывает погоду — без надрыва, без жалобы. Просто констатация. И именно эта интонация, мне кажется, объясняет про неё больше, чем любая биография. Пятого марта ей исполнилось шестьдесят пять. До того как стать актрисой, она успела поработать в библиотеке, составлять карты и собирать детали на производстве. Даже после выпуска из ГИТИСа широкая известность заставила себя ждать почти десятилетие — до «Интердевочки» в 1989-м. Путь, который начинается с заводского цеха и приводит к одной из самых узнаваемых ролей в отечественном кино, — это не везение. Это упрямство особого рода. Но меня в её истории цепляет другое — не карьера, а то, как она выбирала людей. Первый роман случился ещё на студенческой скамейке. Виктор Раков, однокурсник, сам признавался, что был самым настойчивым из поклонников. Разошлись на втором курсе. Тихо. Следом — скоропалительное замужество с другим однокурсником, Сергеем Юлиным. Яковлева потом объясняла это просто: подруги вокруг одна за другой выходили замуж, и она — «как-то заодно». Через полгода оба поняли, что совместная жизнь не складывается. Юлин уехал к родителям в Читу. Годы спустя они пересеклись на гастролях — он уже руководил местным театром, пришёл в гримёрку с беременной женой. Поговорили. Мило. Я останавливаюсь на этой сцене в гримёрной. Бывший муж, его новая семья, она — между спектаклями. И слово, которое выбирает Яковлева для описания встречи: «мило». Не «странно», не «больно», не «неловко». Мило. В этом выборе слова — целый характер: способность закрывать главу без обиды, без счёта. С Валерием Шальных всё начиналось иначе. Они работали в «Современнике», поначалу просто разговаривали на гастролях, гуляли. Никакой молнии. Присмотрелись друг к другу после очередной поездки и стали жить вместе — сначала в общежитской комнате, потом в маленькой квартире напротив «Матросской тишины». Расписались только через пять лет, в Грибоедовском загсе. Причина, которую Яковлева называет, обезоруживает своей прозаичностью: чтобы на гастролях давали один номер на двоих. Это не принижение чувств. Скорее наоборот — это про людей, которым штамп не нужен для подтверждения того, что и так существует. Штамп понадобился для гостиничного администратора. Сорок с лишним лет вместе. Сын Денис. Ссоры, которые однажды прекратила болезнь подобранного спаниеля — больной пёс потребовал общей заботы, и злость растворилась в совместном деле. Сейчас у Яковлевой четыре собаки, и клички говорят о хозяйке не меньше, чем роли: Рваное Пузо, Ярус, Алекс, Юстас. Человек, который называет пса Рваное Пузо, не боится быть смешным. В последние годы, по её словам, ругаться стало просто скучно — оба заранее знают, чем закончится любая вспышка. Примирением. Валерий вышел на пенсию, домработницы нет, и «сюрприз» в их доме — это когда муж моет посуду или берётся за пылесос. Она произносит это без иронии. Чистая благодарность. История сына — отдельная территория, и здесь видно, как Яковлева балансирует между тревогой и уважением к чужому выбору. Денис покрыт татуировками, включая лицо; одну из первых набил из-за злости на почтовую службу, задержавшую новогодние подарки родителям. Бросил режиссёрскую учёбу ради фитнеса и музыки. Первая помолвка с Маргаритой распалась. Потом — тайная свадьба с Викторией Мельниковой в 2017-м: без пышности, без нарядов, жених — в чёрном. Полтора года спустя этот брак тоже рухнул. В сентябре 2025-го стало известно о втором браке Дениса, но имя невесты он не раскрыл. Яковлева защищает сына от чужих оценок, хотя сама была против татуировок. Её аргумент прост до невозможности: он не наркоман, не подлец, занимается спортом. Не упрёк, а перечисление. И попытка объяснить — пусть и странная для стороннего уха: «Он себя так чуть-чуть наказывает, может, потому что Скорпион по гороскопу». Я не думаю, что она всерьёз верит в гороскоп как объяснение. Думаю, это способ сказать: я не понимаю, но принимаю. Отдельная глава, о которой она рассказывает без драматизма, — клиническая смерть. На сцене ей стало плохо, после спектакля увезли на скорой, обнаружили язву, начали оперировать — и сердце остановилось. Яковлева описывает тоннель и свет впереди, но ключевое в её воспоминании — не мистика, а одно слово: «любопытство». Не страх. Любопытство. Это тянуло её к свету. Потом были сломанные рёбра, потеря голоса на три месяца, лечение уха, отменённые спектакли. И параллельно — открытые признания в том, что она делала пластику: убрала мешки под глазами в сорок, круговую подтяжку — в сорок один, у хирурга, который когда-то оперировал Гурченко. «Мне неприятна сама мысль о старости», — говорит она на YouTube-канале «Эмпатия Манучи», и добавляет, что из-за плотного графика пропускает процедуры. Вот что меня не отпускает. Женщина, которая пережила остановку сердца и описала это через любопытство, — эта же женщина нервничает при мысли о морщинах. Одно не отменяет другого. Она боится не смерти. Она боится медленного угасания — того, что нельзя пережить одним рывком и вернуться. Она звонит сыну. Сын звонит ей. Каждый день. «Как ты, мама? Люблю тебя». Муж пылесосит. Четыре пса ждут у двери. Шестьдесят пять — и ни одного признака, что она собирается остановиться. Автор текста: Лена Дорохова Фото: Илья Вартанян/ «Антенна-Телесемь», Legion-Media, личный архив, соцсети, кадр сериала «Петербургские тайны», стоп-кадр

Наталия Кузнецова: из тонкой нити в стальной трос Бицепс размером с твою голову — это не фильтр, а реальность 34-летней Наталии Кузнецовой. Посмотри на её архивные кадры из юности. На фото — хрупкая девочка, чей силуэт напоминает тростинку. Узкие плечи, плоский живот, тонкие предплечья. Сейчас это кажется графикой, но Кузнецова сама выложила это сравнение. «Каждый день — это выбор становиться сильнее», — пишет она под постом в соцсетях. Трансформация выглядит как работа нейросети. В 16 лет Наталия впервые переступила порог зала «Евроспорт». Её наставником стал Алексей Робертович. Именно тогда закладывалась база — то самое тренировочное упрямство. Представь, что ты меняешь шёлковую ленту на арматуру. Это не просто рост мышц, это изменение всей геометрии тела. Путь к гипертрофии не был гладким шоссе. В начале карьеры Кузнецова упустила шанс на мировые рекорды из-за нехватки денег. Обида на те упущенные возможности в пауэрлифтинге живет в ней до сих пор. Но упорство сделало своё — теперь у неё миллионы фолловеров и рекламные контракты. Хочешь быть в форме — не жги калории на костре из сельдерея. Наталия советует дефицит в 15–20% и обычные прогулки. Она уверена, что спортзал даже не обязателен, если ты просто начинаешь больше двигаться. Главное — найти тот режим питания, который не превратит твою жизнь в ад. Раньше её замужний статус с Владиславом Кузнецовым был понятен, сейчас личная жизнь — плотный занавес. Наталия предпочитает роль мотиватора, а не светской львицы. Она признаёт, что не всё шло по плану, бывали тяжёлые моменты. Но умение делать максимум в любой ситуации превращает тебя в победителя. Результат её работы — это не про платье, это про архитектуру человеческих возможностей. Автор текста: Кира Астахова Фото: соцсети

Евгений Папунаишвили с сыном Лукьяном

Яковлева, татуировки сына и 20 процедур лазером Газовая плита. Кастрюля с водой. Стиральная машина. Список навыков, которые Денис Яковлев осваивал, переехав в собственную квартиру, звучит как программа для первоклассника. И именно этот бытовой провал — не татуировки, не лицо, забитое рисунками, — оказывается самой говорящей деталью во всей истории, которую Елена Яковлева рассказала Надежде Стрелец. Сама артистка формулирует жёстко: «Наши дети, они же как приютские, ничего не знают». Фраза, в которой «наши» и «приютские» стоят через запятую, — от матери, чья профессия десятилетиями требовала съёмок, гастролей, отсутствия дома. Яковлева произносит это без оправданий, скорее как диагноз. Татуировки начались в 11-м классе. Первая — в память о погибшей собаке хаски. Один рисунок, понятный повод. Дальше — больше, особенно после переезда в отдельное жильё. Елена связывает это с психологией: по её версии, Денис шёл в салон не за рисунком, а за физической болью, которая заглушала другую. «Это как селфхарм: когда ты причиняешь себе одну боль, другая словно отпускает», — говорит она. Слово «селфхарм» в устах матери, которая тут же добавляет «слава Богу, что этот этап позади», — сочетание медицинского термина и молитвы в одном предложении. Когда тело закончилось, Денис перешёл на лицо. На возражения матери отвечал аргументом, который трудно оспорить: «Мам, я не пью, не курю, наркотиками не увлекаюсь. Пусть будет у меня хотя бы такая забава». Логика железная — до тех пор, пока «забава» не добирается до лба и щёк. Потом была попытка свести. Лазер, месяц отёков, невозможность умыться. Две процедуры из двадцати необходимых. На третью Елена уже не повела — пожалела. Вот арифметика: нанести рисунок — один визит в салон, убрать — двадцать сеансов выжигания. Соотношение, которое стоило бы вывешивать на дверях каждого тату-салона. Психологические сложности, по словам Яковлевой, тянутся с детства. Она считает, что сын не сумел привыкнуть к её публичности. При этом Елена подчёркивает: Денис звонит каждый день, пишет «Люблю тебя», рассказывает правду о происходящем в жизни. Отношения сохранились — и для неё это главный результат. От интернета и комментариев она отмахивается: «Я вот не владею Интернетом, ничего не читаю и хорошо живу, спокойно». Рецепт, который в 2024 году звучит почти как суперспособность. Двадцать процедур лазером, чтобы стереть то, что набивалось за годы. Ежедневный звонок маме, чтобы не потерять связь. Что здесь потребовало больше усилий — избавление от татуировок или сохранение отношений? Автор текста: Марина Соколова Фото: PhotoXP, соцсети, стоп-кадр

Гоген Солнцев, три миллиона и лысая голова «Она просто меня изуродовала! У меня всегда была шикарная львиная грива, а теперь три пера, и я был похож на персонажа из сериала «Байки из склепа»». Фраза, которую произносит человек, построивший публичный образ на эпатаже. Солнцев пришёл в незнакомый московский салон за осветлением. Ушёл — с ожогами кожи головы, без волос и с планами на судебный иск. Факты из его рассказа: волосы начали выпадать прямо во время процедуры, вместе с фольгой. На коже — волдыри, раны, рубцы. Болевой синдром длится несколько дней. Оставшееся пришлось сбрить полностью. Теперь — к тому, что лежит чуть глубже. Солнцев называет сумму иска: 3 миллиона рублей. Адвокат уже подключён. Документы готовятся. При этом сам пострадавший признаёт, что до сих пор неизвестно, восстановятся ли волосяные луковицы. То есть масштаб ущерба ещё не определён, а цифра компенсации уже озвучена для прессы. Обратите внимание на конструкцию цитаты. Солнцев одновременно описывает реальную медицинскую проблему — ожоги, повреждение фолликулов, необходимость лечения у трихолога — и выбирает для этого формулировки максимального эмоционального калибра. «Изуродовала», «лжепарикмахерша-мерзавка», «ужас». Это не язык человека, который просто пострадал. Это язык человека, который точно знает, как устроен медийный резонанс. Я не ставлю под сомнение сам факт травмы — фотографии и видео он предоставил редакции. Ожоги головы после неправильного осветления — ситуация не уникальная, трихологи фиксируют такое регулярно. Но одно дело — обратиться к врачу и в суд. Другое — немедленно выйти в прессу с цифрой иска и словом «навсегда». Деталь, которую стоит зафиксировать: Солнцев говорит, что был в этом салоне впервые. Выбор незнакомого мастера для агрессивной химической процедуры — это решение, у которого есть автор. Холодно на улице. Шапка скрывает последствия. Но три миллиона — сумма, которая предполагает, что последствия будут предъявлены публично и во всех подробностях. Судебный процесс, если он состоится, покажет, где заканчивается травма и начинается перформанс. Автор текста: Андрей Велесов Фото: Фото, видео: соцсети, личный архив

Александр Рогов: прайм-эра с оговорками «Я худел не под одежду», — говорит Рогов. И тут же рассказывает, как сменил оверсайз Balenciaga на приталенные силуэты Prada. Называет бренд вслух, с удовольствием. Для человека, который худел «не под одежду», одежда подозрительно часто всплывает в разговоре. Цифра на весах — 99,8 килограммов — стала для него, по его словам, «ударом по голове». При этом он утверждает, что не замечал изменений в собственном теле. 44-летний стилист, который профессионально оценивает чужую внешность каждый день, не видел, что происходит с его собственной. Меня это по-настоящему удивляет. Дальше он вспоминает комментарии про щёки, которые «не влезают в кадр». Тогда он считал авторов этих слов хейтерами. Сейчас пересматривает старые выпуски и соглашается с ними. Те же самые слова — только теперь он называет их правдой. Рогов говорит, что сбросил 20 килограммов за год. Убрал сладкое, газировку, фастфуд, перекусы на съёмках. Начал тренироваться. Всё это он перечисляет подробно и с гордостью. «Проделал колоссальную работу» — его формулировка. Ты слышишь человека, который хочет, чтобы масштаб усилий был зафиксирован. «Никогда не выставлял себя с голым торсом», — рассказывает он. И объясняет, что снял ролик случайно: поставил камеру, начал переодеваться, потом решил не вырезать начало. Случайность, которая привела к серии роликов без рубашки. Довольно целенаправленная случайность для человека, который «не планировал». Он честно говорит, что ждёт поддержки от аудитории. Это подкупает — он не прячется за равнодушие. Но следом идёт фраза про бодипозитив, и тут начинается другая история. «Худым быть прекрасно» — он произносит это сам и сам же называет фразу «ужасной». Знает, как она звучит, но всё равно говорит. А потом добавляет, что бодипозитив — это «не про то, что ты сидишь на диване и ешь чипсы». Человек, который год назад весил под сто килограммов, теперь объясняет другим, как правильно относиться к своему телу. Рогову скоро 45. Он говорит, что впервые чувствует себя настолько уверенно. Ему нигде «не давит, не жмёт». Он надевает вещи, которые раньше не мог себе позволить. «Я худел не под одежду». Главный результат, которым он делится, — одежда, которая теперь сидит. Автор текста: Вика Орлова Фото: соцсети

Слава отменяет концерты после скандала со зрительницами «Мы, артисты, всегда выходили на сцену в таком состоянии — со сломанными руками, плечами», — говорит Слава. И тут же: «Мне не надо было выходить на сцену, будучи такой больной». Одна фраза утверждает, что выступать больным — норма. Другая — что это была ошибка. Обе принадлежат одному человеку, сказаны в одном видео. 45-летняя певица рассказала подписчикам, что перед концертом не могла подняться с кровати. По её словам, её шатало из-за таблеток, а не из-за алкоголя. Она поехала работать, потому что отмена грозила миллионными штрафами. На выступлении несколько зрительниц потребовали вернуть деньги за билеты, обвинив артистку в фонограмме и непрофессионализме. Слава признала, что оскорбила этих женщин со сцены. «Я живой человек, росла в 90-е, могу и по лицу треснуть. Слава Богу, не делала этого. Но оскорбила их, да, и это было им по кайфу, потому что у них с собой были телефончики». Она сама описывает ситуацию так: зрительницы провоцировали, она ответила руганью, они снимали на камеру. И при этом называет их действия спланированной акцией. Меня тут цепляет одна вещь. Человек говорит: я была настолько больна, что не соображала, не могла встать. И этот же человек уверен, что точно определил — группа женщин действовала скоординированно, по заказу, с самого начала выступления. Трудно одновременно ничего не соображать и анализировать мотивы незнакомых людей в зале. После инцидента за Славу публично вступились Григорий Лепс и Анна Семенович. Певица объявила, что отменяет все ближайшие концерты — те самые, за отмену которых грозят миллионные штрафы. В разговоре со «СтарХитом» Слава заявила: «Считаю все это спланированной провокацией. Кто и для чего ее устроил, не знаю. Действовала эта группа подвыпивших женщин по чьему-то заказу. Или они решили так „самовыразиться», не знаю и не понимаю». Провокация спланирована. Кем — неизвестно. Зачем — непонятно. По заказу или нет — неясно. Но спланирована точно. Автор текста: Вика Орлова Фото: PhotoXP