СЕВЕРНЫЙ КАЗАХСТАН (СКО)

Про коллективизацию нагорожено столько всякого, что не передать. Страшнее Большого Террора и Гитлера вместе взятых. При этом открыть реальные документы как-то историки не удосуживаются. Они не секретные, поверьте, на всю страну в «Правде» распубликованы. Бери архивную подшивку да читай. Давайте малость поговорим чем был колхоз в начале тридцатых. Отличался он даже юридически от поздних советских колхозов-миллионеров разительно. В смысле миллионных убытков от эффективного управления, в смысле. Помните сталинскую статью «Головокружение от успехов». Сурово он там прошёлся по головотяпам, которые народ в колхозы погнали, не понимая местной специфики. Отличная статья, доходчивая. Но мы сейчас не про неё. Сталин тогда говорил, что коллективное хозяйство на селе не так, чтобы готово стать прямо коммунистическим. Крути-не крути, крестьянин – это мелкий собственник. Капиталист в миниатюре, даже если последнюю лебеду дожёвывает в голодный год. Это рабочему на фабрике терять нечего, кроме своих

Политолог Сергей Кургинян затронул тему, которая волнует многих: почему в современной России до сих пор живут осколки 1990-х, когда всё советское огульно подвергалось критике? Я помню те годы. Помню, как рушились памятники, как переписывались учебники истории, как вчерашние герои превращались в злодеев. И в центре этого водоворота стояла фигура Александра Солженицына — писателя, которого одни называли совестью нации, а другие обвиняли в искажении исторической правды. Кургинян указывает на интересный парадокс. С одной стороны, период тотального очернения советской истории завершился. Президент России говорит о Великой Отечественной войне и советских достижениях с уважением — порой даже честнее, чем это делало позднесоветское руководство. С другой стороны, в общественном сознании сохраняются целые пласты деструктива из лихих 90-х. Ельцин-центр продолжает работать. Солженицына по-прежнему превозносят как непререкаемый авторитет, хотя именно он цитировал сомнительных историков, раздувавши