Рассказы Мила Шилова Мил Рэй

Я училась в советской школе. У нас в классе были хулиганы — да, были. Мальчишки срывали уроки, рисовали на партах, подкладывали кнопки на стулья, а один даже как-то принес в школу дымовую шашку. Но это были наши хулиганы. Мы знали, чего от них ждать. Они могли сорвать урок, но они делали это, чтобы показать себя перед девчонками, а не потому, что им физически некомфортно в помещении. Никто не носился с ними как с хрустальными вазами — если ты вел себя как свинья, тебя ставили в угол или вызывали родителей. И это работало. А сейчас я смотрю на свою племянницу Олю. У нее двое детей старший Никита во втором классе, младшая Алиса в подготовительной группе. И вот что происходит в классе Никиты.

Я разрушил свой двадцатилетний брак. Полгода назад мы развелись с женой. Все эти годы она считала, что моя мать постоянно вмешивается в нашу жизнь, критикует её как хозяйку и мать, и что я всегда встаю на сторону мамы. Моя мама вырастила меня одна после смерти отца, всю жизнь тянула на себе — я не мог бросить её, не мог перестать помогать ей финансово и морально. А жена… она была сильной, работала, вела дом, но при этом очень нуждалась в моей поддержке, во внимании, в том, чтобы я был именно с ней, а не разрывался между двумя женщинами. Сын у нас уже взрослый — двадцать три года, окончил университет, живёт с матерью. Я к несчастью отец по выходным, когда у нас получается увидеться и нормально поговорить. Да и взрослый он уже, отец не особо нужен в таком возрасте. А раньше моя мать вечно повторяла, что сын весь в жену: такой же упрямый, с этими дурацкими шутками, и что она вообще сомневается, что он «наш». Единственный внук, от единственного сына — и такие слова. Я тогда отмахивался, считал это просто ворчанием старой женщины. Недавно бывшая жена прислала мне посылку — флешку. Внутри была одна-единственная папка без названия. Ну я открыл, посмотрел на свою голову!

Мне 45, мужика нет, затеяла ремонт. Нашла мастера через знакомых. Руки золотые, всё чинно, благородно. Я доверила ему ключи, сама перебралась на кухню временно, там хоть не пыльно, и спать можно, и работать. Договорились чётко: он приходит, когда я ухожу, уходит до моего возвращения. И вот однажды утром я просыпаюсь от голоса. Не громкого, такого, вкрадчивого. И слышу: «Проснулась моя красавица. Не хочешь, чтобы я к тебе присоединился?» Я ещё сплю, едва соображаю, что происходит, а он уже стоит рядом с моей раскладушкой-кроватью. Просто стоит и смотрит, улыбается. Я как подскочила! Сердце ушло в пятки. Спрашиваю его: «Ты что тут делаешь?!» А он отшатнулся, забормотал, что я женщина одинокая, ему сразу понравилась и он пришел специально, чтобы так сказать ответить на мои знаки внимания, а заодно «звукоизоляцию проверить». Я его выгнала, а он даже не растерялся. Тут же переключился на деловой тон: «А когда ты за водоэмульсионкой поедешь? А давай я тебя на склад свожу, фурнитуру посмотрим». Как будто ничего не было. Я ему говорю: «Ты считаешь, что будешь и дальше делать ремонт после того, что учудил?», а он глазами хлопает и смотрит на меня, как на истеричку. Мол, показалось тебе, дорогая. Я тогда себя успокоила. Ну, мало ли, и правда показалось, он пришел раньше, я проспала еще в тот день… Мастер-то он неплохой. Мы ещё раз проговорили: работаешь только когда меня нет. Он кивнул, согласился. Мне нужен был ремонт, и я хотела, чтобы он просто закончил и ушёл. Доделал он, конечно, но не без косяков: то угол не выведен, то розетка не там. И при этом он мне с умным видом говорил: «Ну, без меня ты тут вообще не разберёшься». А потом выставил счёт, почти в два раза больше, чем договаривались. Я посмотрела: были там какие-то материалы, которые я не заказывала. Но я просто заплатила. Заплатила и сказала: «Больше не появляйся». И вот тут самое смешное (или грустное). Его жена - сестра моей хорошей знакомой. И иногда мы встречаемся по работе и на посиделках с подругами.

Марина шесть лет работала фельдшером в частной скорой «МедЛайф». Она видела всё: инфаркты на светских приёмах, роды в лимузинах, капризы богачей. Но каждый вызов в элитный район заставлял её внутренне готовиться к худшему. Ей сорок пять, за плечами тяжелый развод и предательство мужа. И работа - это единственное, чем жила Марина последние годы. — Марина, выезд на Рублёвское шоссе, дом 47, — раздался голос диспетчера. — Пациент — Дмитрий Вельский, 52 года, глава строительной корпорации. Гипертонический криз. Марина переглянулась с водителем Сашей и пожала плечами. — Ещё один «важный» пациент. Перегулял, похоже, - выдавил водитель. - Поехали. Через тридцать минут карета скорой остановился у кованых ворот. Особняк в стиле модерн — три этажа, стекло, бетон, фонтан. Навстречу бежал секретарь так, казалось убьется: — Слава Богу, вы приехали! Дмитрий Сергеевич разбил два телефона, потому что врачи слишком долго едут. Марина подняла бровь: — Разбил телефоны? Интересный метод лечения. Где пациент? — В кабинете, на втором этаже. Отказался ложиться в кровать. Вельский сидел в кожаном кресле у панорамных окон. Высокий, широкоплечий, с лицом, которое очень нравилось женщинам, но сейчас искажённым гримасой боли и раздражения. — Наконец-то! — рявкнул он, не открывая глаз. — Я думал, вы будете ехать до следующего года! — Добрый день, Дмитрий Сергеевич. Я фельдшер Марина Соколова, — спокойно ответила она, раскрывая чемодан. — Сейчас измерю давление. Ваше недовольство занесу в жалобу, но сначала — здоровье. Вельский приоткрыл глаз и окинул её взглядом. Тёмно-синяя форма, никакого гламура. Собранная, спокойная, с едва заметными морщинками у глаз, которые выдавали человека, привыкшего много работать и не ждать милостей от жизни. Он привык, что женщины его круга выглядели как с обложки, а эта выглядела как человек, которому можно доверить жизнь. — Вы будете мне указывать? — усмехнулся он. — Я владею половиной этого города. Вызовете сюда профессора из Кремлёвской клиники, а сами можете ехать обратно, Марина Соколова. — Профессор не приедет быстрее меня, а я уже здесь, — ответила Марина, закрепляя манжету. — Можете отказаться от помощи, но следующая машина будет через час. Надеюсь, вы сможете дождаться, чтобы пожаловаться. Тонометр запищал: 218/118. — Это критическое состояние, — Марина посмотрела на Вельского. — Я дам препарат, и мы поедем в клинику. Это не обсуждается. — Я никуда не поеду! — он попытался встать, но его качнуло. — Я чувствую себя нормально! — Голова кружится, потому что у вас криз. Ещё немного — и будет инсульт. Хотите стать прикованным к кровати? Нет? Тогда доверьтесь мне. Никто за двадцать лет не разговаривал с Вельским в таком тоне. Ни врачи, ни министры, ни любовницы. А тут какая-то фельдшер говорит ему «прекратите изображать недотрогу». — Вы не понимаете, — процедил он. — У меня завтра важная сделка! — Сделка подождёт неделю, а инсульт — нет, — Марина готовила шприц. — Или предпочитаете, чтобы помощник подписывал контракты, пока вы учитесь заново говорить и лежите как овощ? Вельский сжал кулаки, но что-то в её светлых, спокойных глазах останавливало его. — Вы очень дерзкая, — сказал он уже без гнева. — С такими манерами вам лучше в деревне работать. — Я работаю там, где я нужна, — она ввела препарат. — И сейчас я нужна вам. Расслабьтесь. Через пятнадцать минут проверю давление. Она села напротив, сложила руки на коленях и посмотрела с лёгкой иронией. Вельский впервые почувствовал себя неловко. — Вы мне не нравитесь, — заявил он, закрывая глаза. — Я и не должна нравиться. Я должна спасти вас от последствий вашего образа жизни. Судя по давлению, вы много работаете, мало спите и пьёте больше, чем следует, - пациент только цокнул, а Марина поняла, что попала в точку. Через пятнадцать минут давление снизилось до 170/95. — Уже лучше, но всё ещё опасно. Предлагаю поехать в клинику на обследование. ЭКГ, анализы. Если всё нормально — вечером вернётесь домой. — Вы правда думаете, что я поеду с вами в какую-то частную клинику? Вас вызвал секретарь по своей дурости! — Вельский попытался возмутиться, но в голосе уже не было решимости. — У меня лучшие врачи, чем вы все вместе взятые. — Тогда почему они вас не спасли? — Марина пожала плечами. — Вы разбили два телефона, никто не приехал. Я приехала. Я могу помочь. Но если хотите играть в гордость — подпишу отказ и уеду. Вельский смотрел на неё долго, изучающе. Она была права. Сердце работало на пределе, голова кружилась, руки дрожали. Он столько лет строил империю, что забыл — он человек. — Черт с вами, — выдохнул он. — Едем. Но если клиника окажется какой-то шарагой, я уйду через пять минут. — Договорились, — Марина улыбнулась уголками губ. — Я так и знала, что вы согласитесь. У меня опыт с трудными пациентами. Вельский усмехнулся. Что-то в этой женщине зацепило его. Смелость. Отказ вилять хвостом перед его деньгами. Искренняя забота, которую она прятала за дежурным тоном. — Вы очень странная, — сказал он, поднимаясь с её помощью. — Я ещё не встречал таких, как вы. — А я ещё не встречала таких пациентов, как вы, — ответила она. — Надеюсь, поводов для встреч больше не будет. Я от всей души желаю вам здоровья. Клиника оказалась безупречной. Вельский прошёл обследование, состояние стабилизировали. На прощание он сухо кивнул и уехал на чёрном «Мерседесе», даже не сказав спасибо. Марина и не ждала благодарности. Она забыла о нём, как о сотнях других пациентов. Рутина затянула ее. Позвонил бывший муж, попросил забрать собаку, потому как та подрала сапоги ее новой Пусичке... Марина ответила холодно: "Пусичка пусть убирает за Лордом чаще и выгуливает. Он просто так никогда не пакостит!" Сергей, ее бывший муж, сказал, что Марина злая, всегда была злой, и именно поэтому он и ушел. Марина сказала, что он всегда был слабохарактерным, жил для себя и в доме палец о палец не ударил. И поэтому Пусечка его, у которой руки из одного места растут, для Сережи прекрасная пара... Потом позвонил сын, попросил подкинуть немного денег, так как его девушка уволилась с работы и им сейчас не хватает... Марина перевела, но сказала, что Леша уже взрослый и кататься по вызовам ночами она "ради новых ноготочков его девушки" точно не будет... Сын попытался поспорить, но Марина всегда била в цель и была так права, что Леша извинился и сказал, что вернет деньги через неделю. Вот так и жила Марина. И конечно о заносчивом пациенте ей просто некогда было думать... **** Через три дня диспетчер снова вызвала её на Рублёвское шоссе. — Тот же адрес. Пациент — Вельский. Жалобы на слабость, головокружение. Марина нахмурилась: «Опять он?» Когда она вошла в кабинет, Вельский сидел в том же кресле, но выглядел другим. Он был в халате, небритый, и смотрел на неё с кривой улыбкой. — Опять вы, — сказал он. — Какое совпадение. — Никакого совпадения, — Марина поставила чемодан. — Вы вызвали меня специально? У вас давление? — Давление в норме, — он встал и подошёл к ней. — Я хотел вас увидеть. Поблагодарить. И извиниться за своё поведение. Марина моргнула: — Вы извиняетесь? Вам точно плохо. — Нет, наоборот. Вы были правы, Марина Соколова, — он провёл рукой по волосам. — Я понял это, когда подписывал документы. Вы спасли мне жизнь, а я вёл себя как последний идиот. Если бы не вы то я... Не знаю, что было бы, но точно сейчас бы мы не разговаривали. — Я привыкла к такому поведению. — Но я не хочу, чтобы вы привыкали ко мне такому. Я хочу, чтобы вы знали: я умею быть другим. Если вы дадите мне шанс. Марина смотрела на него, пытаясь понять, не играет ли он. Но в его глазах было что-то новое — искренность. — Я не понимаю, о чём вы, — осторожно сказала она. — О кофе. О разговоре. О том, чтобы узнать вас и поговорить нормально, — он шагнул ближе. — Не как пациент и врач, а как мужчина и женщина. Она молчала несколько секунд. Потом медленно улыбнулась: — Вы не перестанете меня удивлять, Дмитрий Сергеевич. — Надеюсь, — он тоже улыбнулся. — А вы перестанете быть таким колючим ежом? — Посмотрим. Он попросил еще раз, и она согласилась на кофе. Но жизнь научила Марину не доверять словам — только поступкам. Она дала ему свой номер, но не собиралась придавать этому простому общению никакого значения. Сорок пять лет — возраст, когда женщина знает цену обещаниям и не тратит время на пустоту. Но Вельский оказался настойчивым. Через два дня он прислал ей на телефон приглашение в ресторан, но не в тот, где бывают олигархи, а в маленький итальянский, на окраине, где кормили как вкусно, но с изыском. Марина пришла с опозданием на двадцать минут — проверить, будет ли он вообще ее ждать. Он ждал. И даже не подумал уйти. За ужином он не говорил о деньгах, сделках и самолётах. Он расспрашивал её о работе, о пациентах, о том, почему она выбрала эту профессию. Марина рассказывала о студенческих годах, о первой смене, о муже, который ушёл от неё, о том, как изменил с ее лучшей подругой в их же квартире... А потом сказал, что Марина не просто кормила семью, а была эгоисткой и ее работе - просто прикрытие! — Он не понял, что вы спасаете жизни. А сам-то что он сделал, чтобы его женщина была с ним дома и дарила ему любовь и тело? Я ненавижу таких мужиков, которые сидят на диване за спинами своих жен! — гневно сказал Вельский. — Знаете, он ушел и работа стала всем для меня. Я удалила из жизни всех подруг, замкнулась и поняла, что я всегда буду выбирать работу, а не любовь, — ответила Марина. — Нет. Он просто не был тем, кто сам умеет любить, Марина, - сказал многозначительно Вельский. Она ушла из ресторана, думая о нём больше, чем хотела бы. **** Через неделю он появился на пороге её квартиры — не в лимузине, а пешком, с букетом ее любимых хризантем, которые она однажды упомянула в разговоре. Марина стояла в дверях, в старом халате, без макияжа, с пучком на голове. И ей было всё равно — впервые за долгое время. — Что вы здесь делаете? — спросила она.

— Света, зачем тебе новая одежда? — выговаривал мне муж, когда я робко заикалась о покупках. — Старые вещи еще вполне нормальные, отдай в химчистку, подлатай что-то, и будут как новые. Нам на дом надо копить, на участок, чтобы у детей было будущее. Мы с Игорем прожили вместе больше шести лет. И все эти годы были пропитаны его дотошной экономией. Он буквально трясся над каждой копейкой, откладывая, копя, мечтая о какой-то лучшей жизни, которая всё время маячила где-то впереди, но никогда не наступала. А я, тем временем, сидела в декрете с двумя пацанами, одному три года, другому полтора. Вы можете себе представить, что это такое. Я отказывала себе во всём до абсурда: покупала самое дешёвое мыло, годами не видела парикмахера, донашивала вещи, купленные еще до свадьбы. Игорь же был весь в своих планах: купил участок, затеял масштабную стройку. Он пропадал там целыми днями, оставляя все свои силы и время. «Всё в семью, всё для будущего», — повторял он, и я верила. Но однажды он стал совсем другим. Я не сразу поняла, что происходит. Просто замечала, что он стал приходить домой далеко за полночь, сразу ложился спать, избегая разговоров. Уходил рано утром, даже не завтракая. Ни дети, ни я, казалось, больше его не интересовали, мы словно превратились в мебель в его жизни. Я списывала это на усталость, на стройку, на его вечные заботы о нашем «светлом будущем». Наивная. Развязка наступила в обычный, ничем не примечательный вторник. Он сел напротив меня за кухонным столом, избегая прямого взгляда, и, глядя куда-то в стену, произнес: — Света, я ухожу. Мне очень жаль, но я тебя больше не люблю. Половник в моей руке дрогнул, и я застыла. — Как уходишь? — мой голос прозвучал чужим. — А дети? А наш дом, который ты строишь? — Стройку я, конечно, закончу, но жить там буду уже не с тобой, — он наконец поднял на меня взгляд, и в его глазах я увидела такой азарт, такой блеск, какого не замечала за ним годами. — Я встретил женщину, понимаешь? Ради неё мне хочется горы свернуть, я готов отдать ей всё на свете: свою жизнь, свои деньги, своё время. Всё, что у меня есть. Я не плакала. У меня просто внутри всё онемело, словно душа покрылась коркой льда. Тем же вечером я нашла её в социальных сетях. Выглядела она как размалеванная кукла. Лет двадцать пять от силы, с идеальными ресницами, пухлыми губами, ни одной морщинки на лице, ни одного лишнего килограмма. И фотографии… О, эти фотографии меня просто добили. Огромные букеты из сотни алых роз. Снимки из дорогих ресторанов, где одно блюдо, пожалуй, стоило как мой месячный бюджет на еду. Счастливые, сияющие лица ее и моего горячо любимого мужа. Я сидела, глядя в экран телефона, и в голове стучало одно: значит, деньги у него все это время были. Значит, он умеет быть щедрым, умеет делать красивые жесты и дарить роскошные подарки. Просто не для меня. Он не дарил мне цветы не потому, что мы «копили на дом», а потому что просто не хотел. Потому что не любил. Я была для него всего лишь удобным обслуживающим персоналом на время его грандиозной стройки. Он использовал мой ресурс, мою молодость, моё безграничное терпение — а когда появился другой более привлекательный вариант, просто выбросил, как отработанный материал.

— Света, я тебя очень прошу: выйди за меня. Ну пожалуйста. Я серьёзно как никогда в жизни. Голос Виктора дрожал, и это было так непривычно — он, всегда уверенный, спокойный, говорил сейчас как мальчишка. Светлана смотрела на него через стол, накрытый по случаю её дня рождения. Был простой ужин дома, никаких ресторанов и Мальдив. Ей исполнилось 50, и тут замуж зовут… — Вить, ты понимаешь, что мы знакомы всего полгода? — спросила она, сжимая в руках чашку салфетку. — И что? Мне двадцать лет не нужно, чтобы понять, что рядом со мной мой человек. Я не молодею, ты не молодеешь. Давай не будем терять время, которое у нас осталось. Светлана почувствовала, как к горлу подкатил комок. Она хотела ответить, но в этот момент завибрировал телефон. Экран загорелся: «Сынок». — Алло, мам. С днём рождения! — голос Ивана звучал бодро, по-деловому. — Слушай, я тут подумал может, тебе переехать ко мне? Ну, месяца на два, пока у нас ремонт на даче. Заодно поможешь с внуками. А то как-то ты одна, в своей двушке… — Вань, я не одна. Я с Виктором, мы сейчас день рождения отмечаем, - Светлана сказала и почему-то пожалела, что выдала это сыну. Странное чувство, она ведь взрослая женщина, и боится сказать родному сыну, что отмечает праздник с мужчиной. Пауза. Иван будто ее не услышал. — Мам, ты какая-то тихая. Всё нормально? Ты давление мерила? Про блокатор не забыла? — Ваня, давление я мерила, все в порядке. Я слежу за здоровьем, - и вдруг она решительно добавила. - Мой Витя сделал мне предложение. Я согласилась. Тишина в трубке стала такой плотной, что Светлана даже посмотрела на экран не сбросился ли звонок. — Мам. Я перезвоню, — наконец выдавил Иван. — Только, пожалуйста, ничего не подписывай, пока я не приеду. — Что подписывать? — не поняла она, но сын уже отключился. Светлана отложила телефон и посмотрела на Виктора. Тот аккуратно убрал кольцо обратно в бархатную коробочку. — Иван не рад. Света, я тебя не тороплю, буду рядом. Сначала разберись с сыном. Все таки ты столько лет одна, — сказал он запросто. — Я никуда не денусь. Она улыбнулась сквозь слёзы. Виктор был не из тех, кто давит. Он появился в её жизни почти случайно — пришёл чинить стиральную машину по объявлению, а в итоге задержался на шесть часов. Чинил, потом пили чай, он рассказывал про свои розы, про рыбалку, про дочку, которая уехала в Казахстан. Она слушала и удивлялась: как так вышло, что за тридцать лет брака ее муж Сергей ни разу не спросил её, как прошёл день, а этот почти чужой человек внимательно слушает и кивает, и глаза у него умные, тёплые. Сергей ушёл от неё семь лет назад. Просто собрал вещи и без лишних слов ушёл к молодой, к «профурсетке», как называла её подруга Светы Танька. Светлана тогда долго не могла прийти в себя. Она и сейчас не любила вспоминать. Сергей даже не пришёл за разводом сам, а само заявление просто прислал курьером. Сын Иван тогда принял сторону матери, но со временем всё как-то утряслось. Сергей женился, родил двойню, переехал в область. Звонил сыну по праздникам, не чаще. И вроде бы помогал даже, но в их отношения Света не вмешивалась… Через два дня Иван приехал к матери. Не один, а с женой Алиной, которая несла тортик и натянуто улыбалась. — Мам, мы не будем ходить вокруг да около, — начал Иван, усаживаясь на старый диван, который Светлана так и не выбросила. — Я запросил кое-какие документы. Смотрел, кто такой этот твой Виктор. — Что ты сделал? Ваня, да ты что! Зачем сынок? — Светлана почувствовала, как начинает закипать. — Проверить захотелось его, мам. Не верю я в любовь на шестом десятке! Ты в курсе, что у него дочка в двумя детьми разведенная в Казахстане. А ещё у него была судимость, она правда погашена, но он двадцать лет назад чуть не сел, отделался условной судимостью. И он не просто на пенсии, он полгода назад уволился с завода. Зачем ему женщина с квартирой в центре, мам? Тебе это не кажется подозрительным? Голос Ивана звучал уверенно, но Светлана видела — он сам смущён. Он боялся за неё, боялся, что её обманут. Но вместо благодарности она почувствовала только глухую усталость. — Вань, я тебе что ребёнок? Мне не пять лет. Я прожила с твоим отцом тридцать лет, и он изменил мне с женщиной моложе тебя. Я пережила. Я имею право на ошибку? Или я должна сидеть и ждать, пока ты мне разрешишь? — Мам, я не запрещаю. Я просто хочу, чтобы ты не пострадала. Давай ты подождёшь месяц? Просто месяц. Я поговорю с Виктором, посмотрю на него. А отец… отец тоже хочет тебе сказать своё мнение. — Твой отец? Ты с ним разговаривал?! Иван потупился. — Да. Я позвонил ему. Он переживает за тебя, ему не все равно. Сказал, что приедет. Светлана закрыла глаза. Однажды Сергей разбил ей сердце. Теперь он едет её переубеждать. — Пусть приезжает, только зачем? — сказала она тихо. — Я не послушаю, что он скажет. Бывший муж приехал вечером в пятницу. Светлана открыла дверь и несколько секунд молчала, разглядывая его. Сергей постарел, но не так чтобы сильно, а вот облысел ещё сильнее, но держался бодро. На нём была дорогая куртка, явно подарок молодой жены. — Здравствуй, Света, — он шагнул в коридор. — Здравствуй, Серёжа. Не понимаю для чего ты пришел?

-Ты что мне подала? У меня сегодня праздник. Ты гостей также кормить собираешься? - с вызовом заявил муж и смахнул еду в мусорный пакет, который стоял недалеко от стола. Жена стояла в кухне и не ожидала, что Вова возьмет тарелку с аппетитной яичницей и выбросит ее просто так. Муж не притронулся к завтраку, только отпил холодный кофе. Он тряс пустой тарелкой перед Аленой. -Что-то не нравится? Готовь себе сам! - ответила женщина, стараясь сдержаться. Все-таки, у мужа день рождения. Ругаться она не хотела, но Вова не собирался успокаиваться. -Как ты посмела взять карточку, я не разрешал тратить мою зарплату на твои нужды! Свои деньги спрятала, а моими пользуешься? Все верни, что взяла! Причина была не в стряпне жены. Недавно Алена получила наследство от тетки, и решила распорядиться им на свое усмотрение. А муж хотел, чтобы она купила для него заветную мечту - автомобиль. -Ну, Вова! Это уже слишком! - закричала Алена. Муж перешагнул спокойно, даже не извинился перед женой за бардак, который устроил. Вова в последнее время каждое утро начинал с упреков. Но это утро было каким-то особенно напряженным. - Моей тети не стало, и я не должна была потратить наследство так, как ты мне сказал! - прокричала она мужу в след. -Все, что взяла с моей карты, вернешь обратно! Твое наследство мы потратим на машину для меня, - не унимался Вова, нервно дергая воротник сорочки перед зеркалом. -Что? У тебя день рождения! Нужно было заплатить за торт, а я кошелек забыла на работе, - ответила Алена. -Работаешь, а что толку?! И торт могла бы выбрать дешевле. Лишь бы свою родню накормить за мой счет. -На твоем празднике будет твоя родня и наши друзья, - поправила мужа Алена. - Вова, если у нас раздельный бюджет, то может пора подумать о разводе? Слова прогремели для расчетливого Владимира, как гром среди ясного неба. Он взял свой рабочий кейс, злобно взглянул на жену. -Я теперь ясно вижу, что ты все спланировала, Алена. Получила денежки и хочешь развестись? Да еще и праздник мне испортила! Спасибо за поздравления, женушка! Владимир вылетел из квартиры, не дав Алене опомниться. Хотя женщина не собиралась ничего такого устраивать, все вышло само собой. Алена присела в кухне, вдохнула. На работу она уже опаздывала, настроение было и вовсе на нуле. Алена представила, как вечером все соберутся в их доме, а Вова будет с недовольным лицом восседать на месте именинника. Но и дарить мужу авто, которое он хотел, жена не собиралась. Тетке всегда не нравился Владимир. Она сразу сказала, что все добро оставит Алене, но строго просила, чтобы племянница не делилась с мужем. Первой из гостей на связь вышла свекровь. -Алена, что с ужином? Вы заказали столик или сама будешь готовить? -Я заказала еду, все доставят прямо к семи. Я не успеваю, так как на работе завал, - соврала Алена. -Хорошо, а что же мы будем дарить Вове? - намекнула свекровь. -Я подарю ему бритву, он хотел. Уже заказала и вчера забрала, - простодушно выдала невестка. -Что? Ему пятьдесят, ты хотя бы головой думала? Нужен какой-то особый подарок. Вот ты со Светой заказали ему часы с гравировкой, - похвасталась свекровь. - А ты? Неужто настолько не любишь мужа? Слова Галины Яковлевны попали точно в цель. Алене стало стыдно. Но помня слова тетки, Алена не хотела дарить машину. Ведь тогда у нее ничего не останется, а благодарности от мужа не дождешься. -Я сдам подарок, куплю что-то подороже, - ответила свекрови женщина. Галина торжествовала, но не успокоилась. -Отдай Вове наличные, пусть сам что-то присмотрит. Он ведь взрослый мужчина, ему нужно что-то солидное. -Старая интриганка, - сказала себе под нос Алена, когда Галина положила трубку. Алена собралась и поехала на работу, пробыла в офисе для вида пару часов и отпросилась под благовидным предлогом. -Сегодня у мужа день рождения, хочу подготовиться. У нас будет много гостей, - сказала она начальнице. Та нехотя отпустила Алену, и женщина поспешила в магазин, чтобы сдать бритву для мужа. По дороге Алена заехала в контору к Вове. Все-таки Алена не хотела, чтобы они с мужем сидели на празднике в ссоре, и все это видели. Но на работе Володи не оказалось, а телефон мужа был выключен. -Так у него отгул, из-за дня рождения. У нас по кол.договору положено, - пожала плечами кадровик, когда Алена пришла к ней за объяснениями. -Давно он узнал, что есть этот выходной? - спросила женщина. -Вот, заявление написал за две недели. Это его право, и ваш муж им воспользовался. А вы не знали? -Нет, он говорил что-то, а я забыла. Столько информации, всего не упомнишь, - улыбалась Алена, чувствуя себя полной дурой. Она вышла из офиса мужа и снова позвонила Вове. -Что ты хотела? Одумалась? - с улыбкой спросил муж. -Хотела к тебе на работу приехать, поговорить. А ты где? -Я занят в офисе, сегодня начальника нет, я за один за всех. Не приезжай, дома поговорим. Я буду к семи, когда гости соберутся, - сказал ей муж, чем вывел Алену из себя еще больше. "Соврал. И где он на самом деле?" - подумала Алена. Тревога накрыла с головой. А что если у Вовы есть другая, и все проблемы у них именно из-за этого? Прожить вместе столько лет и узнать, что муж соврал на ровном месте. Теперь идти на праздник она так и вовсе не хотела. Алена покрутилась в центре, возле офисного здания, где работал ее муж и поспешила к своей подруге Виолетте. Ее рабочий кабинет находился недалеко от офиса Володи. Прийти к Виоле можно было без предупреждения потому, что она всегда на работе. Женщина работала косметологом, одна растила сына от неизвестного мужчины, с которым когда-то встречалась, но он так на ней и не женился. Виола знала почти все о том, что творится в семье у Алены. Она всегда давала дельные советы, поэтому Алена решила зайти к ней и просто поговорить, успокоиться. Виолетта - единственный человек, которому она могла доверить самое сокровенное. Так считала женщина, но у подруги ее ожидал сюрприз. Алена подошла к кабинету и только хотела постучать, но услышала за дверью эмоциональный разговор. -Мне из нее это наследство вытрясти, что ли? Что ты от меня требуешь? - кричал муж Алены, Володя.

Друзья позвали на свою дачу под Геленджиком. Приехала я, только расслабилась. Сидим вечером на веранде, пьём чай, вспоминаем молодость. Вдруг стук в калитку. Я обомлела. Стоит мой бывший муж Сергей, а рядом молодая особа, лет на десять младше, в ярком сарафане. Оказалось, они сняли домик через два участка. Мир тесен, как говорится. Сергей, увидев меня, тоже глаза округлил. Мы не виделись лет семь, с тех пор как развелись. Он, к слову, сильно изменился: поседел, но в форме, подтянутый. Представил свою спутницу, ее зовут Марина. Вот тут и началось. Пригласили их к столу, неудобно же было. Сидим, беседа как-то вязнет. А Марина эта дама активная. Начала рассказывать, как они с Сергеем «устроили жизнь»: яхтинг, поездки в Европу, рестораны. Всё с лёгким намёком, что, мол, вот как надо жить после пятидесяти, а не на дачах с чаем киснуть. Мне обидно стало не за себя, а за наших друзей, за этот уютный, родной вечер, который она своим пафосом сломалa. Но я молчала. А потом она спросила, указывая на мой скромный купальник: «Оль, а ты всё так же экономно одеваешься? У Сергея теперь вкус изменился». Тут вступилась моя подруга Люда, хозяйка дачи. Спокойно так говорит: «Знаешь, Марина, а у нас тут ценят не ярлыки, а душевность. И кстати, этот «скромный» купальник Оля его в прошлом году на заработанную премию купила. Ее на работе повысили. И купальник ей очень идет, между прочим. Всем бы такую фигуру в ее возрасте». Вы бы видели лица! У Марины как будто лимон съела. А Сергей на меня посмотрел… новыми глазами. Оказалось, он про мою жизнь ничего не знал. А я и не кричала на всех углах о своих заслугах, тем более еще не хватало посвящать в подробности бывшего мужа. Мы с Сергеем расставились не очень хорошо, он много чего наговорил, многое из совместно нажитого присвоил. Короче, мы с ним не друзья.

-Моя старуха дома котлеты жарит и радуется, что я в санатории отдыхаю! - хвастался муж молодухе Ольга три года не была в отпуске. Она вкалывала на двух работах — выматывающие смены в поликлинике по специальности и ночные подработки в частной клинике — лишь бы вытащить мужа Валеру после тяжелой болезни. Она не спала ночами, таскала его на процедуры, продала свои золотые сережки, чтобы оплатить курс реабилитации. Когда Валера наконец пошел на поправку, врач строго сказал: «Ему нужен морской воздух, минимум две недели. Найдите хороший пансионат». Ольга пересчитала накопления, но на двоих катастрофически не хватало. И она, не раздумывая, отдала всё до последней копейки, чтобы отправить мужа в дорогой загородный санаторий недалеко от Сочи. - Сам подлечись, а вдвоем как-нибудь потом съездим, — произнесла она ему на вокзале, поправляя воротник его куртки. — Только поправляйся, Валерочка, я тебя очень жду. Прошла неделя. Валера звонил скупо, какими-то рваными фразами описывал свое времяпрепровождение в дорогущем пансионате: «Занят, на процедурах, связь плохая. Давай потом поговорим». Ольге стало тревожно и одиноко. Она соскучилась так сильно, что сердце ныло. Сняла с заначки, которую копила «на черный день», последние деньги, взяла билет на самолет на выходные и полетела туда, чтобы сделать любимому сюрприз! Прилетела, накупила в местном рынке его любимых персиков и винограда, отыскала санаторий. На ресепшене ей сообщили, что Валерий скорее всего на пляже. Ольга, сгорая от нежности и предвкушения встречи, почти бегом побежала к морю, представляя, как он удивится ее и обрадуется. И замерла. Под широким белым навесом, развалившись на двух шезлонгах, вальяжно расположился её Валера. На нем были дорогие солнцезащитные очки и новая яркая рубашка, которую она ему не покупала. Рядом, прижимаясь к нему, как кошка, сидела молодая девица в вызывающе открытом красном купальнике. Валера обнимал её за талию, поил каким-то коктейлем из высокого бокала и весело хохотал. Девица надула губы, что-то говорила Валере, а он отмахнулся. И ветер донес до Ольги обрывок фразы: «…да моя старуха дома сейчас котлеты жарит и радуется, что я тут на солнышке греюсь! Да я из жалости с ней живу, нет у нас никакой семьи! Забудь ты про неё, отдыхай, мне для тебя ничего не жалко. Олька еще заработает!» У Ольги в глазах потемнело. Сердце сжалось в ледяной комок, а в груди будто что-то оборвалось. Хотелось закричать, броситься на эту девицу, разбить о голову мужа бокал с коктейлем. Но она взяла себя в руки. Нет, не на ту напал. Она не станет устраивать скандал на весь пляж, доставляя им удовольствие. Она молча, с каменным лицом, развернулась и направилась к администратору санатория. Поскольку бронь и полная оплата номера шли с её банковской карты, она предъявила паспорт и… невозмутимо аннулировала всю оставшуюся неделю проживания, полностью забрав деньги за неиспользованные дни. А затем, прямо там, в порыве гнева, заблокировала кредитку, которую отдала Валере «на экстренный случай». Всё. Чисто, быстро, без истерик. Через пару часов Валера со своей пассией, довольные и расслабленные, подошли к номеру, но ключ не сработал. Пошли разбираться к администратору, та сразу сказала, что бронь отменена... Валера не терял лицо перед своей спутницей. Быстро позвонил своей жене Ольге, но та не поднимала трубку... Они спустились в ресторан, чтобы поужинать пока администратор разбирается с бронь на Валерин номер. Заказали аж на пять тысяч. Поели, пришло время платить, но карту упорно отклоняли. Увидев, что на счету ноль, Валера в панике схватил телефон и снова судорожно набрал жену. Ольга ответила не сразу, давая ему помучиться, и ее голос звучал пугающе спокойно: — Я видела как ты отдыхаешь, Валерочка. Бронь на твой номер я отменила, деньги забрала. Ты же у нас, я смотрю, отлично оздоровился? — она усмехнулась. — Теперь пешочком до вокзала и на плацкарт, как все нормальные люди. А дома тебя, Валера, ждут собранные чемоданы и развод.

-В отпуск я поеду один, а ты присмотри за моей мамой. Ты же врач, а мне нужен отдых, - заявил муж -Марина Сергеевна, примите вызов. Женщине плохо. Марина ахнула, когда диспетчер продиктовала знакомый адрес. День перед отпуском был и так напряженным, а тут еще свекрови стало внезапно плохо. -Валера, поехали скорее. Моей свекрови плохо стало, - сказала Марина водителю, запрыгивая в машину. Настроение у Марины не просто упало. Она была "убита" новостью о том, что с Тамарой Павловной что-то случилось. Это означало только одно: их с мужем отпуск под угрозой срыва. -Мариша, уже мчимся, - ответил ей Валерий Иванович, оставляя свой нехитрый обед. Машина ловко лавировала в череде пробок, а Марина думала, стоит ли звонить мужу. Вадим очень любит свою маму, и сейчас начнется форменный цирк. Но у мужа для Марины была приготовлен сюрприз, о котором жена и не догадывалась. Марина позвонила Вадиму, когда уже сидела у кровати своей свекрови. Рядом с медиком и пожилой женщиной топталась соседка, которая и вызвала скорую. -Мы с ней просто чай пили, и она вдруг стала кричать, упала. Что с ней? -Может, кроме чая что-то еще было? - спросила Марина, потянув носом странный аромат, исходящий от Тамары Павловны. -Внук родился. Мы отметили по чуть-чуть, перекусили отбивными, которые я принесла. А еще она в магазине поругалась с кем-то, - честно выдала соседка. Тамара Павловна лежала, глядя в потолок, пока невестка измеряла ей давление. -Вадику сообщила? - тяжело выдохнула женщина. -В пути ваш сын. Вы, Тамара Павловна, как специально! Знаете же, что нельзя вам ничего ни есть, ни пить! А если бы мы в отпуске были, что тогда? - недовольно высказала ей Марина. Тамара только цокнула, сказала, что Марине лишь бы отдыхать и не нести никакой ответственности за мать своего мужа. Когда Марина уже собиралась уходить, приехал Вадим. Он влетел в дом, был бледный и сразу бросился к матери. -Мамуля, как ты? Марина, что с мамой? Вы ее забираете? - стенал Вадим, так, что Марина раздраженно прервала тираду мужа. -Никуда мы ее не забираем! Твоя мама наелась и напилась того, что не положено! Еще в магазине с кем-то поругалась, перенервничала, но оснований для госпитализации нет. Успокойся, а вы Тамара Павловна на диете с этого дня! -Как она со мной разговаривает, ты теперь слышишь, как твоя жена меня отчитывает?! - слезливо сказала Тамара. -Марина, ты как себя ведешь?! - возмутился Вадим, который всегда был на стороне матери. -А так! У нас отпуск завтра, а твоя мать как обычно делает все, чтобы мы возле нее хороводы водили! - вспылила, уставшая после напряженного дня, Марина. Рация снова выдавала сигнал о том, что нужно ехать на следующий вызов. Марина отмахнулась от Вадика и поспешила к карете скорой. Когда смена закончилась, женщина приехала домой. Вадим тоже был дома и сидел в глубоком раздумье. Марина разулась, бросила сумку в прихожей и присела на банкетку, вытянув ноги. -Ты меня опозорила при соседях, Марина. Что скажут люди? Разве можно обвинять маму за то, что она съела немного свиных отбивных и с кем-то там поскандалила? Ты считаешь, что она специально? - не унимался Вадим. -Считаю! Она не хочет, чтобы мы уехали. Вспомни, как в прошлом году, когда мы были на море, она полезла на дерево за яблоками и упала! За зелеными яблоками, Вадим! Конечно, она все делает специально! - стояла на своем жена. -Это еще раз подтверждает, что за ней нужен уход, Марина! Вадим помолчал, а потом выдал то, что Марина даже не ожидала услышать. -Отпуск все равно придется перенести. -Как? - вскочила с банкетки Марина. -У меня на работе завал. Меня посылают в наш филиал в Сочи. В отпуск я поеду один, а ты будешь ухаживать за моей мамой. Она согласилась переехать на эти пару недель к нам. Постели ей в нашей спальне, маме нельзя спать на диване, - поставил перед фактом муж. -Здорово ты придумал! Ты уедешь, а я здесь буду две недели нянчить твою маму? Вадим, ты себя слышишь?! Такие решения принимаются вдвоем! Я не прислуга для твоей матери. Но муж был непреклонен: у него работа, Вадим едет по распоряжению начальника, а не просто так, понежиться на морском песке. -Собери мой чемодан! В этом доме ничего невозможно не найти! Вот, где мои шорты? - сказал Вадим Марине. -Ты же работать едешь? Две рубашки и одни брюки - этого вполне хватит. -Хорошо, раз ты заняла такую принципиальную позицию, то я тоже сделаю выводы. Посмотрим, кому из нас будет хуже, - многозначительно бросил муж. Вадим собрался быстро, и только когда он уехал, Марина заметила, что муж взял обычный туристический набор. Шорты, плавки... В общем, все, кроме жены. Но муж по-прежнему настаивал, что у него командировка. С Мариной они договорились, что невестка будет навещать Тамару Павловну хотя бы два раза в неделю. Остальное время, пока свекровь плохо себя чувствует, за не присматривает соседка. Но подозрения терзали Марину. Что-то было нечисто в поездке мужа. На следующий день она поехала к свекрови, решила сразу же привезти ей еды и явиться лишь в конце недели. Из двора Тамары Павловны навстречу Марине выходила соседка. -Очень хорошо, что вы приехали! Мне внука привезли, не могу возиться с вашей мамой. А я думала, вы тоже поедете на море. Все-таки вам проще отдыхать! Жилье свое, делать ничего не надо. -Какое жилье? У нас отель был забронирован. Все утро скандалила с менеджером. Хочу бронь отменить, а они мне еще и деньги не все возвращают! Говорят, поезжайте все равно! - вскипела Марина. -Значит, я не так поняла. Всего доброго, - женщина попыталась быстрее завершить разговор и пошла своей дорогой. Слова соседки заставили Марину переживать еще сильнее. У ее свекрови когда-то был маленький домик и небольшой кусок земли в черте курортного города, но ей туда дорога была заказана. Когда они с мужем отдыхали, то всегда останавливались в гостевом доме, в отеле, но в домике свекрови. -Вадим звонил вам? - спросила она у Тамары Павловны, которая нехотя перебирала свежесваренную овсянку. -Что за бурда, Марина? Фу, невозможно есть! Вадим звонил, доехал, обустроился, - сухо ответила свекровь, которая все еще обижалась, что ее не забрала к себе невестка. -Я приготовила еду для вас, но на неделе приехать больше не смогу. Хочу тоже поехать, отдохнуть. Как там ваш дом, можно в нем остановиться, а то я отменила бронь на отель из-за Вадика. -Нет! Там нет ремонта! Что ты надумала, Марина?! -Не знаю, мы просто там ни разу не были с тех пор, как вы сюда перебрались. Может, там вполне пригодные условия, я же не знаю. -Тебе уезжать нельзя! Кто будет за мной ухаживать?! Вадим все четко сказал, ты не должна перечить моему сыну! - кричала свекровь. Но Марина решила сделать по-своему. Через два дня она уже была в курортном городке и жила в номере отеля, который бронировала для себя и Вадима. Теперь она была даже рада, что турагентство не вернуло ей потраченное. Осталось только отыскать мужа-трудоголика. Вадим же продолжал упорно строить из себя человека, который погружен с головой в работу. Марина позвонила мужу и спросила, как обстоят дела и может ли она приехать к нему? -Нет, Марина! Сто раз "нет"! У меня здесь такой завал, спина в мыле, буквально. А ты со своим отпуском привязалась! Поезжай к своей маме на дачу, дочку нашу проведай! Займи себя чем-то, одним словом, а мне не мешай! Моя должность идет под сокращение, неровен час меня уволят и все! Внятных объяснений Марина не получила, и отправилась на городской пляж. Море, солнце, все было прекрасно! Бронзовый загар моментально лег на плечи женщины. Но валяться на песке она не собиралась. История с домом свекрови не давала ей покоя, да и Вадим не обмолвился, где остановился и в какой гостинице живет. Только пригрозил увольнением и накричал на жену. Адрес свекрови Марина помнила смутно. Была здесь она всего однажды, когда приезжала сюда вместе с мужем знакомиться с его родителями. С тех пор много воды утекло. Марина шла по улице Горной и не узнавала ничего, настолько все изменилось! На месте низких домиков выросли большие красивые гостиницы и отели. Она могла бы еще долго петлять, но вдруг увидела своего мужа у одного из домов. Только вместо домика свекрови на ее участке возвышался красивый двухэтажный гостевой дом. Вадим в очках и в соломенной шляпе общался с кем-то из постояльцев, и вид у него был не как у обычного курортника. Полный мужчина пожал руку Вадиму, прощаясь, сел в машину и уехал. Следом за неизвестным, к дому подъехала пара на седане. Машину загнали во двор к Тамаре Павловне, и руководил всем снова Вадим. В общем, нетрудно было догадаться, что он - хозяин небольшого гостевого домика. А Марина здесь лишняя, так как всем заправляет ее проворный муж. Марина не стала ждать, пошла следом за Вадимом. -Хватит играть в сыщиков! Я прямо в глаза ему все выскажу! - подумала женщина. Но пока Марина шла, из ворот вместе с Вадимом вышла какая-то невысокая блондинка в белом льняном сарафане и очках-стрекозах. Муж держал за руку загорелую красотку, а та улыбалась ему. -Тут и женщина, оказывается! - подумала Марина и прибавила шаг. Жена подошла к Вадику, преградив им с блондинкой путь. Марина встала напротив них и уперла руки в бока. Вадим тоже остановился, посмотрел на Марину через солнцезащитные очки и... прошел мимо, придерживая свою даму под ручку. -Вадим! Вадим, ты как смеешь проходить мимо меня? - закричала Марина. -Вадик, это кто? - мяукнула нежным голоском блондинка. -Это старая знакомая моей мамы. Иди на пляж, Катенька, я сейчас тебя догоню, - спокойно сказал Вадим женщине и вернулся к своей жене. Сцена была самая неприятная, но Вадим почему-то вел себя так, будто Марина виновата, что явилась без спроса. -Что ты кричишь?! Ты видишь, что я не один! - сказал Вадик. -Ты мне сказал, что поехал в командировку, а сам тут с женщиной прогуливаешься! А не это ли домик твоей мамы, где вечно идет ремонт?! Марина показала пальцем на красивый гостевой дом. Вадим только тяжело вздохнул, явно не желая ничего объяснять. А вопросов было много. На какие средства муж все это выстроил и, главное, собирался ли вообще рассказывать Марине, что у Тамары Павловны теперь своя мини-гостиница на море? -Марин, не устраивай скандал. Давай все решим цивилизованно. Ты где остановилась? Надеюсь, не у меня? - пошутил Вадим. -Ну ты и хам, муженек! Нет, я живу в гостинице, там, где мы планировали жить с тобой! Только почему ты соврал, что едешь в командировку? Сил не хватило признаться?! -Да, я не хотел тебе говорить. Когда я увидел, как ты кричишь на мою маму, у меня внутри все перевернулось. Решение пришло сразу же! Мы не пара, чужие люди, Марина! - вздыхал муж. -Кто эта дама? Почему ты с ней так любезничаешь? -Это Катя, Екатерина Ивановна. Она купила у мамы участок, построила здесь гостевой дом и теперь занимается всем одна. А меня она пригласила в гости, чтобы я ей помог вместо администратора, - с упоением произнес муж. Впрочем, Марине было все ясно. -А где же деньги от продажи дома? Явно, твоя Катя его не за рубль купила! -Это не твоего ума дела, Марина. Это средства моей мамы! Помнишь, когда-то я предлагал тебе сделать ремонт у мамы в доме? Ты же отказалась. Так же ты отказалась присмотреть за мамой, когда я уехал. Брак это взаимопонимание, а ты меня не понимаешь! Нужно было любить мою маму, заботиться о ней, тогда бы и я... -Пусть Катя любит твою маму. Ноги моей больше не будет в ее доме! Я не ожидала, что вы плетете интриги у меня за спиной! В мою квартиру можешь не возвращаться! Марина ушла, а муж попытался ее остановить, но потом пошел следом за Екатериной. Марина провела остаток отпуска в том же отеле. Гуляла, наслаждалась морем и солнцем, а морально готовилась к разводу с Вадимом. Уже перед отъездом у отеля Марину встретила та самая Катя. -Как вы меня нашли? - удивилась женщина, увидев перед собой соперницу.