Вот мы, молодые и остриженные, с почти детскими лицами после учебки. Вот уже в замасленных фуфайках на фоне пирсов с пришвартованными лодками - Эсками, Букашками, а над всем этим островерхие сопки бухты Финвал. Вот наш командир в разовой форме на палубе нашей Б-112 держит в руках тяжеленную морскую черепаху. Американский патрульный самолет «Орион», пролетает над палубой «Башкирии», сверкая кругами своих четырех винтов. В окна кабины видны головы пилотов в шлемах и солнцезащитных очках. Наши ребята в белой парадной форме стоят под пальмами около каких-то ворот, над которыми красивыми буквами написано «Acapulco». Коррида, где тореадор в сомбреро, цветастой рубахе и в белых штанах на арене с тряпкой в руках дразнит разъяренного быка и тот, наклонив голову, бросается на эту тряпку. Белые круги бескозырок с якорями в ленточках — это наши моряки наблюдают как летит смельчак-ныряльщик в узкую расщелину глубиной всего три метра с тридцатиметровой скалы Кебрада в Акапулько. Несовместимые понятия: Новый год и жара, полураздетые ребята набились в седьмой между торпедными аппаратами встречать 1979 год с единственной бутылкой шампанского, чудом оказавшейся здесь!

«Черти» в День Нептуна на палубе «Башкирии» поймали молодого моряка, и сняв ему штаны ставят на голую задницу круглую печать, заверяя тем самым, что он пересек «невидимую черту, Экватором называемую». На этом же празднике морской царь Нептун с огромной бородой в кафтане из рыбацкой сети и с трезубцем в руках в окружении своей многочисленной свиты, зорко следит, чтобы священный обряд прошли все. И вот по его приказу верные слуги в набедренных повязках и рожками на головах подхватили на руки командира отряда кораблей, капитана второго ранга, оказывается тоже первый раз

пересекающего Экватор, и бросили его прямо как был в форме, с погонами и башмаками в бассейн на вертолетной площадке «Башкирии». А это уже в завершение похода, общее фото на кормовой палубе ПЛ, а позади видны скалы острова Итуруп, что в переводе с языка коренных жителей айнов означает медуза. Между толстых картонных листов альбома, на которых приклеены фотографии, проложены листы кальки, чтобы не склеивались фото. На этих кальках забавные картинки. Вот волк из «Ну погоди!» в форме командира со знаком на право управление кораблем, объявив торпедную атаку, следит в перископ подводной лодки за зайцем на борту какого-то корабля. На другой картинке морской волк в форме старшины первой статьи и в бескозырке, лихо сдвинутой на затылок, подхватил за шиворот зайца в солдатской форме и прикуривает от его сигареты на фоне стоящего самолета с установленным трапом. В руках у обоих портфели на которых сроки службы, у зайца 1977-1979, у волка 1976-1979. Вот олимпийский Мишка с сумкой почтальона и с улыбкой во весь рот вприпрыжку доставляет приказ №231 о демобилизации ребят нашего набора. Так вот, на одном из листов кальки был обозначен маршрут похода кораблей ОИС «Башкирия» - ПЛ «Сатурн» с географическими координатами точек поворота. Как-то раньше не обращал внимания на эту схему. Ну схема да схема. Сам маршрут вроде бы тоже не представлял ничего особенного, если конечно не считать что он пересекает по диагонали Тихий океан «туда и обратно», кроме непонятного «аппендицита». Линия похода проходила почти параллельно экватору и вдруг резко поворачивала направо, почти на 90 град, шла по направлению к южному полюсу. На широте около 53 град южной широты опять поворот налево на 90 град. Пройдя так некоторое время опять поворот строго на север и возвращение на прежний маршрут.

Заинтересовался, повертел в руках кальку с маршрутом и так и эдак и тут пришла идея! А что если нанести маршрут на глобус! Специально приобрел эту штуковину. Глобус попался достаточно большой — 40 см в диаметре, да еще и с подсветкой. Отметил на нем точки поворота маршрута и соединил их фломастером. И сам удивился тому, что получилось! Теперь этот глобус украшает комнату. Вечерами, когда включена только подсветка, кажется, что Земля летит в космосе и на голубой поверхности океана хорошо виден маршрут похода. Да, здорово изменил знаменитый Герард Меркатор истинную картину формы Земли! Герард Меркатор 1512г — 1594г фламандский географ и картограф, автор картографической проекции, предложенной им в 1569г. Его идея отличается тем, что при проецировании сферы, на плоский лист карты не искажаются углы и формы, а расстояния сохраняются только на экваторе. Хотя историки утверждают, что такая проекция использовалась ещё в 1511г , применение во всем мире она получила благодаря именно Меркатору. То что на листочке кальки, в «равноугольной цилиндрической проекции Меркатора» выглядело какой-то невзрачной схемкой, просто абрисом, на глобусе превратилось в большое путешествие пересекающее огромный Тихий океан! Маршрут пролегал между японскими островами, поворачивал на юг, огибал Маршалловы острова и тот самый атолл Бикини, где 25 июля 1946 года США произвели пятое по счету испытание атомной бомбы. Кстати взрыв был подводным. Маршрут пересек экватор в точке 172 град восточной долготы и далее двигался на восток почти вдоль 17-ой параллели мимо множества островов Микронезии и Полинезии. Путь пролегал минуя острова Кука, острова Питкэри, Гавайские острова, остров Таити, в виде восьмерки лежащей на боку. Всех и не перечислишь. Только почему-то мы эти острова не видели, кроме Таити. И то в бинокль. И все равно было непонятно, зачем же этот «аппендицит» на маршруте? И вот случайно слышу как диктор телевидения объявляет, что очередной космический корабль был затоплен в Тихом океане в районе Точки Немо. Что за такая загадочная точка спросил я у Интернета? Тот без пререканий мгновенно выдал координаты. Нанеся координаты этой точки на свой глобус, понял наконец-то, зачем этот «аппендицит»! Оказывается наш маршрут аккуратно огибал эту самую Точку Немо! Но вот опять неувязка! Точка Немо была «найдена» в 1992г, а наш поход проходил в 1979г. Выходит о этой точке было известно гораздо раньше, чем она была «обнаружена»?! Вот, что написано в Википедии. Точка Немо (на латыне Немо значит «никто») океанический полюс недоступности — условная точка в Мировом океане, наиболее удаленная от какой-либо суши на Земле. Расположена в южной части Тихого океана с координатами: 48 52 31 южной широты, 123 23 33 западной долготы. Название этой условной точки предложил хорватский инженер Хрвойе Лукатела, вдохновившись героем романа Жюля Верна капитаном Немо. Лукатела вычислил эту точку методом компьютерного моделирования в 1992г. Интересно, что когда орбита международной космической станции проходит над этой точкой, с МКС не видна ни одна из ближайших точек суши, так как с высоты 420 км над Землей расстояние до горизонта составляет 2,5 тыс. км, а три ближайшие точки суши находятся на расстояния в 2688 км. Окрестности Точки Немо, а это площадь 37 млн кв км, используют многие космические агентства в качестве «кладбища космических кораблей», так как здесь минимален риск ущерба людям и природе. В этом районе на дне океана покоятся более двух сотен отслуживших свой срок космических аппаратов. Вернее их, не сгоревших в атмосфере, частей. Здесь затоплена советская станция «Мир». Сюда же, скорее всего, отправится и МКС.

Точка Немо — это практически мертвая пустыня . Это подтвердили в 2016г немецкие ученые из Института морской микробиологии им. Маркса Планка на исследовательском судне FS Sonne. Огромные расстояния от суши, большая глубина, около 4 км, температура у дна не выше +7 град. Эта точка изолирована от остального океана сильными течениями, препятствующими поступлению питательных веществ. Поверхностный слой океана здесь получает сильную дозу ультрафиолетового излучения, которое препятствует жизнедеятельности. Коротко говоря это мертвая пустыня посреди Тихого океана! Так вот где нам предстояло оказаться в скором времени! А пока, поход продолжался. В конце второго месяца произошла смена экипажей, прямо в море. Резервный экипаж отправился на лодку. Наш же, основной экипаж Б-112, перешел с ПЛ на ОИС «Башкирию» для отдыха. ОИС «Башкирия» - что это за корабль такой?

«Башкирия» это океанографическое исследовательское судно (ОИС) проекта 976. Таких кораблей в 1971 - 1973 годах было создано четыре единицы: Абхазия, Аджария, Башкирия и Молдавия. Все построены в ГДР в городе Висмар, на VEB Mathias Thesen Werft» (судоверфь им. Матиаса Тезена). Может кто не знает, ГДР это была Германская Демократическая Республика, которой больше нет. В конце существования СССР была разрушена «Берлинская стена», разделяющая две Германии и ГДР объединилась с ФРГ. Хотя, как говорят, восточные немцы, жалеют об этом. Чтобы иметь представление об океанографическом исследовательском судне «Башкирия» вот тактико-технические данные кораблей проекта 976: водоизмещение 6997т, длина 124,2м, ширина 17м, осадка 6,14м, скорость полного хода 18 узлов, автономность 60 суток, силовая установка два дизеля МАН по 4000лс, 2 ВФШ, 5 ДГ по 460кВт, 1 ДГ 125кВт, дальность плавания 20 000 миль при 16 узловом ходе, спецснаряжение - один вертолет Ка-25, экипаж 99 человек и до 59 «пассажиров». На момент похода с нашей лодкой это был почти новенький корабль, которому исполнилось всего пять годочков! Через три года после описываемых событий, в 1982г, «Башкирия» доставляла участников двадцать седьмой советской атарктической экспедиции на южный материк и вывозила обратно. Кстати, участников этой экспедиции называли «погорельцы шестого континента». В январе 1982г экспедиция прибыла на станцию «Восток», чтобы провести там зимний сезон. Эта станция, в отличие от большинства остальных, находится не на побережье, а более чем в 1200км от него, почти в «сердце» Антарктиды, и в разгар зимы в южном полушарии никто помочь участникам уже не сможет. И вот 12 апреля на станции случился пожар. Станция лишилась всех источников тепла и электроэнергии — двух основных и двух запасных дизель-генераторов. В этом огне погиб участник экспедиции. Благодаря мужеству и находчивости участники экспедиции при температурах до минус шестьдесят градусов не только организовали свой быт, наладили бесперебойную работу оборудования, но и продолжили научные исследования и даже бурение. Так вот когда закончились их «приключения», участников экспедиции перевезли со станции «Восток» на станцию «Мирный», на побережье Антарктиды. Там они, усталые, измученные и закопченные, поднимались на борт «Башкирии». Я понимаю радость одного их полярников, Аркадия Максимова: «Нас как родных встречали на Белом пароходе, где мы разместились в первом классе. Там мы помылись, подстриглись и оклемались».

И вот мы тоже , чумазые, в рваной разовой одежде, у многих следы йода и зеленки на язвах, перешли на «Башкирию». Это было как в сказке: Синее море и Белый пароход! Хотя нас моряков разместили не в первом классе, как полярников, а в специальном помещении с нарами в трюме, но все равно это было, не побоюсь этого слова, счастье! Нам дали денек отдохнуть, и ребята дорвались до бассейна. Но вот беда загорать в экваториальных широтах необходимо аккуратно. Некоторые из ребят в первый же день так сгорели, что на плечах, вместо погонов образовались огромные пузыри от солнечных ожогов! Солнце то в полдень находится практически в зените. На следующий день старпом построил экипаж и выдал свою самую знаменитую поговорку: «Если моряку делать нечего, он начинает перетягивать шкурку с одной головы на другую». Вот чтобы этого не произошло, каждый будет задействован на вахтах или работах. Для начала боцман «Башкирии» выдал нам скребки, баночки с ортофосфорной кислотой, а также кисти и белую краску. Нам нужно было в своем секторе верхней палубы, которую определил боцман, просмотреть наличие отвалившейся краски или вздутие ее. Сначала надо скребком очистить отвалившуюся краску, затем помазать кислотой, которая уничтожала ржавчину. А когда подсохнет все это место покрасить белой краской. Работенка в общем-то несложная. Сиди себе на солнышке, ковыряй ржавчинку, да глазей по сторонам. А по сторонам... круг бесконечного синего моря, над которым во всю мощь сияло солнце! Почему-то в тех широтах стояла в основном хорошая погода. Не то, что в начале похода, когда пройдя между японскими островами Хонсю и Хоккайдо наши корабли вышли в Тихий океан. Тогда нас потрепало славно! Волны были огромные, выше рубки! Несколько раз вода врывалась в центральный пост, так что временами шли под РДП! Как-то приняли в центральный пост несколько тонн воды, которая попала в трюм и вышел из строя преобразователь, питающий станцию «Альбатрос». Неисправность удалось довольно быстро устранить. До сих пор не понимаю, как не заливало карты штурмана, пост которого находился чуть ли не под самым нижнерубочным люком. Вокруг «Башкирии» сколько видел глаз было круг синей воды. Хотя мы и были на высоте вертолетной площадки, а это около двадцати метров над водой, круг воды был, как мне показалось довольно маленький. Мы шли вдали от оживленных судоходных маршрутов и поэтому нам очень редко попадались другие суда. Целыми днями синее море и палящее солнце. Лишь иногда грозовая туча накрывала нас и живительный ливень омывал деревянные палубы «Башкирии». Прошел слух, что будет заход на таинственный остров Таити и мы посетим их столицу город Папеэти. Мы даже начали готовиться. Но французские власти в последний момент запретили нашим кораблям заходить в порт. Мы передавая друг другу бинокль видели вдалеке довольно большой остров заросший пальмами, которые, казалось, почти касались воды. Несколько кораблей прошли на большом расстоянии. На горизонте, в спускающемся в воду огромном солнце, белели большие и поменьше паруса яхт. Вот и все. Остров Таити вскоре скрылся за кормой «Башкирии».

В один из дней мы после завтрака, как обычно, отправились на бак заниматься ликвидацией ржавых мест. Не спеша, с шутками и прибаутками, приступили к работе. И тут пришел кто-то из наших и сказал, что меня вызывают на мостик «Башкирии». После смены экипажей каждому выдали вместо разовых трусов и маек замечательную тропическую форму: синие шорты, синюю курточку с короткими рукавами, кожаные сандалии и на голову кепки с длинным козырьком, которые сейчас называют бейсболки. Чтобы не замарать такую замечательную форму, на покрасочные работы мы ее старались не одевать. Поэтому пришлось спуститься почти в трюм, где были смонтированы двухярусные нары, где мы спали и переодеться по форме. На верхней палубе мне встретился один из матросов команды «Башкирии», черный как негр, и подсказал как пройти на мостик. Я поднялся по трапу, дверь оказалась не заперта и я вошел в помещение. На ПЛ проекта Буки- 641 мостик это довольно маленькое пространство, где нескольким вахтенным тесно. На ОИС, вопреки ожиданию, мостик показался огромным. Как футбольное поле, мелькнула мысль. Гораздо позже узнал почему это место управления называют мостик. Раньше, еще на парусных кораблях, мостиком назывался переход между правым и левым бортом над палубой. С тех пор так это название и повелось. Даже на парусниках мостик был не маленький, что же говорить про современные корабли. Слева вдоль всей стены мостика вмонтированы большие квадратные иллюминаторы, в которые виднелся нос корабля и дальше бесконечное синее море! Вдоль иллюминаторов установлены различные механизмы и приборы: штурвал, экраны РЛС, еще какие-то экраны, машинный телеграф и другие устройства. Стены отделаны шпоном какого-то дорого, как мне показалось, дерева. В помещении мостика находилось довольно много людей. Все были чем-то заняты и им было не до меня. Громкоговоритель объявил: «Внимание! Ожидается связь со спутником». Был назван номер спутника. Внимание всех привлек прибор под подволоком, на котором светился небольшой круглый зеленый экран, как у осциллографа. На темном экране луч начал рисовать концентрические окружности. Эти окружности стали превращаться в эллипсы. Эллипсы быстро вытягивались и превратились в белую горизонтальную линию. В этот момент раздался громкий звук зуммера и около экрана большие красные цифры высветили, как оказалось, координаты корабля — широту и долготу в градусах, минутах и секундах. Как мне показалось, все облегченно вздохнули и занялись своим делом. Какой-то человек стоял у штурвала, но не управлял им, а смотрел на подволок, где большой вращающийся цилиндр показывал какие-то цифры. Как потом узнал этот цилиндр указывал курсовой угол и был частью системы «автопилота» «Башкирии». Недалеко от меня за действиями человека у штурвала наблюдал какой-то не бритый и не стриженный «мужик» в рубахе «на выпуск». Мне он показался старым. Такое впечатление, что он у себя на даче и только что встал с кровати и вышел на свежий воздух полюбоваться солнцем. На нем была рубаха навыпуск и синее трико с вытянутыми коленями. Завершали наряд тапочки на босу ногу. На шее и плечах у этого «мужика» лежал огромный рыжий кот, который, видимо по привычке, свесил хвост и лапы хозяину на грудь. Кот с безразличием посмотрел на меня своими большими удивленными глазами, повел огромными усами и, не найдя ничего интересного, отвернул мордочку в сторону. Было странно видеть эту парочку здесь среди подтянутых и бравых офицеров. Поодаль я увидел старпома, который стоял с двумя офицерами. Все они были одеты в тропическую форму. Товарищ капитан-лейтенант, старшина второй статьи по вашему приказанию прибыл, - доложился я ему. Есть, - ответил он, и повернувшись к стоящим рядом сказал, - вот вам и вахтенный! Он познакомил меня со стоявшими рядом. Один из них, лейтенант, был мне не знаком, а второй офицер, старший лейтенант, это штурман нашей ПЛ! Товарищи покажут тебе, - обратился он ко мне, - где ты будешь нести вахту. Мы прошли в одну из дверей в противоположной от иллюминаторов стене мостика и оказались в довольно просторном помещении. Это была штурманская рубка «Башкирии». Здесь был огромный стол, на котором были расстелены какие-то, как мне показалось, чертежи, а может это были специальные карты. На чертежах лежали прозрачные линейки, циркули и другие инструменты. По стенам на небольших подставках стояли незнакомые приборы, на некоторых виднелся ряд оранжевых перемигивающихся цифр. Кто этот «мужик», с котом на шее? - поинтересовался я у офицеров. Лейтенант улыбнулся и ответил, - начальство надо знать в лицо! Этот, как ты выразился, «мужик», и есть командир «Башкирии», между прочим капитан второго ранга! Довольно оригинальный человек! Мы подошли к стоявшей у стены станции. Это был высокий шкаф серо-голубого цвета с кнопками и переключателями. На самом верху этой станции располагались три индикатора. Эти индикаторы поразили больше всего. Внутри каждой запаянной стеклянной трубки находились семь сегментов. Когда они все светились получалась цифра восемь. Но сами сегменты были сделаны из вольфрамовых нитей, как в обычной лампочке от фонарика! У среднего индикатора верхняя нить перегорела и свисала двумя концами. Но, как оказалось, это не мешало считывать цифры. Вот здесь ты будешь нести вахту, - сказал старлей. Это была советская экспериментальная сверхдлинноволновая станция определения корабля в море. Не помню как называлась эта станция, возможно это была «ЧАЙКА». В какой-то мере это был ответ на созданную Великобританией и затем переданную в США глобальную импульсно-фазовую радионавигационную систему «LORAN-C». Эта система имела стационарные передатчики на разных континентах, которые имели индексы А, В, С и т.д. Передатчики излучали строго синхронизированные сигналы. Сама же приемная станция «LORAN-C» находилась здесь же, в этом штурманском помещении. В определенные моменты в станции срабатывал зуммер и на электронно-вакуумных индикаторах оранжевым цветом зажигались пары букв F-D, B-C, E-G и ряд цифр. По этим данным на расстеленных на столах эпюрам штурманы определяли положение корабля в море с точностью до 100 метров! Видимо в этом походе проверялась точность определения местоположения корабля по советской и американской системам, а затем проверялась с помощью сигналов с космических спутников.

Наша вахта заключалась в том, чтобы записывать показания индикаторов советской станции через каждые три минуты. Прямо над станцией на стене висели круглые часы, такие же как в моей рубке на ПЛ. Черные часовая, минутная и красная секундная стрелка. Показания нужно было записывать в специальный журнал. Сейчас думаю, что мы с Сынком, а именно с ним мы делили вахту по шесть часов, придумал наш старпом, чтобы нас чем-то занять. Если это так, то это было не самое трудное занятие, которое он мог бы нам придумать. Но просто сидеть и каждые три минуты записывать в журнал наблюдений цифры было как-то тупо. Поэтому я записался в библиотеку, которая на «Башкирии» была очень даже неплохой! Из множества книг можно было выбрать что-то по душе! На стеллажах, прямо перед глазами на корешках книг пестрили красивыми буквами волнующие названия: «Собор Парижской богоматери», «Граф Монте-Кристо», «Белая Гвардия», «Севастопольские рассказы», «Хождение по мукам», «Морская душа», «Капитальный ремонт» и т.д. Мелькали фамилии авторов: Виктор Гюго, Александр Дюма, Лев Толстой, Антон Чехов, Михаил Булгаков, Алексей Толстой, Леонид Соболев и др. От множества редких книг, что называется, глаза «разбегались». Когда мы учились в школе, книги были страшным дефицитом. В нашем дворе была очередь чтобы почитать случайно появившуюся книгу, и, если повезет конечно, одну из таких книг можно было получить максимум на трое суток. Так что, чтобы успеть, приходилось читать с фонариком под одеялом, иначе мама отберет. Книжки под эту вахту заходили за милый мой. Через некоторое время внутренние часы так настроились, что поднимаешь взгляд от книжной страницы, а секундной стрелке осталось до снятия отсчета три секунды! Как-то незаметно в трудах и вахтах «подкрался» праздник 23 февраля. Тогда он назывался День Советской Армии и Военно-морского Флота. Руководство решило устроить нам, и себе любимым конечно, праздник. На й палубе демонтировали бассейн, убрали деревянные щиты, брезент, препятствующий вытеканию воды из бассейна и шланги. Двери вертолетного ангара растворили настежь. Как по мановению волшебной палочки вся внутренность ангара преобразилась! В открытую дверь мы увидели звуковоспроизводящую аппаратуру. В переплетении проводов то там , то тут стояли колонки, чернеющие большими круглыми провалами мощных динамиков. На черных корпусах усилителей «Marshall» блестели ряды регулировочных ручек и перемигивались индикаторы. Сияла никелем настоящая ударная установка из барабанов: одним огромным на боку, а выше — мал, мала, меньше и двумя стойками с желтыми тарелками. В специальных стойках красовались электрогитары: бас, ритм и, боже мой, мечта детства, настоящая соло гитара с красивым грифом, никелированными звукоснимателями и ручкой вибрато! Мы собрались перед вертолетным ангаром. Мы, не ожидавшие ничего подобного, уже посмотревшие на жизнь с другой стороны и давно не верящие в чудеса, стояли ошеломленные. Вечер спровадил уставшее светило за горизонт. Луне в тот вечер можно было ставить прогул, так как она не явилась на небо. Неисчислимые перемигивающиеся звезды, во главе со звездами Млечного Пути, с интересом наблюдали за нами. Из-под козырька ангара темноту подсвечивали только вспышки светомузыкальной установки. В экипаже «Башкирии» оказались ребята, про которых говорят «и швец, и жнец, и на дуде игрец». Эти специалисты не только отлично несли вахту на вверенных им участках, но и могли нарядиться и показать себя на празднике в «День Нептуна» так, что хоть выпускай их на театральные подмостки! И вот они в новом амплуа: вокально-инструментальный ансамбль «Башкирия», естественно. Эти ребята зашли в ангар, разобрали инструменты и о чем-то пошушукались. В тишине, нарушаемой только плеском волн за бортом и глухим гудением дизелей, ударник группы звонко стукнул три раза палочкой о палочку и зазвучали первые ноты. Ах, этот «сладкий голос бас-гитары»! Ах, эти резкие аккорды ритм-гитары, задающие музыкальный темп! Ах, эти рвущие душу протяжные па соло-гитары! Солист, стоя перед микрофоном, картинно изгибаясь извлекал ноту и нажимая на педаль, украшал звук вау, дисторшн и бог знает какими ещё модными эффектами. Экипаж, побывавший в Сингапуре и Гонконге, и много ещё где, мог позволить себе такие новинки. Вдруг прямо под нашими ногами, образуя круг, вспыхнули разноцветные посадочные огни вертолетной площадки. Под зажигательный ритм ноги сами пустились в пляс и мы, как сумашедшие, отрывались по полной. А над обалдевшим океаном прозвучали незнакомые ему, но модные и звучавшие тогда во всех ресторанах Советского Союза песни. Вот одна из них: -А ну-ка, Петя, нагни скорее ветку... А он все вишни в рубаху ссыпал. Но, видно, Петя, перегнул ты слишком ветку И вместе с вишнями в осадок выпал. -А ты Григорий не ругайся! -А ты Петька не кричи! -А ты с кошёлками не лезь поперек всех! Поспели вишни в саду у дяди Вани, А вместо вишен теперь веселый смех. Вечер заканчивался как-то обидно быстро. Мы с ребятами собрались у кормового леера, веселые и счастливые. Как пелось в одной популярной песне: «много ль человеку надо»! Наши разгоряченные тела приятно освежал теплый бриз. Мы сошлись во мнении, что вечер удался! Потом ещё долго смотрели на удаляющиеся буруны из-под винтов. «Башкирия» держала курс на следующую точку. Только на другой день узнали, что пока мы веселились на танцах в операционной корабля шла борьба за жизнь одного из моряков. Оказался сложный случай и пустяшная, казалось бы, операция по удалению аппендицита, продлилась несколько часов. Но все закончилось благополучно - наши врачи мастера своего дела! «Башкирия» под вечер легла в дрейф, как потом оказалось, над одной из многочисленных в тех местах коралловых банок. Когда корабль в дрейфе, вахт почти ни у кого нет, и многие из ребят находились в трюме, где были сделаны для нас нары. За отсутствием настольных игр (спасибо замполиту) маялись дурью. Занимались тем, что по образному выражению старпома называется перетягиванием шкурки с одной головы на другую. «Специалисты» показывали шоу под названием «отрезание рукава куртки». То один несведущий, то другой оказывались облиты с головы до ног. Тем же, кто уснул устраивали то езду на велосипеде, то игру на балалайке. Вставляли между пальцами руки или ноги кусочек бумаги и поджигали. Бедолага просыпался и, под смех зрителей, с аварийными глазами исполнял виртуозную игру на балалайке или лихо мчался на велосипеде задрав ноги. В это время прибежал кто-то из ребят и объявил: «моряки «Башкирии» собираются доставать кораллы!» Это конечно было приключение покруче и все помчались наверх. Когда мы подошли на техническую палубу, там уже кипела работа. Вы знаете как добывают кораллы? Я вам расскажу. Толстый канат в руку толщиной распускают на конце и делают так называемую «бороду». Эту бороду опускают за борт. Дело происходит обычно на технической палубе, чтобы до воды было недалеко. Канат закрепляют на кнехте восьмеркой и медленно травят в воду до тех пор, пока борода ни коснется дна. Корабль в море всегда имеет перемещение вверх-вниз, больше или меньше. Вот когда борода запутывается в кораллах, подъемная сила корабля натягивает канат и кусок коралла отламывается. Так делать вообще-то нельзя. Считается что кораллы — живые существа. Но когда нельзя но очень хочется, то можно! Нужен тебе коралл - доставай сам. Наступила и наша очередь. Мы с Лехой и Сынком уже стравили метров двадцать каната, а касания дна все не было. Свесившись с борта мы пытались разглядеть, что там, в глубине, творится. Напомню техническая палуба находится в метре над водой. Дело происходило под вечер и в сумраке в темной воде ничего нельзя было разглядеть. Кто-то из ребят сказал, что ему показалось какое-то движение, как будто под днищем корабля проплывает затопленное бревно. Мы свесились ещё ниже. Когда дошло, что движется никакое не бревно, а полосатая спина огромной, метров шесть длиной, возможно тигровой акулы, которая медленно всплывала из-под киля корабля. Жуткое чудовище! Все отпрянули назад. Акулу видимо не заинтересовали наши «костлявые ключицы» и она, не спеша, удалилась.

Через некоторое время страх прошел и мы продолжили лов. Стравили ещё немного и, наконец-то, почувствовали что канат напрягся. Канат натянулся ещё сильнее и вот раздался рывок и натяжение ослабло. Когда подняли на борт «орудие лова», в бороде оказался довольно маленький обломок коралла. Да и тот мы разделили на троих. А «над душой» уже стояли следующие желающие. Они и продолжили лов. Вот этот кусочек коралла теперь украшает мой, собственноручно сделанный, макет ПЛ с надписью «Сатурн» на рубке. После приема пищи из камбуза выбрасывались отходы. Естественно прямо за борт. Если в это время корабль находился в дрейфе, то как правило откуда ни возьмись появлялись акулы и кружили около корабля. В этот раз приплыли небольшие акулы метра полтора — два длиной и руководство разрешило устроить их ловлю. Моряки «Башкирии» принесли жуткий крюк, который показывают в фильмах ужасов, как обязательный предмет камеры пыток. Крюк, который вонзают под ребра и подвешивают несчастного заключенного. Вот этот крюк был прикреплен к метровому стальному тросу, чтобы зубы пойманной акулы его не перерезали. Зубы акул очень острые треугольники, которые находятся в пасти в несколько рядов. Впоследствии таким зубом, как бритвой, мы легко резали бумагу. К тросу прикреплялась довольно толстая веревка, которую крепили к кнехту. На конец крюка насадили кусок мяса и бросили за борт. Как правило, после небольшой драчки, одна из акул хватала наживку. Кстати, в следующий раз на крюк повесили кусок мяса ранее пойманной акулы. Когда рыбина понимала, что попалась, она начинала дикую возню. Вода под ней буквально кипела. Выждав некоторое время, когда она выдохнется, ее поднимали на борт. На палубе акула, почувствовав второе дыхание, бесновалась еще около часа.

Когда вытащили уже третью акулу, оказалось, что с ней возиться уже никто не хочет. Первых двух хватило на заготовку мяса для жаркого и супа из акульих плавников. Мичман же, который ее заказал, сказал, что в его коллекции челюстей акул уже есть такой экземпляр. Поэтому, после того как она целый час подскакивала и пыталась выпрыгнуть за борт и наконец успокоилась, ужасный крюк вытащили. В пасть вставили «старпомовский» чоп и челюсти ее связали. Решили сфотографироваться. Но первому же подошедшему акула «чиркнула» по ноге своим плавником. На ноге остался след как от наждачного круга и появилась кровь. Рана у паренька впоследствии загноилась и очень долго не заживала. Тогда акуле привязали к хвосту веревку, и растянули, чтобы она больше не брыкалась. Вот тут все осмелели и фото сессия началась.

Фотографировались все, кто не побоялся. Мы с Лехой тоже засвидетельствовали свое почтение! Можете сами заценить фотки с этим существом.

Гроза морей уже смирно лежала и не подавала признаков жизни. Что дальше с ней делать? Решили выбросить её за борт. И как в старом известном фильме, нашлись добрые люди, пожалели, развязали и рот и хвост и, подтащив к борту, сбросили в воду. И, о чудо, почувствовав родную стихию и проявив поразительную живучесть акула ударила хвостом и как ни в чем ни бывало, сделала прощальный круг по поверхности и ушла в глубину. Мы долго осматривали воду, но так ее больше не видели! Кстати суп из акульих плавников как-то не впечатлил. Возможно повара были не искушенные в приготовлении такого рода блюд, а может мы были к такой еде не привычные? «Башкирия» остановилась в следующей точке для проведения замера. Было солнечное утро и мы, как обычно, ликвидировали ржавчину на перилах вертолетной палубы. Кто-то крикнул, - смотрите, смотрите! Сверху, через прозрачную воду, было очень хорошо видно как корабль окружил огромный рыбный косяк. Рыба двигалась вокруг корабля плотной стеной. Свободные от вахты моряки ОИС, опытные ребята, тут же принесли свои удочки, корабль ощетинился удилищами и лов начался! Клев был поразительный! Не успевал крючок погрузиться в глубину, как тут же его хватала рыбина. Сначала на крючок прицепляли какую-то приманку, но быстро оказалось, что для лова достаточно одного крючка, без всякой наживки! Чтобы не терять времени, у каждого рыбака оказался свой Санчо Панса, из тех у кого не было собственной удочки, который снимал рыбину с крючка. Принесенная по команде боцмана откуда-то двухсотлитровая бочка наполнилась быстро. Так, что пришлось принести ещё одну. Азарт охватил всех. Со всех сторон слышалось, - Давай, давай, подсекай! Эх ты ряззява, опять сорвалась! Но вот беда, лишних орудий лова не было. Запасная леска у моряков «Башкирии» ещё была, но вот поплавков, грузил и крючков катастрофически мало. Что делать? У нас с Сынком нашлась булавка с белым шариком на конце. С помощью плоскогубцев булавку загнули, сделав пародию на крючок. Вместо удилища конец лески намотали на палец и импровизированную удочку забросили в воду. Но, о, чудо, наш крючок заработал! Хотя рыбины часто срывались, все-таки по паре штук мы с Сынком в общий улов добавили! Подошедший рыбный косяк состоял из макрели. Макрель это родственница скумбрии, только крупнее. Запомнилось красивое заостренное пятнистое тельце с острыми плавниками и хвостом полумесяцем. Очень сильная и резкая, так что палец, на который была намотана леска, аж посинел. Но когда азарт захватывает уже не до такой мелочи.

Косяк пропал так же неожиданно как и появился. Но второю бочку все же наполнить успели!Снова вокруг «Башкирии» насколько просматривалось вглубь была только прозрачная голубоватая вода! Основной задачей похода было измерение ускорения свободного падения в строго определенных точках океана, которое производилось одновременно на ОИС и на ПЛ, находящейся на глубине ста метров, строго под «Башкирией». Но кроме этого, группой ученых, находившихся на борту «Башкирии», изучался мировой океан. Проводился большой комплекс различных измерений и исследований в области магниторазведки, гравиразведки, распространению радиоволн. Проводились биологические исследования, брались пробы воды с разных глубин для изучения химического состава, проводились измерения температуры воды и воздуха. Проводились, наверное, и другие работы, известные, наверное, только Академии Наук СССР или, того круче, Министерству обороны. В один из дней, рано утром, еще до подъема, меня и Леху разбудил дневальный и сообщил, что нам приказано немедленно идти помогать ученым. Странная задача! Продрав глаза мы помчались на корму, на техническую палубу «Башкирии». Здесь уже находились магниторазведчики, вернее магниторазведчицы. Женского пола не корабле было совсем мало, но вот вот нам можно сказать повезло и довелось работать в компании двух женщин, ответственных за магниторазведку. Это было непривычно, пришлось следить за своей речью и «фильтровать базар». Магниторазведчицы проспали остановку корабля и их зонд «утонул». Обычно зонд буксировали на большом расстоянии, метров триста, чтобы магнитное поле корабля не влияло на измерения. Когда же движение остановилось, зонд естественно погрузился на глубину, на которую не был рассчитан, и его корпус «дал течь». Соленая вода замкнула датчики и показания обнулились. Мы с помощью лебедки достали это устройство. Это был цилиндр из какого-то немагнитного металла, наверное нержавейки, диаметром сантиметров десять - двенадцать и длиной около метра. С обоих сторон цилиндр оканчивался карболитовыми крышками. Мы помогли виновницам аварии открутить крышки. Между крышками и корпусом были проложены резиновые уплотнительные кольца, которые, видимо и не выдержали давления воды. Когда слили воду, и осмотрели внутренности, обнаружили окислившиеся контакты. Они окислились так, что эмалированные провода, из которого состояла обмотка катушки зонда в местах пайки, где не было лака, отвалились совсем. В общем это и была неисправность. Мы помогли подпаять контакты и оставили зонд сушиться. Закончив с этим делом мы с Лехой не спешили возвращаться, а решили полюбоваться океаном. Погода в тот день взбодрилась, подул ветер, на небе начали роиться тучи, пошел теплый дождик и появились довольно «длинные» волны. Волны были длиннее корабля и он как-бы взбирался на гору и съезжал вниз. Волны поменяли цвет, и из легкомысленного цвета морской волны, какими они были вчера, превратились в серьёзные темные, почти черные, валы с металлическим отблеском. Водяные горы вставали то тут, то там. Совсем посвежело, с вершин волн ветер стал срывать брызги. Чтобы не потерять, пришлось снять «бейсболку». Корабль «взбирался в гору», когда на поверхности воды, покрытой рябью, что-то мелькнуло. Мы работали на нижней, грузовой, палубе, заполненной различными механизмами. До поверхности воды было не более метра. Одна из женщин, стоявших рядом и тоже наблюдавших за волнами вдруг закричала: «Видели, видели, летучие рыбки!» И начала показывать куда-то в сторону движения корабля.

Я посмотрел туда и сначала ничего не увидел, кроме вздыбившейся, поблескивающей своей гладкой поверхностью, будто выгнутый лист стали, волны. Некоторое время на этой поверхности ничего не происходило. Но вот прямо из гребня волны одна за другой начали вылетать рыбки. Одна, вторая, третья, потом вылетело сразу несколько и мы сбились со счета. Целая стая рыбок пролетела довольно низко над водой и исчезла в следующей волне. Если сравнивать с длиной «Башкирии», длина которой 125 метров, они пролетели метров триста — четыреста, если не больше. Своими крыльями-плавниками они не махали, как птицы, а просто, как планеры расправив крылья, парили над водой, используя подъемную силу встречного потока ветра. Мы с интересом стали смотреть по сторонам. И вот из следующей волны вылетела одна за другой новая стая летучих рыб. Мне показалось, что рыбки убегали от кого-то, потому что на поверхности воды, в том месте где они вылетели, мелькнула чья-то большая спина. Эти рыбки именно что парили над поверхностью, и летели что называется «куда глаза глядят». Некоторые из них на большой скорости врезались в борт «Башкирии» и падали в воду. Стаи летучих рыбок на нашем пути попадались несколько раз. Летали они и тогда, когда мы шли на ПЛ. Тогда они тоже врезались в рубку и падали на палубу. Несколько штук принесли на борт и тут мы их хорошенько рассмотрели. Довольно худенькие рыбки, длиной они были 25-30 см, а «размах крыльев» больше длины. Крылья — это обычные плавники, выросшие до таких размеров. Ребята из одной даже сделали чучелко. Но неистребимые крысы добрались до него и от чучелка осталось только одно крылышко. Но о крысах потом. Дни шли за днями. Как-то меня на станции сменил Сынок. В ноль-ноль часов я вышел из штурманской рубки на мостик. Там «тянул вахту» один из членов экипажа ОИС. Корабль шел управляемый автопилотом и вахтенный бодрствуя наблюдал за приборами. Мы разговорились, он разоткровенничался и рассказал случай. Была его ночная, или иначе говорят «собачья», вахта. Хотя разве сравнишь вахту на мостике «Башкирии» за стеклышком, да ещё в теплых широтах, с вахтой в ночном зимнем штормовом море на мостике ПЛ, да ещё находящийся в автономке. Когда в центральный пост в клубах пара спускаются замерзшие вахтенные, в обледенелых бушлатах, шапках и рукавицах, со льдинками на усах и бровях, злые, со сверкающими глазами. Вот это и есть «собачья вахта». Но вернемся к вахтенному, вот что он рассказал. «Башкирия» бодро шла под управлением автопилота где-то в просторах мирового океана. Был штиль, ничего не предвещало беды и парень отошел чтобы приготовить себе кофе. Подозреваю, что он отошел как в том анекдоте, - доча, там каша варится, я зайду на пять минут к соседке, а ты каждые десять минут кашу помешивай! Когда он вернулся и посмотрел в иллюминатор, чуть не выронил чашку с кофе. Впереди, пересекая курс «Башкирии» справа налево, чуть ли не под прямым углом, двигался длиннющий танкер, «в сиянии своих прожекторов», под флагом неизвестной страны. Парень стоял разинув рот. Тревогу объявлять было уже поздно. Он зачарованно наблюдал как встречный корабль проходил под самым носом ОИС. Дистанция быстро сокращалась и казалось столкновение было неизбежно. Но вот танкер наконец-то «закончился» и нос «Башкирии» пересек кильватерную струю в пару кабельтовых от встречного корабля, отчего слега покачало! Парень подошел к левому борту мостика и долго смотрел на удаляющиеся огни «Летучего голландца», едва сдерживая пытающееся выскочит сердце. На танкере видимо тоже был включен автопилот и вахтенный, возможно, отвлекся, или вообще спал. Под впечатлением от его рассказа сон улетучился, и я решил искупаться в бассейне. На вертолетной площадке, где он был расположен, никого не было. Вода из переполненного бассейна, расплескиваясь, лениво переливалась то через один борт, то через другой. Так, слегка покачиваясь, наклонялась на волнах «Башкирия». В тот день было темно, луны на небе не было. Я подошел к кормовому лееру там, где находилось подъемное устройство, и посмотрел как кильватерный след. С высоты вертолетной площадки было хорошо видно, как этот след, уходящий вдаль от корабля, разрезает черную, как смоль, поверхность океана. Этот след создавали два винта, приводимые во вращение мощными дизелями фирмы MAN, мерно рокотавшими где-то в недрах Башкирии, отчего корпус корабля слегка подрагивал. Но что-то мне показалось странным в этом расходящимся в стороны потоке воды. Я не сразу сообразил, в чем дело. Сначала мне показалось и, присмотревшись, убедился, что вода, вырвавшаяся из-под винтов корабля, мерцает! Да, да, весь кильватерный след светился каким-то белым светом, как будто кто-то разлил молоко. Казалось, что какие-то незримые светильники подсвечивают воду прямо из-под воды. След был довольно длинным, уходил почти до горизонта и по сравнению с окружающей черной водой явно светился! Это свечение конечно не такое, какое показали в фильме «Жизнь Пи», похоже в фильме приукрасили. Свечение кильватерной струи за «Башкирией» было не такое яркое, но очень красивое и притягательное.

Это свечение называется биолюминесценцией, те есть способностью некоторых организмов светиться. Этот эффект рождается в результате сложных химических реакций внутри живых клеток. Микроскопические водоросли, словно миниатюрные маячки, вспыхивали при механическом воздействии вращающихся винтов нашего корабля. Большое скопление таких водорослей в этих широтах и позволяет кильватерному следу светиться. Такое свойство морских существ мешало подводным лодкам при маскировке. Известен случай, когда во время Первой мировой войны британский корабль потопил немецкую подводную лодку у побережья Испании, после того как обнаружил её «светящийся нимб» и проследил за субмариной! Я забрался в бассейн. Теплая вода в бассейне тоже слегка светилась. Насос ведь закачивал забортную воду. Я резко провел рукой по поверхности воды. Полукруглый след, оставленный на воде, как бы слегка вспыхнул и стал немного флюоресцировать. Очень странное загадочное зрелище. Свет был едва заметным, но он был! Полюбовавшись на это явление я лег на воду и почувствовал, как океан качает нас. В темном, как черный бархат, небе, среди россыпи звезд, явно прослеживался Млечный Путь. За кормой корабля довольно высоко над горизонтом величественно сияло созвездие Южного креста. Видимо «Башкирия», обойдя Точку Немо, уже возвращалась обратно, к экватору, поэтому юг оказался за кормой. Левая звезда Южного креста немного ниже правой, да и сам крест немного наклонен влево. Правая звезда светит белым светом, верхняя красным. А вот левая и нижняя сияли синим ярче других.

Еще в школе Людмила Анатольевна, наша учительница по астрономии (мы любили эти уроки, это была фантастика наяву!), рассказывала, если мысленно провести линию от правой звезды креста по направлению к левой, примерно в двух расстояниях увидим яркую звезду - Бета Центавра, а чуть левее еще одна яркая звезда, которая называется Альфа Центавра. Я легко нашел и её. На самом деле это тройная звезда наиболее близкая к солнечной системе, «всего» 4,36 световых года. Хотя это огромное расстояние, пока не достижимое нам, землянам. Альфа и Бета входят в созвездие Центавра. Созвездие Центавра расположено прямо над Южным крестом окружая и как бы охраняя его.

Центавр или Кентавр — мифический персонаж, в котором соединились два существа конь и человек! Существует красивая легенда, по которой кентавр Хирон получил рану от ядовитой стрелы, случайно выпущенной Гераклом. Хирон обменял свое бессмертие, чтобы освободить Прометея, укравшего у богов огонь для людей. За этот отказ Зевс и преобразил Хирона в созвездие Кентавра. И вот мне представился на фоне звездного неба Кентавр, охраняющий Южный крест, — мощный конь с огромным хвостом, вставший на дыбы. Вместо головы коня - мускулистый человек, растягивающий тетиву огромного лука и разящий стрелой то ли Волка, то ли Скорпиона, представляющих собой соседние созвездия! Грандиозное зрелище!

И вот я лежу в бассейне посреди океана и все это великолепие сверкает прямо передо мной! Альфа Центавра! Вспомнился фантастический рассказ «Магелланово облако» польского писателя Станислава Лема. В тридцать втором веке земляне отправились на космическом корабле «Гея» к этой звезде, где предположительно должна быть жизнь. На «Гее» получили сигнал от одной из планет Альфы Центавра и отправили туда спускаемый аппарат. Я представил как этот аппарат, в ореоле плазмы, снижается в атмосфере планеты. Но корабль взорвался, так как был атакован «аборигенами». Погибли десять астронавтов. Несмотря на это контакт с цивилизацией Альфы Центавра все-таки был налажен! Качаясь, на волнах, наблюдая эту картину, я подумал вот о чем. Башкирия идет в нескольких километрах от морского дна, в тысячах километров от ближайшего берега и более четырех световых лет от Альфа Центавра! А как раз на другом краю нашего земного шарика уже утро и мои родные и знакомые спешат кто на работу, кто в институт. Куда-то спешат наши девчонки в коротких миниюбках конца семидесятых. А если подумать, то получается, что они ходят вверх ногами, шарик-то круглый! Как же они далеко! Где-то торопятся по своим делам мама с папой, мои сестрички, друзья. Стало как-то совсем одиноко. В разлуке все воспринимается гораздо острее. В памяти зазвучали слова из песни ВИА Ариэль: Если буду от тебя в чужой сторонке, Тосковать я стану по родной девчонке, Что в России любит очень, Ждет и верит, счастья хочет, Ну а ты меня вернуть не позабудешь. Согласен, мальчишество какое-то. Отряд кораблей обошел «Точку Немо», вернулся почти к экватору и лег на курс 90 градусов. Жизнь шла своим чередом, вахты, покраска корабля, время отдыха. Большой интерес вызвал волейбольный турнир, в котором победу одержала сборная команда РТС, БЧ-4 и руководства, но об этом позже. Вскоре нас ждала встреча с танкером сопровождения. Возможно это был танкер «Комсомолец приморья», который сопровождал отряд кораблей предыдущего маршрута МГС №12 «Сириус» с 20.11.1977 г по 15.05.1978 г в составе ОИС «Леонид Соболев» и ПЛ Б-39. Может кто-то из читателей помнит и меня поправит. На танкере прибыло не только топливо для ОИС и ПЛ, но и вода и провизия. Ну и конечно долгожданное курево. Нам выдали на каждого по двадцать пачек сигарет «Шипка», которые тогда в СССР были, наравне с «Солнцем» наверное, самыми дешевыми, по четырнадцать копеек за пачку. Да, болгарские «братушки» когда-то снабжали СЭВ такими сигаретами. На сайте «Уголок курильщика» нашел интересную мысль: «У Иосифа Бродского есть стихи: Не выходи из комнаты, не совершай ошибку Зачем тебе Солнце, если ты куришь Шипку? Интересная аналогия, почти лишенная смысла для современного читателя. Это тонкое сравнение понятно только людям жившим в СССР. Ведь сигареты «Солнце» от «Шипки» отличались только названием, да оформлением пачки, хотя на вкус одинаковые. Зная это начинаешь понимать, сколько скрытых смыслов заложил автор в одну единственную фразу, даже вырванную из контекста.» Короткие сигареты без фильтра «Шипка» или «Братская могила» из-за нарисованного на этикетке памятника павшим солдатам в русско-турецкой войне, были в общем-то неплохими. А для нас были так вообще спасением, как говорится: «Дареному коню в ж@пу не заглядывают»! Тем более, что пачки сигарет были затянуты в целлулоидную пленку, которая на лодке защищала сигареты от сырости. Вот уж мы отвели душу, накурились до головокружения! Заправка производилась прямо в море и вот подошла к концу (до сих пор не знаю сколько топлива входило в топливно-балластные цистерны ПЛ Б-641 проекта, может кто-то подскажет). В последний момент нам разрешили написать весточки домой и надо было это сделать быстро. Помню мы начали писать письма разойдясь подальше, кто где пристроился — на нарах в трюме, на лестничном переходе, лёжа на деревянной палубе. Как всегда письмо домой - это святое! Ребята, склонившись над письмом и смотря куда-то вдаль, грызли концы ручек или карандашей, а у некоторых с ресниц скатывалась скупая мужская слеза. Я посмотрел на товарища, который сидел чуть выше на ступеньке лестницы. По его щеке скатилась слеза, а по другой щеке ещё одна, которые образовали на дрожащем подбородке большую каплю. И пока он глядя в океан обдумывал какую-то фразу, большое закатное солнце в контрастном свете играло в этой капле всеми цветами радуги. «Дорогие мои мама и папа и мои любимые сестрёнки! У меня все хорошо, служба моя продолжается и уже перевалила за экватор, в прямом и переносном смысле. Здоровье мое отличное, ну и т.д.» - А как подписывать письмо, - спросили мы у замполита, - вернее что писать в адресе отправителя? - Никаких координат! - строго ответил он, - пишите обратный адрес — Тихий океан! Танкер ушел, а с ним ушли тайными маршрутами написанные впопыхах письма. И, получив весточки, наши матери, также роняя слезу, недоумевая и теряясь в догадках стоя перед картой мира, раз за разом перечитывали загадочную фразу - Тихий океан! Основательно заправившись горючим корабли отряда продолжили свой путь. Сказочный отдых на ОИС «Башкирия» заканчивался. Наш экипаж должен был продолжать поход на родной Б-112, в походе носившей на рубке гордое название «Сатурн». Впереди нас ждали далекие неведомые страны.