Svetlana Orlova

Ноутбук она искала с порога. Алина вернулась с работы — обычный вечер, Артём задерживался, сын Митя был с няней до шести. Она прошла на кухню, потом в комнату — ноутбук стоял на рабочем столе всегда. Не стоял. Может, Артём взял. Позвонила. — Нет, не брал. А что? — Ноутбука нет. — Странно. Мама приходила сегодня — цветы поливала. Алина убрала телефон. Набрала свекровь. — Галина Михайловна, вы ноутбук не видели? — Видела, конечно. Я его в ремонт сдала. Алина прислонилась к стене. — Куда? — В сервис на Первомайской. Он у тебя тормозил ужасно — я зашла, хотела что-нибудь посмотреть, а он еле шевелится. Я мастеру знакомому позвонила, он забрал. Почистит, поменяет что надо — будет летать. — Галина Михайловна. — Алина говорила тихо. — Там мои рабочие файлы. Все. — Ну, мастер аккуратный. — Там диплом. Там три года рабочих документов. Там фотографии Мити с рождения. — Ну, фотографии у тебя в телефоне тоже есть. Алина взяла ключи. — Адрес сервиса. ... Сервис на Первомайской — небольшой, в цокол

Зарядку она искала в его сумке. Своя куда-то делась — не первый раз. Влад всегда держал запасную. Она открыла боковой карман — не там. Полез во внутренний — что-то бумажное. Квитанция. Она хотела убрать обратно. Но взгляд зацепился. «Ювелирный дом "Корона". Подвеска серебряная с покрытием, с индивидуальной гравировкой». В графе «текст гравировки»: «Т. + В.» Света стояла с квитанцией в руках. «В.» — Влад. Её мужа зовут Влад. Это понятно. «Т.» — нет. Её зовут Света. Светлана. Не на «Т». Дата — три недели назад. Сумма — немаленькая. Три недели назад Влад говорил, что денег сейчас нет — она хотела в ресторан на дне рождения подруги, он сказал: «Не время». Она пошла одна. — Влад, — позвала она. ... Он пришёл из кухни. — Что? Она показала квитанцию. — Это что? Он смотрел секунду. Потом: — А, это. Коллеге помогал. Ему неловко было в ювелирный идти, он меня попросил. — Коллеге. — Ну да. У него девушка, он хотел подарок. Я заказал, ему отдал. — Гравировка «Т. + В.», — произнесла Света. — Колле

Звонок пришёл в среду, в одиннадцать утра. — Катерина Максимовна Белова? — Да. — Это фитнес-клуб «Энергия». По вашему договору образовалась задолженность за два месяца. Просим оплатить до конца недели. — По какому договору? — Абонемент, годовой. Договор номер... — Подождите. У меня нет абонемента в вашем клубе. — По нашим данным, договор заключён три месяца назад. На ваше имя, паспортные данные. — Я не заключала никакого договора. — Приходите в клуб, мы всё покажем. Она приехала в тот же день. Менеджер — молодой, вежливый — вынес папку. Договор на годовое обслуживание. Катерина Максимовна Белова. Паспортные данные — её, точные. Адрес — её. Дата рождения — её. Подпись. Она смотрела на подпись. Не её. Похожа — но не её. Она знала свою подпись: петля, наклон, короткий хвост. — Я не подписывала это, — произнесла она. — Договор заключён в нашем клубе. Сотрудник принял документы... — Я здесь никогда не была. — Катя говорила ровно. — Это не моя подпись. Менеджер смотрел на неё. Смотрел на до

Ковёр снимали в субботу. Ремонт в родительской квартире — мама наконец решилась. Папа помогал переставлять мебель, муж Веры Дима тащил тяжёлое. Вера с мамой разбирали то, что накопилось за годы. Ковёр в спальне висел с советских времён. Тёмно-бордовый, с геометрическим орнаментом. Тяжёлый. Когда сняли — за ним оказался конверт. Прямо на стене, прижатый ковром к обоям. Пожелтевший, слегка деформированный. Видимо, лежал там давно — судя по обоям под ним, которые сохранились лучше остальных. — Мам, смотри. Мама была в другой комнате. Вера открыла конверт сама. Фотография. Чёрно-белая, с зубчатыми краями — такие делали в советских ателье. Молодая женщина — Вера узнала маму сразу, ей здесь лет двадцать, наверное. Рядом — мужчина. Статный, улыбается, рука у мамы на плече. Незнакомый. Вера перевернула. Карандашом, аккуратным почерком: «Мы с Петром. Начало счастливой жизни. Июль, 1978». 1978 год. Маме было двадцать два. Вера смотрела на снимок. Маму зовут Нина. Папу — Александр. Они вместе со

СМС пришло в четверг утром. «Поздравляем! На вашей карте лояльности "Детский мир" начислено 500 приветственных бонусов. Ваш номер карты: XXXX-7823». Настя прочитала. Прочитала ещё раз. Карты лояльности в «Детском мире» у неё не было. Она там покупала иногда — без карты, просто так. Она позвонила на горячую линию. — Добрый день. Мне пришло сообщение о карте, которую я не оформляла. — Минуту. — Пауза. — Да, карта оформлена три дня назад. На имя Анастасии Громовой. Номер телефона указан ваш. — Кто оформлял? — Оформление происходило в магазине. Данные паспорта... — пауза, — Анастасия Громова, дата рождения... Паспортные данные совпадали. — Я не оформляла эту карту, — повторила Настя. — Кто-то сделал это без меня. — Вы хотите заблокировать? — Пока нет. Я разберусь. Убрала телефон. Подумала. Три дня назад свекровь Римма Анатольевна приходила. Пила чай, разговаривала. Документы лежали на виду — Настя тогда разбирала бумаги, паспорт был на столе. Набрала номер. ... — Да, — сказала Римма Анато

Куртку она забрала в пятницу. Гриша просил: «Занеси в химчистку, там пятно на рукаве». Она занесла в понедельник, забрала в пятницу — по дороге с работы. Куртку повесила в прихожей, пакет поставила на полку. Вечером Гриша пришёл, взял куртку, надел — проверить, как почистили. Из кармана что-то выпало. Он не заметил. Она подняла. Чек. Небольшой, тепловой, уже чуть выцветший. «Цветочная мастерская "Лаванда"». Букет — розы, двадцать одна штука. Три тысячи двести рублей. Дата внизу. Аля смотрела на дату. Её день рождения. Тринадцатое марта. В тот день Гриша пришёл с работы с коробкой конфет и сказал: «С днём рождения, солнце. Ты же любишь "Коркунов"». Она любила. Обнялись. Поужинали. Позвонили её маме. Цветов не было. Она не обижалась — Гриша не любил цветочные магазины, говорил: «Цветы вянут, лучше что-нибудь полезное». Но чек. Тринадцатое марта. Розы. Двадцать одна штука. — Гриш, — позвала она. — Ты покупал цветы тринадцатого? — Когда? — Он вышел из кухни. — Тринадцатого марта. Он посмо