Светлана Полипчук

Я приехала на дачу, думая о спокойном отдыхе с Лизой. В голове прокручивались последние дни, насыщенные работой, звонками и суетой — мне казалось, что я справляюсь со всем сама. Но когда мы подъехали к калитке соседнего дома, сердце резко ушло в пятки. Там стояла его машина — Алексей, который должен был быть в командировке в Новосибирске, оставил свой серебристый кроссовер прямо у чужой дачи. — Мамочка, а почему папина машина здесь? — Лиза потянула меня за руку, глаза с любопытством и тревогой одновременно. Я присела на корточки перед дочкой, стараясь спрятать дрожь в голосе: — Солнышко, это не папина машина. У папы такая же, но он же в командировке, помнишь? Она морщила носик — точь-в-точь как Алексей, когда сомневается: — Нет, мам, это папина! Смотри, наклейка с Лунтиком, которую я ему приклеила! Я смотрела на заднее стекло и видела ту самую яркую наклейку. Лиза с гордостью указала на нее. И тогда я почувствовала, как земля уходит из-под ног. Мы пошли к маме, но шаги мои были тяжё

Галина вернулась с работы и не узнала собственную кухню. Её любимые кастрюли были сдвинуты на нижнюю полку, специи переставлены в другой шкафчик, а на столе красовалась чужая скатерть в мелкий цветочек. Посреди всего этого великолепия сидела свекровь, Валентина Григорьевна, и невозмутимо пила чай из Галиной чашки. — А, Галочка, ты уже дома! — свекровь улыбнулась так, будто сделала невестке подарок. — Я тут немножко порядок навела. Нельзя же так жить, всё вверх дном! Галина молча опустила сумку на пол. Три дня назад Андрей сообщил ей, что мама поживёт у них «недельку-другую», пока в её квартире делают ремонт. Галина согласилась, хотя внутренне напряглась. За шесть лет в этом доме она привыкла к определённому укладу, и любые перемены давались ей непросто. Но одно дело — принять гостью, и совсем другое — обнаружить, что гостья уже переделала половину квартиры на свой лад. — Валентина Григорьевна, зачем вы всё переставили? — осторожно спросила Галина, стараясь не выдать раздражение. — Мн