Елена Швыдкова

- Послушайте, я же вам объяснила, что их нельзя разлучать, - Лена с нескрываемым раздражением посмотрела на настырную женщину с ребенком, которая вот уже полчаса выносила ей мозг. - Мало ли что вы нам объясняли, - нахмурилась женщина. – Моя дочка, моё солнышко, она хочет именно этого котенка. И либо вы сейчас же нам его отдаете, либо я буду жаловаться. Кто у вас тут главный? - Я тут главная, - неожиданно раздался женский голос за спинами спорящих. – Что у вас тут происходит? Лена и та самая женщина, с которой она спорила на протяжении получаса, обернулись одновременно, и увидели перед собой… …а увидели они перед собой Аллу Игоревну – руководителя приюта для животных «Четыре лапы», на территории которого и разворачивался конфликт. - Алла Игоревна, - первой обратилась к ней Лена. – Скажите этой женщине, что этих котят ни в коем случае нельзя разлучать. Они же с самого рождения вместе. Я ей пыталась объяснить, но… Алла Игоревна долго наблюдала из окна своего кабинета за этой ситуацией и н

Полгода – и ни одной сделки. Антон уже не злился на покупателей. Злость – она в первые два месяца была, когда каждый уход казался личным оскорблением. Когда хотелось крикнуть вслед очередному мужику в куртке: да что не так-то?! Они приходили и уходили. Молодые пары, которые смотрели на стены так, будто прицеливались. Пожилые женщины, которые открывали кран на кухне и качали головой – не объясняли почему, просто качали. Мужчины, которые мерили комнаты шагами и потом говорили: мы подумаем. Никто не думал. Никто не перезванивал. Антон снизил цену в октябре. Потом ещё раз – в декабре. Риелтор говорил: рынок просел, подождите. Легко говорить – подождите. У риелтора своя квартира есть. В эту субботу должны были прийти двое. Семейная пара, судя по голосу в трубке – серьёзные, с ипотечным одобрением. Антон приехал за час, проветрил, поставил чайник – зачем поставил, непонятно, но так казалось правильным. Но к назначенному времени пара ещё не пришла. Зато пришёл кот. Рыжий. Здоровенный. С ухом,