Оксана Чумак

Забудьте картинку, где казак возвращается домой, а его с повязанным платком скучающая русская красавица встречает у ворот. Донская станица — это совсем другое кино. До поры до времени женщины там были необычны и, прямо скажем, не московитской наружности. И причин тому несколько: от практичной необходимости до злой, но очень красивой истории, растянувшейся на столетия. Изначально донские казаки — это мужская, по сути, община. Беглые русские крестьяне, старообрядцы, авантюристы, «лихие люди» отправлялись в Дикое поле за свободой, а не за семейным счастьем. Женщин среди «вольных людей» практически не было. Стоял демографический кризис: род продолжать нужно, а взять невесту негде. Выкрутились просто — взяли тех, кого смогли. В XVI–XVIII веках у донцов до 90% браков было смешанным, причём не с русскими, а с восточными женщинами. Каждое морское путешествие за добычей несло в трюмах не только серебро. Пленницы — татарки, турчанки, «ясырки» (название от слова «ясырь» — добыча) — становились г

Туристы из столицы, в основном, ездят в самые раскрученные обители Московской области. Это прежде всего Троице-Сергиева Лавра, Саввино-Сторожевский монастырь под Звенигородом, Новый Иерусалим. Между тем, в нашем регионе имеется довольно много маленьких, непопулярных, но очень уютных и душевных монастырей. Вот к примеру Аносин монастырь. Между прочим, монастырь находится сравнительно недалеко от МКАД - всего 30 километров. Это одна из самых "молодых" обителей Московской области, возникшая в 1820 году. Княгиня Евдокия Николаевна Мещерская, тетя Федора Тютчева, основала монастырь в память о своем муже Борисе Ивановиче. Несчастный простудился на охоте и умер всего через пару месяцев после свадьбы, в 1796-м. Евдокия родила дочь Анастасию, но замуж повторно так и не вышла. Это вам не Наталья Пушкина, предавшая память своего великого супруга и через 7 лет не только выскочившая за Ланского, но и взявшая его фамилию! А вот Евдокия Мещерская была совершенно другим человеком, святым и набожным. В