Алла Громнацкая(Бутко)

Дорогие мои! Сижу я тут в своём кабинете, поглядываю на окошко, где красуются мои томатики-крепыши, и думаю — надо бы поделиться с вами секретом, который превратил мои хилые ниточки-переростки в настоящих богатырей. А секрет-то простой, как три копейки: всего одна подкормка, которую я готовлю за 15 минут. И стебель — ах! — толще спички будет, слово даю. Вот в прошлом году февральском сидел я у себя на подоконнике с рассадой, и что вижу? Тянутся мои помидорки к свету, как макароны переваренные — тонкие, бледные, вот-вот упадут. Лампы у меня тогда не было, да и сейчас особо не балуюсь. А жена моя, Зинаида Петровна, стоит надо мной и причитает: «Фёдор, ну что это за рассада такая? В прошлый раз у соседки Людки получше было!» Тут-то я и вспомнил совет деда Матвея, царствие ему небесное. Дед Матвей в своё время говорил мне: «Федь, запомни — помидор любит крепкий корень. Корень крепкий — стебель толстый, стебель толстый — урожай богатый». И был он прав, как всегда. Всё дело в том, что рассад

Дорогие мои! Сижу я тут в своём кабинете, поглядываю на окошко, где красуются мои томатики-крепыши, и думаю — надо бы поделиться с вами секретом, который превратил мои хилые ниточки-переростки в настоящих богатырей. А секрет-то простой, как три копейки: всего одна подкормка, которую я готовлю за 15 минут. И стебель — ах! — толще спички будет, слово даю. Вот в прошлом году февральском сидел я у себя на подоконнике с рассадой, и что вижу? Тянутся мои помидорки к свету, как макароны переваренные — тонкие, бледные, вот-вот упадут. Лампы у меня тогда не было, да и сейчас особо не балуюсь. А жена моя, Зинаида Петровна, стоит надо мной и причитает: «Фёдор, ну что это за рассада такая? В прошлый раз у соседки Людки получше было!» Тут-то я и вспомнил совет деда Матвея, царствие ему небесное. Дед Матвей в своё время говорил мне: «Федь, запомни — помидор любит крепкий корень. Корень крепкий — стебель толстый, стебель толстый — урожай богатый». И был он прав, как всегда. Всё дело в том, что рассад