Константин Иванов-Польский

Представьте Венецию начала XVI века. Золото, шелка, бесконечные пиры, вино рекой. Средняя продолжительность жизни аристократа, который ни в чем себе не оказывает — лет 45–50. Дальше — подагра, одышка и вечный покой в фамильном склепе. Наш герой, венецианский дворянин Луиджи Корнаро, к 35 годам был идеальным кандидатом в покойники. Он жил на широкую ногу, ел за троих и пил как матрос. И вот, в один прекрасный день к его постели подошли лучшие врачи Венеции. Они не стали показывать ему анализы крови (тогда их просто не делали), но вынесли вердикт, который прозвучал страшнее любого современного диагноза: «Синьор Корнаро, ваши органы истощены. Лихорадка и рези в желудке — это конец. Если вы не измените образ жизни прямо сейчас, мы даем вам от силы пару месяцев». Луиджи испугался. По-настоящему. Он не хотел умирать молодым. И тогда он решился на эксперимент, который сегодня назвали бы жестким биохакингом. В Ренессансе не было чекапов организма. Луиджи пришлось полагаться на собственные ощущ

Простенький анекдот в тему, как всегда: Приезжает немец на Урал. Видит мужика на коне по сугробам скачет. Немец: «Вай-вай, это что, ковбой?!» Мужик: «Да какой ковбой, я просто к тёще за самогоном еду!» Короче, есть у нас один потрясающий дядька - Герхард Херинг, финдиректор крупной конторы, которая здесь, на Урале, находится. Приличный дядечка, костюмчик, галстук, Мерседес, всё как положено. В 2010-х его фирма запустила завод у нас, он прилетел на открытие… и всё, пропал человек. Сначала «по работе», потом «ещё на недельку», потом просто молча покупает билеты и исчезает на две-три недели в тайге (бывало и месяцами). Друзья в Германии уже шутят: «Герхард, ты там жену вторую завёл?» А он: «Нет, ребята, я просто там отдыхаю душой. У вас такого уже нет». И вот что он рассказывает. Слушаешь - и аж дыхание перехватывает. Потому что человек буквально сравнивает два мира: один - стерильный, идеальный, но мёртвый, второй - живой, дышащий, настоящий. Пустота, от которой в Европе уже отвыкли

Коллега Марина исчезла из чата в марте прошлого года. Написала: «Девочки, мы уезжаем! Израиль ждет! Наконец-то будем жить нормально — солнце, море, безопасность, медицина мирового уровня!» Все поздравляли. Завидовали. Желали удачи. Три месяца она присылала фото: синее море, пальмы, набережная в Тель-Авиве. «Живем мечтой!» — писала она. А потом пропала. Вчера она написала: «Вернулись. Можем встретиться?» Мы встретились в нашем любимом кафе. Марина выглядела уставшей. Но как будто чувствовала облегчение. — Расскажи, — сказала я. И она рассказала. «Первые два месяца мы думали, что попали в рай» — Знаешь, когда только приехали, казалось, что мы попали в рай, — начала Марина. — Апрель, +25°C, море рядом, солнце. Мы сняли квартиру в Хайфе, вышли на балкон, увидели море и подумали: «Вот оно. Мы все сделали правильно». Она замолчала, покрутила ложечкой в чашке. — Первые недели были как отпуск. Гуляли, купались, изучали город. Дима (муж) искал работу, я тоже. Но не напрягались особо. Думали: г

Вы думаете, диабет — это просто повышенный сахар в крови? Ошибаетесь. Настоящая беда начинается тогда, когда высокий уровень глюкозы начинает медленно, незаметно разрушать ваши органы. И многие даже не замечают этого, пока не станет слишком поздно. Сахарный диабет — это не просто про уколы инсулина или подсчёт хлебных единиц. Это история о том, как ваше тело постепенно теряет способность справляться с тем, что раньше делалось легко и незаметно. Я разговаривал с патофизиологом, который много лет изучает, как диабет влияет на организм. Он рассказал, что есть шесть органов, которые страдают больше всего. Их повреждение происходит не за один день, а годами, пока человек списывает симптомы на усталость, возраст или просто «так бывает». Но когда диагноз уже поставлен, и вы начинаете разбираться, почему болит спина, плывёт зрение или немеют ноги, оказывается, что проблема гораздо глубже, чем вы думали. Вот эти шесть органов и то, как с ними связан диабет. Читайте внимательно — возможно, вы уз