Виктор Передерий

— Да чтоб тебя! Опять эти иголки! В носок впилась, зараза! — Виктор подпрыгнул на одной ноге, багровея лицом, и с размаху пнул мохнатую лапу искусственной ели. Пластиковая красавица, украшенная еще в двадцатых числах декабря, жалобно дзынькнула. С нижнего яруса сорвался красный шар с золотым напылением, ударился о ламинат и покатился под диван, словно пытаясь спастись от хозяйского гнева. Галина замерла с полотенцем в руках. Она только вышла из ванной, распаренная, в своем любимом махровом халате цвета персика, и собиралась спокойно выпить чаю с мятой. На часах было начало одиннадцатого вечера. — Вить, ты чего взвился? — спросила она устало, вытирая влажные волосы. — Ну, осыпалась немного, завтра пропылесошу. Чего орать-то на ночь глядя? Соседи спят уже. — Соседи спят, а я как на минном поле! — Виктор швырнул продырявленный носок в угол. — Середина января, Галя! Все нормальные люди уже забыли про Новый год, а у нас в гостиной лес дремучий! Дышать нечем, пылесборник этот стоит, место за

— Юр, иди скорее! Смотри, какая красотка! Маша стояла возле ярко-красной «Киа Рио» и не могла оторвать взгляд от своей новой машины. Руки дрожали, когда она провела ладонью по блестящему капоту. Три года. Три долгих года она откладывала каждую копейку, отказывала себе во всем, работала по выходным, брала дополнительные смены в клинике. — Машка, ну ты даешь! — Юра вышел на улицу и присвистнул. — Реально красавица получилась. — Садись, покажу тебе салон! Она открыла дверь, и в нос ударил запах новой обивки. Маша села за руль, провела руками по рулю, нажала на кнопки на панели. Юра устроился на пассажирском сидении, с интересом разглядывая панель приборов. — Тут и подогрев сидений есть, и камера заднего вида, — взахлеб рассказывала Маша. — Я вчера полчаса с менеджером разбиралась, куда что нажимать. Представляешь, теперь не надо в темноте на остановке мерзнуть! Доеду до дома за двадцать минут, а не за час с пересадками. — Молодец ты, — Юра обнял ее за плечи. — Я горжусь тобой. Правда. Маш