Александр Кульчицкий

Антонина вернулась домой через 2 недели. Тихо, по-английски, пока её «прынц» наматывал круги на стадионе. Она втащила чемодан в свою родную, пахнущую ванилью и спокойствием прихожую, скинула туфли и, рухнув на диван, сказала в пустоту: — Как же хорошо! Можно просто лежать и не дышать диафрагмой! А ведь начиналось всё как в сказке про вторую молодость. Петру было шестьдесят два. Антонине — 57. Встретились они, как водится в современных реалиях, не на танцах кому «за», а в бассейне. кадр из сериала Петр был мужчиной из категории «огурчик». Знаете таких? Подтянутый, живчик, глаза горят, как у пионера перед линейкой. Никакого тебе живота, никакой одышки. Ходит с палками (скандинавскими, а не старческими), зимой — лыжи, летом — велосипед. — Тоня, жизнь — это движение, — вещал он на первом свидании, энергично размешивая сахарозаменитель в цикории (кофе он не пил — вредно). — Мы не старые, мы опытные. Нужно брать от жизни всё. Я вот планирую на гору подняться в следующем году. Пойдешь со мной