Анжелика Проходцева Порошенко

861 год н.э. Россия. Дочь шведского короля и жена князя Рюрика прибыла в Новгород по зову сердца, несмотря на пророчество. Рюрик подарил жене новую крепость Ладогу и вместе с мужем Ефанда начинает строить юное государство Русь. А ссылка на начало в конце статьи. Ладога, построенная Рюриком и подаренная жене, возвышалась над рекой как символ новой эпохи - эпохи Хольмгарда (государства Русь). Ефанда правила не как жена конунга, а как дочь Бьорна Железнобокого, решительно и справедливо. Варяжская королева Ефанда правила за короля, ибо сам Рюрик редко бывал в Ладоге, бесконечная война за расширение Руси поглотила его. И он уплывал с дружиной, братьями Синеусом и Трувором и хевдингом Одду, что назовут Олегом, снова и снова. Славянские и лесные племена не хотели терять свободу, покоряться Руси и платить дань. Они сопротивлялись, боролись с ней. Восстания покоренных вспыхивали как пожары: волхвы и вожди поднимали мятежи, наместники Рюрика раскачивались на веревках. Мечом и словом кон

Тайна двух богинь, которую веками прятали волхвы, а потом — церковь: почему женская судьба в славянской традиции делилась на две силы, две роли и два пути Славянская мифология удивительно честна к женщине. Она не рисует её ангелом, не превращает в идеал, не делает слабой или подчинённой. Она показывает женщину такой, какая она есть: живой, сильной, меняющейся, страшной, великой, созидающей и разрушающей одновременно. И именно поэтому в сердцевине славянской традиции стоит пара богинь — Макошь и Морана, две судьбы одной женщины, два женских начала, которые определяют ход жизни, выборы, зрелость и смерть — не как конец, а как переход. Церковь позже попыталась разорвать эту связь, объявив одну «святой», другую — «злой». Но наши предки знали: в каждой женщине живут обе. И именно эти два начала формируют её путь. Сегодня мы разберём: почему Макошь и Морана — не противоположности, что значит «две судьбы одной женщины», как меняется женская сила в течение жизни, почему одна богиня созидает,

Шокирующая правда, от которой отворачивались летописцы: некоторые боги славян оказались слишком сильными, слишком независимыми или слишком опасными, чтобы церковь рискнула дать им маску «святых» История крещения Руси подаётся как будто гладкая, будто весь народ разом бросил идолов в реку, а боги — растворились в дыму церковного ладана. Но это легенда, выгодная победителям. На самом деле борьба была тяжёлой, затяжной и далеко не однозначной. Многие боги были «переписаны»: Перун стал «святым Ильёй», Велес — «святым Власием», Мокошь связана с образом Параскевы, даже Лада проскользнула в иконографии под видом Богородицы. Но были силы, которые церковь так и не смогла подчинить или замаскировать. Слишком древние. Слишком свободные. Слишком глубокие. Слишком противоречащие системе одного бога и единой догмы. Их не пытались «освятить» — их пытались стереть, потому что любое проявление этих богов разрушало контроль и монополию церкви на духовную власть. Сегодня мы разберём, кто эти боги и поче