Александра Михайлова

Ах, эти огненные глаза джигита! Разве могла она устоять! Великой княжне было двадцать, ее избраннику - двадцать два. Пылкий эриванец Дмитрий Шах-Багов стал последней любовью Ольги Николаевны, старшей дочери императора. На работу в госпиталь старшие сестры Романовы бежали как на праздник. Необыкновенное чувство - приносить пользу людям! Они влетали в палату - и измученные лица офицеров преображались. Раненым становилось легче от одного взгляда на нежные девичьи лица. Сколько заботы и сострадания было в этих ясных глазах, как старались девочки помочь пациентам - душевным разговором, вовремя взбитой подушкой, милыми пустяками вроде собственноручных вышитых платков. На операциях великие княжны держались спокойно, четко исполняли указания врачей. «Иногда, по вечерам, все собирались к роялю, стоявшему в передней комнате, играли и пели, - вспоминал пациент царского госпиталя, генерал-майор Иван Тимофеевич Беляев. - Княжнам больше всего нравилось: «Это девушки все обожают, от принцесс до крест

Лето в самом разгаре! Жара, косогоры, заросшие сочной травой, малинники, пахнущие так, что голова кружится, и та самая речка, до которой нужно продраться через густые заросли. Красота? Безусловно. Но сегодня для многих из нас этот поход превращается в настоящую военную операцию. Вы заметили, как изменился наш «лесной этикет»? Прежде чем выйти за калитку, мы обливаемся репеллентами с ног до головы, заправляем штаны в носки (выглядит нелепо, зато надежно) и каждые пятнадцать минут осматриваем друг друга, как обезьянки в зоопарке. А вернувшись домой, устраиваем тотальный досмотр с лупой. А теперь вспомните рассказы наших бабушек и дедушек. Или своё собственное детство, если оно пришлось на 60-е или 70-е. Мы же из леса не вылезали! Носились в одних шортах и сандалиях на босу ногу по самой густой траве, прятались в папоротниках, валялись на опушках. И слово «клещ» было чем-то из разряда экзотики, вроде крокодила в Амазонке. Ну, слышали, что где-то они есть, но чтобы бояться? Да никогда в жи