ВЛАДИМИР БАРДИН

Вам всерьёз продали Бога с тремя головами. Пора об этом поговорить. Троица — фундамент христианства, раскрывающий природу Бога: Отец, Сын и Святой Дух в одном космическом существе — не упоминается в Библии. Ни разу. Ни намёком. Ни шёпотом в переулке. И прежде чем какой-нибудь сердитый пастор вмешается: нет, ваша любимая вырванная из контекста цитата не доказывает обратного. «История в деталях» — телеграм канал для тех, кто любит видеть прошлое без прикрас, через неожиданные факты и забытые мелочи. Погружайтесь в историю так, как будто вы там были. Подписывайтесь! То есть либо Иисус не удосужился объяснить якобы основы христианства — например, кто такой Бог. И вместо этого понадобилось голосование — спустя столетия, чтобы окончательно решить, кем или чем якобы является Бог. Или… Слово «Троица» не встречается в Библии, потому что его придумали позже. Намного позже. Примерно через несколько веков после смерти Иисуса. Но зачем? Если вы как-то избежали церковного жаргона в своей жизни, вот

Согласно православной теории: «Смерть — это следствие грехопадения. Грех проник в нас в результате свободного выбора человечества и сделал человека смертным, потому что грех убивает». Всего в православии семь смертных грехов: Гордость, Зависть, Чревоугодие, Блуд, Гнев, Алчность, Уныние. Откуда они появились? В Библии нет упоминания о смертных грехах, скорее наоборот – там люди совершали грехи, а впоследствии стали святыми, и сегодня Церковь ставит их нам в пример. Книги Ветхого Завета повествуют нам о жизни иудейского народа и патриархов, которые воевали, убивали, предавали, приносили жертвы, прелюбодействовали, дочери рожали от отцов, матери ненавидели детей. Столько крови, зла, насилия надо ещё хорошо поискать в литературе, чтобы собрать вместе все злодеяния. Однако все ветхозаветные патриархи вошли в Канон Писания и за каждым богослужением поминаются церковью как святые или праведники и не упоминается об их грехах. В Новом Завете тоже ни слова не говорится о семи смертных грехах, На

В 1845 году британский археолог Остин Генри Лэйард, ворвавшись лопатой в древние холмы Месопотамии, обнаружил не просто руины ассирийской столицы Ниневии. В грудах обожжённой глины, среди барельефов крылатых быков и сцен царской охоты на львов, лежали десятки тысяч глиняных табличек — библиотека царя Ашшурбанипала, созданная за 2600 лет до того, как Лэйард взялся за кирку. Но одна находка заставила учёного замереть. На небольшом фрагменте стены из дворца Тиглатпаласара III была высечена сцена, которая никак не вязалась с образом суровых завоевателей пустыни: длинный корабль с загнутым носом, под ним — тела поверженных врагов, а внизу — морские животные. Ассирийская галера в открытом море с боевым тараном из бронзы. Как народ, чьё могущество держалось на железных колесницах и осадных башнях, мог бросить вызов водной стихии? И не только ассирийцы. Оказывается, ещё за полторы тысячи лет до их расцвета таинственный народ, говоривший на языке, не похожем ни на один другой в мире, уже строил