Елена Барышева-Чеснокова

Она могла бы стать великой. Кинокритики пророчили ей головокружительную карьеру, главные роли в фильмах лучших режиссёров страны. Её называли «самой скромной звездой советского экрана» и «главной учительницей литературы в истории кино» — за ту самую роль в «Доживем до понедельника», которая принесла ей Государственную премию. Но, получив это признание, она… пропала. Не потому, что не было предложений. Потому что она выбрала семью. Выбрала мужчину, который пришел с фронта без ноги, с вечно мокнущей культей и чудовищным характером. Она терпела его измены. Она закрывала глаза, когда он заводил романы с её же подругами-актрисами. Она делала вид, что ничего не происходит, когда коллеги шептались за её спиной. И только однажды, когда он пришёл к ней и заикнулся о разводе — она рассмеялась ему в лицо. И он сдался. Как хрупкая москвичка, которой преподаватели твердили, что с такой внешностью в актрисы не берут, сумела приручить гения и прожить с ним 45 лет? Почему она запрещала себе ныть и жал

Он не хотел быть актёром, мучительно сомневался, собирался писать картины, а в итоге стал кумиром миллионов. Его глазами с экрана молили «Не предай!», за ним в Москву уехала 13-летняя фанатка, которую он в шутку пообещал взять в жёны, а затем сдержал слово. Но вместо королевской жизни — коммуналка, кровати с чужими детьми, рукотворный ад из-за упущенной эпохи, алкогольная бездна и медленный уход. Что сломало «русского Овода» и почему он, даже умирая, не просил милостыню, а запретил жене просить деньги, хотя сам жил на «детские» кубики и ложечки? Сейчас расскажу. Андрей Игоревич Харитонов родился в Киеве 25 июля 1959 года. В семье, далёкой от богемы: папа — инженер, мама — учительница. Родители прочили ему карьеру физика или архитектора — мальчик блистал в учёбе и отлично рисовал. Но Харитонов, как это часто бывает, упёрся рогом. После просмотра «Фанфан-тюльпана» школьник загорелся: хочу быть актёром. И хотя он поступил с первой попытки в Киевский театральный институт, муки творчества н