Нина Насакина

Первый гром ударил, когда Ольга снимала белье с веревки. Простыня вздулась парусом, хлестнула мокрым по лицу, и она на секунду ослепла — только запах стирального порошка и близкого дождя. А когда отлепила ткань от щеки, увидела на дороге пыльный внедорожник. Чужой. Такие машины в их деревню забредали редко, а если забредали — добра не жди. Дорога-то тупиковая, у болота. Из машины вышел мужик. Не старый, но с сильной проседью на висках, в дорогой серой футболке, которая сразу облепила грудь под порывом ветра. Он хлопнул дверцей и замер, глядя на Ольгу через дорогу. Она стояла босая, потому что тапки бросила у крыльца, с тазом мокрого белья, прижатым к животу, и смотрела на него исподлобья. — Заблудился, — сказал он не вопрос, а утверждение, и усмехнулся. — Навигатор привел в тупик. Ольга молча кивнула. Говорить не хотелось. Было в этом человеке что-то такое… городское, отлакированное, от чего у нее внутри все сжималось. Она пятнадцать лет назад сама такой была. А теперь — тридцать с