Наталья Долганова

Русская женщина — это не просто человек. Это природное явление. Шторм, в котором тебе хочется утонуть, даже если у тебя в руке пинта Guinness и билет обратно в Дублин. Меня зовут Тим. Я ирландец с русско-армянскими корнями, который уже несколько лет живёт в России и сейчас путешествует по миру без самолётов — ищу странные вкусы, абсурдные истории и ответы на глупые вопросы. Всё, что со мной происходит, я тут же выкладываю в свой Telegram-канал «В погоне за необычным» — туда, где я уже не боюсь говорить то, что нельзя написать на Дзене 😏 Ирландка терпит дождь. Русская — терпит мужчину. Причём не просто терпит — она делает это красиво. В то время как ирландка при первых признаках усталости скажет “I need space”, русская просто выдохнет: “Ну ладно, живи пока”. Ирландка считает, что естественность — это красота. Русская считает, что естественность — это состояние после того, как закончилась подводка. И знаете что? Она права. Даже в три утра в поезде Мурманск—Москва русская женщина выгляди

Русская женщина — это не просто человек. Это природное явление. Шторм, в котором тебе хочется утонуть, даже если у тебя в руке пинта Guinness и билет обратно в Дублин. Меня зовут Тим. Я ирландец с русско-армянскими корнями, который уже несколько лет живёт в России и сейчас путешествует по миру без самолётов — ищу странные вкусы, абсурдные истории и ответы на глупые вопросы. Всё, что со мной происходит, я тут же выкладываю в свой Telegram-канал «В погоне за необычным» — туда, где я уже не боюсь говорить то, что нельзя написать на Дзене 😏 Ирландка терпит дождь. Русская — терпит мужчину. Причём не просто терпит — она делает это красиво. В то время как ирландка при первых признаках усталости скажет “I need space”, русская просто выдохнет: “Ну ладно, живи пока”. Ирландка считает, что естественность — это красота. Русская считает, что естественность — это состояние после того, как закончилась подводка. И знаете что? Она права. Даже в три утра в поезде Мурманск—Москва русская женщина выгляди