Марина Полякова

Одна из историй деревни Безрадное Ночью я проснулся из-за воя за окном, от которого даже пробки в ушах рассасывались. Я, в принципе, человек закаленный. У нас в Питере ночи напролет «одаренные» сыны цивилизации гоняют по дворам с ревущим прямотоком и музыкой, от которой даже у чаек начинается мигрень. Но деревенские звуковые атаки оказались уровнем выше. От них душа уходила в пятки. Открыв глаза, я увидел дядю Сашу: он смотрел в темное окно и хмурился. Мы уснули прямо в участке, переборщив с крепким ужином. Я — на лавке, дядя Саша — за столом, зарывшись лицом в документы. — Нехорошо, — сказал мой начальник, продолжая смотреть в темноту. — Что — нехорошо? — я приподнялся на локте, насторожившись. — В ноты не попадают сегодня, — еще больше нахмурился он. — Кто не попадает? — Волки. Случилось что-то… Дядя Саша был мастером загадочных выводов, я же включаюсь в игру, как правило, уже ближе к кульминации событий. Этот раз не был исключением. Закрыв глаза, я провалился в сон, но снова проснул